Мистические путешествия к шаманам Латинской Америки, путешествие в Перу, путешествие в Южную Америку, экспедиции в Непал, экспедиции в Тибет

Абсолютология - путешествия, мистика, философия, экспедиции в Латинскую Америку к шаманам курандерос

АБСОЛЮТОЛОГИЯ

РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ, ФИЛОСОФИЯ, ПСИХОЛОГИЯ, ТЕОЛОГИЯ, МИСТИКА, КЛУБ МИСТИЧЕСКИХ ПУТЕШЕСТВИЙ

Путешествие в Индию, туры в Индию, Все о Перу, экспедиции в Индию, мистическая Индия

Главная страница | Статьи | Книги | Клуб Мистических Путешествий | Путешествия | Новости | Контакты



КЛУБ МИСТИЧЕСКИХ ПУТЕШЕСТВИЙ

Путешествие в Перу

 

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕЙ ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ЮЖНОЙ АМЕРИКИ

 

Введение

 

Автор - В.Г.Зубарев.

Среди районов, где человечество достигло в древности высоких ступеней развития культуры, Центральная и Южная Америка занимают особое место. История населявших их племен дает уникальную возможность проследить постепенную эволюцию крупных этнических групп начиная с эпохи верхнего палеолита и до сложения первых раннегосударственных образований. Имея много общих черт с древнейшими очагами человеческой культуры в Египте, Месопотамии и в Индии, цивилизации американских индейцев развивались самостоятельно. От первых очагов высоких культур Старого Света их отделяют не только океанические просторы, но и почти четырехтысячелетний разрыв во времени. Известная изолированность американских индейцев при наличии подобного хронологического разрыва позволяет подчеркнуть общие закономерности исторического развития человеческого общества.

Племена, заселившие Америку, оказались здесь в значительной мере в иных природно-географических условиях, чем в Европе или в Азии. Небольшое число первоначальных пришельцев из Азии осваивала пространства нового континента чрезвычайно медленно (для того, чтобы продвинуться от Аляски до Огненной Земли, человеку потребовалось 12-15 тысячелетий). В Новом Свете отсутствовали многие поддающиеся приручению животные и полевые растения, известные в Старом Свете. Местная порода лошадей вымерла в Америке очень рано. Коровы и овцы в обеих частях Америки были неизвестны, а карибу (северный олень) и бизон, которые могли бы занять их место, если бы их приучили, водились главным образом в местностях, населенных первобытными племенами, довольствовавшимися охотой на них. В условиях изобилия охотничьей фауны первобытные охотники почти не переходили ни к земледелию, ни к скотоводству. В итоге на огромных территориях Америки в эпоху, соответствовавшую речным и средиземноморским цивилизациям Евразии, обитали многочисленные племена, находившиеся на стадии родоплеменных отношений.

К началу исторического периода в Америке было уже многочисленное население, занимающее оба континента от Крайнего Севера до Крайнего Юга. Оно состояло из 160 языковых групп, распавшихся на 1200 диалектов. Это означало, что Америка в то время была разнообразнее, чем весь остальной мир. Однако, своей наивысшей ступени индейская социальная и материальная культура достигла только в двух центрах - Центральной Америке и области Анд.

Зона древних цивилизаций простирается от Центральной Мексики до Северного Чили. Эта область делится на три части: 1) Мезоамерику, включающую Центральную Мексику и Юкотан, Гватемалу, Гондурас, Сальвадор и часть Никарагуа; 2) Промежуточную область, в которую входят остальные страны Центральной Америки, а также андские районы Колумбии и Эквадора; 3) Центрально-Андскую область, состоящую из прибрежных и горных районов Перу и Боливии. Южная и северная части зоны древних цивилизаций к моменту испанского завоевания достигли наивысшего развития на всем полушарии. Промежуточная же область имела большое значение в качестве связующею звена между Мезоамерикой и Андской областью.

Историю цивилизаций Древней Мезоамерики и Южной Америки можно разделить на три больших этапа: 1) формативный, или доклассический период (III-I тыс. до н.э.); 2) ранний, или классический период (рубеж нашей эры - X в. н.э.); 3) поздний, или постклассический период (X-XVI вв. н.э.).

На раннем этапе развития (до середины II тысячелетия до н.э.) культуры зоны древних цивилизаций развивались изолированно друг от друга, достигнув в середине II тысячелетия до н.э. примерно одинаковой ступени развития. Этим объясняется легкость распространения земледелия, основанного на кукурузе, что привело к смене систем хозяйства у племен Колумбии, Эквадора и Перу. Начинается этап производящего хозяйства. Распространение кукурузы и элементов материальной культуры шло с севера на юг двумя основными путями: морем и, через территорию Эквадора в Андскую область, и сушей, по Панамскому перешейку на территорию Колумбии. Связи доклассического периода были чрезвычайно оживленными и, вероятно, двусторонними.

Жизнь населения в следующий, классический период характеризуется независимым развитием всех ее областей. Базисом служило культурное единство предшествующего периода. К этому периоду в Мезоамерике относятся теотиуаканская, майяская (Древнее царство), 'ольмекская', сапотекская и некоторые другие культуры. В Южной Америке это культуры мочика, уари, тиауанако и лима.

Постклассический период - время оживленных передвижений племен в Мезоамерике и Андской области. Ломаются замкнутые рамки локальных культур предыдущего периода. Основные культуры постклассической Мезоамерики - тольтекская, ацтекская, юкатанских майя, миштеков. В Андской области - царство Чимор и империя инков.

Дальнейшее самостоятельное развитие индейских народов Мезоамерики и Андской области было насильственно прервано испанским завоеванием.

 

Источниковедение и историография древней истории Центральной и Южной Америки.


1.Источники по древней истории Центральной и Южной Америки.
2.Историография истории Древней Центральной и Южной Америки.

1.Источники по древней истории Центральной и Южной Америки.

Автор-В.Г.Зубарев

Источники по древней истории Центральной и Южной Америки довольно многочисленны и разнообразны. К ним относятся отдельные тексты сапотеков, майя и некоторых других народов Мезоамерики; многочисленные письма, воспоминания и отчеты участников и оцевидцев Конкисты; так называемые хроники, написанные в XVI-XVII вв., авторами которых были как испанцы, так и потомки индейской знати; памятники материальной культуры; данные этнографии и сравнительного языкознания.

Удельный вес отдельных категорий источников по различным периодам индейской истории неодинаков. Так, большинство хроник и воспоминаний очевидцев событий почти не освещают события ранее X в. н.э. Основным источником для культур доклассического и классического времени служит, таким образом, археологический материал.

Неоднозначна источниковедческая база и в отношении Центральной и Южной Америки. Традиции древнемексиканского общества начала XVI века оказались понятнее европейцам, чем андские. Религиозные и календарно-астрономические представления, государственные и политические институты, экономические организации, а главное, распространенный в Мексике способ накопления и передачи информации, т.е. письменность, не отличались принципиально от известных европейцам либо но собственному опыту, либо благодаря общению с другими народами Старого Света или сведениям, дошедшими от античности. Представители прежней ацтекской знати в свою очередь сравнительно легко перешли на латиницу и рассказали в своих сочинениях о жизни и истории разрушенного испанцами государства. В Андах пропасть между европейской и местной культурами была столь глубокой, что после конкисты образованные индейцы и метисы оказались способны изложить свои взгляды в доступной завоевателям форме лишь в тех случаях, когда их собственное мышление в определенной мере европеизировалось.

Еще одна категория источников - памятники материальной культуры - также представлена в Мезоамерике лучше. Прежде всего это касается монументального искусства. Инкские памятники искусства этого рода испанцы уничтожили практически все. Из-за обилия золота и серебра, находившихся в их распоряжении, индейцы Перу делали свои наиболее важные культовые изображения не из камня, а из драгоценных металлов. Естественно, что все это было немедленно пущено испанцами в переплавку.

Типологически все древние цивилизации Мезоамерики и Андской области принадлежат к древнему миру. Если оценивать состояние их источниковедческой базы в сравнении с аналогичными обществам III тыс. до н.э. в Старом Свете, то ее несомненно следует признать более весомой, как в отношении археологических свидетельств, так и в отношении письменных материалов.

Источники доклассического периода.

Базой для изучения древнейшего прошлого Мезоамерики и Андской области служит исключительно археологический материал. На территории Мезоамерики он представлен поселениями, погребальными комплексами и храмовыми постройками. Наиболее ранние памятники относятся к X-XII тыс. до н.э., т.е. ко времени, когда на этой территории обитали группы бродячих охотников и собирателей. Наиболее многочисленные памятники относятся ко II-I тыс. до н.э.

Данные археологии позволяют достаточно точно реконструировать эволюцию хозяйственного и общественного уклада населявших Меозоамерику племен. На раннем этапе (2000-1000 гг. до н.э.) это родовые поселки земледельцев с типичным для этого времени инвентарем (набор каменных орудий труда, керамика простых форм со скудной орнаментацией, статуэтки, изображающие обнаженных женщин). Подобные памятники обнаружены в Западном Гондурасе, на тихоокеанском побережье Гватемалы, на территории Мексики, в долине Техуакан (Южная Пуэбла).

К следующему этапу (1000-500 гг. до н.э.) относятся первые постоянные системы ирригации (долина Техуакана), множество новых форм керамики, появление специальных некрополей (например, в Тлатилько, долина Мехико, и Плайя-де-лос-Муэртос, в Гондурасе) и первых образцов храмовой архитектуры (например, в долине Техуакана, на Юкатане, Тихоокеанском побережье Гватемалы).

К заключительному этапу доклассического периода относятся многочисленные поселения, размеры которых существенно увеличиваются, монументальные хравомые и административные простройки на пирамидах (например, пирамиды храма Солнца в Теотиуакане и 'круглого' храма в Куикуилько), пышные каменные гробницы знати, расположенные под фундаментами храмов. Отчетливо выступают зачатки будущей классической архитектуры, скульптуры, живописи. Наиболее полно эти комплексы представлены в долине Мехико, горной Гватемале (Каминальхуйю), Южный Веракрус и Табаско (культура 'ольмеков'), центральный Чиапас и Петен (Северная Гватемала).

Наиболее ранние следы пребывания человека в Южной Америке относятся к XIII-XII тыс. до н.э. Так же как и в Мезоамерике это были охотники и собиратели.

В III-II тыс. до н.э. в Андской области появляются довольно крупные поселения и сопутствующие им некрополи (например, поселение Асия на побережье Тихого океана). К этому времени относятся и хранилища продуктов, в частности кукурузы (например, хранилище Лос-Гавиланес в долине Уармей к северу от Лимы). К концу III тыс. до н.э. относятся и первые образцы монументальной архитектуры (напримерм, поселение Ла-Гальгада).

Следующий этап доклассического периода в Андской области представлен крупными храмовыми комплексами. На побережье это комплексы Сечин-Альто, Гарагай и Кабальо-Муэрто. Начиная с XVIII-XV вв. до н.э. в этих храмах появляется роспись, рельефы и объемная глиняная скульптура.

Аналогичные комплексы в горных районах Центральных Анд относятся к более позднему времени (середина I тыс. до н.э.). Примером здесь может служить крупнейший региональный центр, Чавин-де-Уантар, контролировавший торговый путь через Анды. Важнейшие особенности архитектуры Чавина восходят к прибрежной традиции и встречаются на огромной территории - от лесного коридора, разграничивающего Эквадор и центральноандскую область, до Аякучо и южного поберья Перу.

Таким образом, так же как и в отношении Мезоамерики, археологические памятники Андской области позволяют достаточно полно проследить эволюцию проживавших на этой территории племен. Кроме того они создают хорошую базу для сравнения двух очагов древнейших цивилизаций Америки.

Источники доклассического периода.

Источники классического периода в истории древнейших индейских цивилизаций более разнообразны, однако по-прежнему ведущая роль принадлежит археологическому материалу.

На этом этапе у Мезоамериканских племен появляется иероглифическая письменность. В большинстве случаев дошедшие до нас фрагменты крайне незначительны, чтобы говорить о широких возможностях использования памятников древнейшей письменности. Так, на территории Теотиуакана не было найдено ни одного сколько-нибудь крупного иероглифического текста, или надписи. Ученым удалось пока выявить лишь несколько иероглифических знаков, запечатленных на глине и камне или же на фресковых росписях.

Письменные памятники древних майя представлены более широко. Иероглифы высечены на многочисленных стелах, рельефах и алтарях. Известно, что в городе Мани существовала богатейшая библиотека доколумбовой поры, в которой были собраны все достижения цивилизации майя. Вся эта библиотека была уничтожена в огне на городской площади по приказу франсисканского монаха Диего де Ланда в 1549 году. Письмо майя было словесно-слоговым, напоминавшим письмо древних египтян и шумеров; оно было расшифровано в 50-х годах русским этнографом и языковедом Ю.В.Кнорозовым. Однако, до сих пор известные иероглифы не прочитаны до конца.

Отдельные сведения о Мезоамерике классического периода можно извлечь из более поздних письменных свидетельств, относящихся к XVI-XVII вв.

Во-первых, это повествования самих индейцев записанные на их родном языке, но буквами латинского алфавита вскоре после конкисты. Сведения по майяской истории содержатся в эпосе майя-киче 'Пополь-Вух' и в книге юкатанских индейцев 'Чилам Балам'. К этой же группе источников можно отнести и сочинение Фернандо Иштлилшочитла, изложившего историю восточных толтеков Теотиуакана от сотворения мира. Собственно исторический период у Иштлилшочитла охватывает время с 510 по 959 годы и включает правление девяти правителей толтеков.

Во-вторых, это свидетельства первых конкистадоров и монахов о майя. Особую ценность здесь представляют записки уже упоминавшегося Диего де Ланда, сначала уничтожившего библиотеку майя, а затем записавшего многие устные предания, объяснившего чтение утраченных иероглифических письмен, календарь майя. Записки Диего де Ланда помогли современным ученым прочитать календарь и одну треть из известных текстов маяйя.

Самую обширную группу источников по истории классического периода цивилизаций Мезоамерики составляют памятники материальной культуры, добываемые при археологических раскопках. Для 'ольмекской' культуры важнейшими памятниками являются Ла-Вента, Трес-Сапотес, Серро-де-лас-Месас и Сан-Лоренсо на побережье Мексиканского залива. Их раскопки позволили выявить характерные черты 'ольмекской' культуры, проследить ее эволюцию и связь с другими культурами Мезоамерики.

Большой интерес представляет изучение руин Теотиуакана, крупнейшего центра Мезоамерики в I тысячелетии н.э. (Цивилизация Теотиуакана). Здесь обнаружен крупный ритуальный центр, состоящий из одной длинной (свыше 4 км) улицы 'Дорога смерти' и расположенных по обеим ее сторонам религиозно-административных зданий, среди которых особенно выделяются Пирамида луны, Храм земледелия, Храм Тлалока, Храм Кецалькоатля.

Культура майя классического периода (Древнее царство) представлена многочилсенными городами, наиболее крупными из которых были: Тикаль, Копан, Паленке, Йашчилан, Пьедрас-Неграс в низменных тропических районах Северной Гватемалы. В них обнаружены величественные дворцы и храмы, памятники изобразительного искусства, пышные гробницы правителей, знати и жрецов, скульптурные произведения, иероглифическая письменность и календарь.

Богатый археологический материал имеется и по истории индейцев-сапотеков (Цивилизация Монте-Альбана). Руины главного культурного центра сапотеков - Монте-Альбана - находятся вблизи города Оахака в Мексике в одноименной с последним долине. Археологические исследования в долине Оахака выявили специфические для этой цивилизации погребальные комплексы (каменные гробницы прямоугольной формы с нишами в стенах или же крестообразные в плане часто с фресковыми росписями внутри), своеобразную архитектуру (здания с круглыми каменными колоннами у входа), характерную систему письменности и календаря. Письменность у сапотеков так же как и у майя была иероглифической. Сохранились надписи, сделанные красной краской на стенах гробниц, и короткие тексты, высеченные на стелах и алтарях или же запечатленных на керамике.

Индейцы Андской области не создали письменности в нашем понимании. Они хранили информацию с помощью кипу - связок разноцветных шнурков с узелками. Подобная знаковая система была не менее емкой, но она несопоставима с европейской. Кипу не были случайным изобретением, а принципы мышления, лежащие в основе 'узелкового письма', тесно связаны с присущими индейцам Анд календарно-астрономическими представлениями и с особенностями их социальной организации (наиболее ранние кипу найдены в погребениях VII в. н.э. культуры уари на побережье Перу, однако вряд ли это самые первые образцы).

Не содержатся какие-либо сведения о доинкском периоде Андских цивилизаций и в более поздних хрониках, которые можно использовать с большой осторожностью лишь для выяснения некоторых аналогов инкского общества в более ранние периоды. Таким образом, как и в предыдущий период главным источником наших сведений по классическим цивилизациям Андской области остаются данные археологических раскопок.

К этому времени относятся руины города Уари близ современного города Аякучо, огромные недостроенные комплексы Виракочапампа и Пикильякта (култура уари); город Тиауанако, расположенный на равнине вблизи оз.Титикака (культура тиауанако); города Моче и Пампа-Гран-де на побрежье Перу (культура мочика). При изучении этих городов и других менее значимых поселений на территориях распространения культур уари, тиауанако и мочика получены интересные данные, свидетельствующие о постепенном преобразовании ранних городов-государств в крупные царства.

Источники постклассического периода.

Количество источников, относящихся к этому времени, возрастает по сравнению с предшествующим периодом. Прежде всего это касается письменной традиции.

Письменные источники X-XV вв. по истории Мезоамерики по-прежнему представляют собой отрывочные иероглифические тексты майя и полупиктографические рукописи миштеков и ацтеков. Индейские рисованные книги, известные под названием 'кодексы', составляют особую группу источников. Содержат они ритуальные, календарные и генеалогические сведения. Кодексы рисовались на длинных, сложенных гармошкой полосах бумаги и оленьей кожи шириной около 30 сантиметров и длиной иногда свыше 14 метров. Эти полосы с двух сторон были покрыты цветными пиктограммами по белой известковой грунтовке.

В настоящее время известны 3 кодекса майя, 13 кодексов миштеков, 5 кодексов не вполне ясного происхождения, хотя и родственных миштекским, и несколько ацтекских кодексов. Кроме того имеется некоторое количество кодексов, созданных уже после завоевания Мексики испанцами.

Майяские кодексы все еще не прочитаны. В других приоткрыт смысл некоторых фрагментов или определенных слоев значений, а часть понята полностью. Помимо реконструкции духовного мира индейцев Мезоамерики, данные кодексов могут служить дополнительным источником их социально-политических институтов.

Еще одной категорией источников по истории постклассического периода являются письма, воспоминания и отчеты непосредственных участников и очевидцев конкисты. Они содержат ценные сведения о религии и культуре индейцев накануне и в период завоевания. Среди этих ранних документов важнейшими являются письма Кортеса к императору Карлу V и записки солдат Берналя Диаса дель Кастильо.

Следующая группа источников представляет собой хроники и исторические труды общего характера, написанные после покорения основной массы индейцев. В них наряду с различными религиозными догмами содержатся ценные фактические сведения. Наиболее значительные работы этого рода написали Диего Дуран, Алонсо Сорита, Альварадо Тесосомок, Фернандо Иштлилшочитл, Диего де Ланда и Бернардино де Саагун. К этой же группе можно отнести и Хронику Куаутитлана, в которой содержатся сведения по истории западных толтеков городов Кулуакана, Теночтитляна и Куаутитлана, а также книги юкатанских индейцев 'Чилам Балам'.

Письменные источники по истории Мезоамерики весомо дополняются археологическими данными, полученными при раскопках различных ацтекских, майяских и миштекских центров, среди которых отметим Теночтитлан, Тескоко, Чичен-Ицу, Ицмаль, Майяпан, Ушмаль, Митлу и другие. Особый интерес представляют памятники монументального искусства ацтеков, позволяющие разрешить немало проблем, возникающих при истолковании содержащихся в хрониках сведений о высших формах индейской религии. Прежде всего это ацтекские храмы в виде ступенчатых пирамид (теокалли) и большое число превосходных статуй ацтекских божеств, утопленных испанцами в болоте вблизи Теночтитлана и извлеченных оттуда в наши дни.

Письменная традиция истории постклассического периода Центральных Анд значительно беднее Мезоамериканской. Перуанские хроники XVI-XVII вв. в целом дают несколько более искаженную картину жизни инков, чем аналогичные работы по истории и культуре ацтеков. К тому же большинство хроник написано не участниками событий 1530-х годов, а их потомками во втором и третьем поколении. Наиболее значимыми среди работ подобного рода являются хроники Инка Гарсиласо де ла Вега и Педро де Сьеса де Леона.

Существенным дополнением к хроникам являются так называемые visitas - отчеты испанских чиновников о положении дел в провинциях вице-королевства, относящиеся к середине и второй половине XVI века. Они включают частные, нередко отрывочные, но зато подробные и объективные сведения о демографии, социальной организации, отношениях собственности в последние годы существования инкского государства.

Еще один важный источник для изучения последнего периода в истории цивилизаций Андской области - археология. Раскопки столицы государства Чимор города Чан-Чана и инкских городов Куско, Мачу-Пикчу, Уануко Пампа, Хатун Хауха и других позволили существенно уточнить сообщения письменных источников. Большой интерес представляет изучение Нового Куско - уникального города на западных склонах Анд, призванного в свое время воспроизвести облик столицы государства. Развалины этого города хорошо сохранились до наших дней.

В отличие от Мезоамерики, большинство памятников монументального искусства инкского периода было уничтожено испанцами. Одно из немногих исключений - крупная каменная статуя пумы, когда-то находившаяся в главном храме Куско - Кориканче. Зато сохранились детские захоронения на вершинах высоких гор, связанные с ритуалом 'великого жертвоприношения'.

Еще один источник, общий для Мезоамерики и Центральных Анд - данные этнографического изучения. Чрезвычайно полезными, например оказались этнографические исследования среди индейцев Боливии и Перу, а также в некоторых глухих и труднодоступных уголках Мексики и Центральной Америки, где индейцы все еще во многом сохраняют старый уклад жизни. Сопоставление материков XVI-XVII веков с современными наблюдениями позволяет существенно дополнить содержащиеся в отчетах и хрониках сведения о древних общественных структурах.

Относительно новым и еще недостаточно разработанным в отношении истории американских индейцев источником являются данные сравнительного языкознания. Сопоставляя результаты языковой реконструкции с археологическими фактами и сведениями письменных источников, удается получить представления о многих этнических процессах древности.

В целом многочисленные и разнообразные источники по истории древних цивилизаций Мезоамерики и Андской области, взаимно дополняя друг друга, позволяют довольно полно реконструировать исторические процессы, протекавшие на этой территории в течение нескольких тысячелетий вплоть до трагического для индейцев испанского завоевания.

 

2.Историография истории Древней Центральной и Южной Америки.

Автор-А.Ю.Бутовский

Историография истории Древней Мезоамерики.

История изучения древних культур Мезоамерики охватывает сравнительно небольшой отрезок времени. Научный интерес к проблемам доколумбовой истории Америки появляется не ранее середины XIX века. Вызван он был открытием руин древних городов майя американским путешественником и дипломатом Джоном Ллойдом Стефенсом. С этого времени и вплоть до рубежа XIX и XX вв. идет быстрое накопление фактического материала.

Большинство исследований носило чисто описательный характер и являлось результатом многочисленных путешествий и экспедиций в глухие районы Мексики, Гватемалы и Гондураса. Археологические раскопки были незначительными и низкими по качеству. В первую очередь интерес вызывали наиболее эффектные архитектурные сооружения и каменная скульптура. В частности именно в это время были проведены первые раскопки Теотиуакана (А.Батрес), началось накопление материала по культуре сапотеков (А.Банделье, Д.Шарнэ, У.Холмс и др.) и научное исследование древних городов майя (Т.Малер, А.Тоззер и др.).

Второй этап в изучении истории Мезоамерики связан с первыми крупномасштабными археологическими исследованиями и охватывает первую четверть XX века. По-прежнему преобладает накопление фактического материала, однако происходит это уже преимущественно на основе данных археологии. Это обстоятельство привело к появлению первых теоретических исследований и обобщающих трудов, в которых делается попытка дать общую панораму местных культур до испанского завоевания.

Так, немецкий археолог Э.Зелер сумел создать первую высоко научную для того времени обобщающую работу по Теотиуакану (1915 г.). В ней содержались интересные наблюдения о границах, происхождении и характерных чертах теотиуаканской цивилизации. В 1922 году вышла монография М.Гамио, охватывающая всю историю долины Теотиуакана с древнейших времен до наших дней.

Долина Мехико послужила базой и для создания первых концепций и гипотез относительно основных этапов развития доколумбовой культуры. В 1902 году З.Нутталь установила значительно более раннее, чем ацтекское происхождение глиняных статуэток из ранних слоев. Через семь лет после этого М.Гамио, применив стратиграфический метод раскопок, доказал, что культурные остатки доклассического периода относятся к доацтекскому и дотеотиуаканскому времени. Ему удалось установить последовтельность основных культур, существовавших в долине Мехико в доиспанское время: архаическая культура, цивилизация Теотиуакана и ацтекская культура.

В 1915 г. на XIX Международном конгрессе американистов в Вашингтоне Г.Дж.Спинден предложил свою 'архаическую' гипотезу, согласно которой все культурные традиции архаической эпохи имеют единый источник происхождения - Центральную Мексику. И именно на базе этой единой культуры выросли ранние цивилизации Мексики и Центральной Америки. Несмотря на то, что последующие раскопки в различных областях Нового Света выявили ошибочность этого утверждения, гипотеза Спиндена сыграла заметную роль в решении проблем происхождения американских цивилизаций.

За пределами долины Мехико и прилегающих к ней районов широкомасштабных раскопок в первой четверти XX века почти не велось. Единственным объектом исследований здесь оставались древние города майя (Т.Малер, А.Тоззер, С.Морли). Главное внимание уделялось общему обследованию объектов, их картографированию, а также сбору материалов по эпиграфике, архитектуре и скульптуре. Материальные остатки культуры основной массы населения почти полностью игнорировались. Это значительно сужало возможности для реконструкции древней истории майя и вело к чрезмерному выпячиванию религиозного аспекта. В частности этим недостатком страдает и единственная крупная работа этого времени, посвященная письменности и календарю майя, 'Надписи Копана' С.Морли (1920 г.).

В конце 20-х и 30-е годы XX века археологи США проводят крупномасштабные работы в городах древних майя - Вашактуне, Чиген-Ице, Копане, Пьедрас-Неграс и Каминальхуйю. Эти раскопки позволили накопить огромный фактический материал по различным аспектам майяской цивилизации. Однако, по-прежнему при обобщении результатов приоритет отдавался религиозным аспектам и чистому искусству при почти полном отсутствии решений исторических проблем на археологической основе. И все же успехи мезоамериканской археологии в этот период очевидны.

Важнейшей вехой здесь были раскопки. А.Касо в Монте-Альбане (1931-1932 гг.), в результате которых была выделена новая яркая цивилизация - сапотекская. Среди крупных исследований этого времени можно также отметить работы шведа С.Линне в Теотиуакане и работы М.Стирлинга и Ф.Дракера в мексиканских штатах Веракрус и Табаско, благодаря чему была открыта новая доиспанская культура - культура 'ольмеков'. Впервые термин 'ольмекский' был употреблен Дж.Вайяном в 1932 году для обозначения стиля искусства, представленного главным образом предметами мелкой пластики (нефритовые статуэтки, кельты, украшения).

С именем Дж.Вайяна связан и пересмотр 'архаической' теории Г.Спиндена. В 1927 году на основе данных раскопок С.Лотропа, М.Гамио и Р.Мервина он убедительно показал отсутствие единства среди доклассических памятников из различных областей Мексики и Центральной Америки и наличие на этой территории нескольких отдельных культурных традиций. Последующие исследования памятников доклассического периода полностью подтвердили мнение Дж.Вайяна.

Дж.Вайяну принадлежит также и самая полная до настоящего времени обоющающая работа по истории ацтеков. Появление в 40-х годах этой и некоторых других близких к ней по характеру работ ознаменовало начало нового этапа в исследованиях древних культур Мезоамерики. Наряду с продолжением накопления источников в ходе проведения крупномасштабных археологических раскопок, совершенствуется методика исторического исследования, начинается использование методов естественных наук, расширяется проблематика исторического исследования. Все это способствовало улучшению хронологии важнейших культур Мезоамерики, упорядочению терминологии, росту интереса к причинному объяснению событий. Наметился переход к комплексным методам изучения археологических объектов, когда изучаются не только сами древности, но и природное окружение их.

К числу важнейших открытий послевоенного времени следует отнести, прежде всего, находки памятников первобытного человека на территории Мексики. Типологические и хронологические связи древнейших мексиканских находок с памятниками Северной Америки не оставили сомнения в том, что племена первобытных охотников и собирателей пришли в Мексику с севера.

Важное значение имели работы канадского археолога Р.Мак-Нейша в 50-х - 60-х годах, особенно на территории мексиканского штата Чиапас. Удалось установить, что развитие местных памятников, созданных здесь племенами языковой группы майя происходило без существенных нарушений от VI-V тысячелетий до н.э. до конца доклассической эпохи.

Качественные изменения происходят в изучении истории майя классического периода. Археологические данные впервые начинают использоваться для решения важных исторических проблем. К числу таких проблем относятся проблема термина 'цивилизация майя', проблема характера классического общества майя, проблема единого государства у майя в классическое время, причины гибели классической культуры майя.

Подавляющее большинство американских исследователей исключают из области майя горную Гватемалу на том основании, что там отсутствуют или представлены очень слабо такие характерные для равнинных районов черты, как каменная архитектура со ступенчатым сводом, иероглифическая письменность и алтари. Именно эти признаки по их мнению характеризуют 'цивилизацию майя' (С.Морали, Э.Томпсон, Г.Уилли). Наиболее четкое общее определение классической культуры майя дала американская исследовательница Татьяна Проскурякова (1959 г.). Под термином 'цивилизация майя' она подразумевает специфическую культуру, отличающуюся особым стилем архитектуры, эпиграфики и искусства, с центром в северо-восточном Петене (Гватемала).

В тесной взаимосвязи с термином 'цивилизация майя' стоит вопрос о происхождении классической культуры майя. Здесь наметились два основных направления: 1) цивилизация майя зародилась там, где были найдены наиболее ранние образца письменности, календаря и каменных построек со специфическим сводом, а именно - в департаменте Петен (С.Морали, Т.Проскурякова); 2) с территории мексиканских штатов Веракрус и Табаско (С.Тоскано, М.Коваррубиас). В последние годы можно отметить пристальное внимание к архаическим памятникам майя, однако специальных аргументированных работ по этой проблеме до сих пор нет.

До сих пор нет единства и в оценке характера классического общества майя. Были высказаны самые различные гипотезы от подобия античных полисов с теоретической формой правления (С.Морали) до феодальной теократии грубого и безжалостного характера (М.Коваррубиас, С.Майлс). Диаметрально противоположные точки зрения существуют и в оценке положения, занимаемого различными категориями майяского общества. Так, У.Ко считает самым угнетенным слоем земледельцев. Напротив, Г.Уилли пришел к заключению, что земледельцы майя были не забитой и нищей массой, а свободным и зажиточным классом, принимавшим активное участие в жизни общества. Э.Томпсон утверждает, что власть у майя была сосредоточена в руках жрецов и аристократов. Другие же исследователи считают, что у майя вообще не было жрецов и аристократов, стоящих над народом и угнетающих его. В ритуальных обрядах участвовало всё население, а аристократы, которых встретили в XVI в. на Юкатане испанцы, появились в результате влияний из Центральной Мексики лишь за 5 веков до конкисты (Г.Уилли, Э.Фогт, Дж.Буллард). Скорее всего, о полной ясности в этом вопросе можно будет говорить лишь после прочтения иероглифических текстов майя.

По вопросу причин гибели классической культуры майя высказывались самые различные мнения: землетрясения, изменения климатических условий, эпидемии, крах майяской системы земледелия, насильственное переселение, социальная революция, иностранное нашествие. Первоначально наибольшее распространение получила точка зрения С.Морли, считавшего причиной гибели классической цивилизации майя упадок системы майяского земледелия, оказавшегося не способным обеспечить потребности растущего населения. Однако последующие исследования заставили отказаться от этой гипотезы и связывать вслед за Э.Томпсоном упадок майя с внутренними социальными потрясениями, либо с крупными этническими передвижениями в конце позднеклассического периода, как это делает Р.Жирард.

В 40-х годах XX века обозначилась еще одна проблема истории древней Мезоамерики - 'ольмекская'. Исследования в крупнейших 'ольмекских' центрах - Ла-Венте, Серро-де-лас-Месас и Трес-Сапотес - в начале 40-х годов позволили связать 'ольмекский' стиль искусства с конкретной географической областью (М.Стирлинг). Тогда же состоялась специальная конференция по 'ольмекской' проблеме, однако до сих пор эта проблема остается в числе нерешенных проблем американистики. Наиболее распространенными являются три точки зрения: 1) эта культура послужила основой всех последующих высоких цивилизаций Мезоамерики (М.Коваррубиас, М.Портер, Р.Пинья Чан); 2) культура 'ольмеков' представляет собой слабое отражение цивилизации майя (С.Морали, Э.Томпсон); 3) 'ольмекская' культура была одной из нескольких более или менее синхронных культур, которые развивались в одном направлении, но разными путями (Ф.Дракер, Р.Хейзер).

Несколько в меньшей степени в послевоенные годы разрабатывались вопросы истории цивилизации Теотиуакана (П.Армильяс, П.Толстой), цивилизации Монте-Альбапа (Х.Акоста, И.Берналь, Дж.Паддон) и миштеков (А.Касо, А.Миллер).

Изучение истории ацтеков после фундаментальной работы Дж.Вайяна в основном было сосредоточено на разработке отдельных проблем организации ацтекского общества. В частности таких как военная организация ацтеков (И.Барри) и система даннических обязательств (Г,Баудот, Э.Брумфил). Так, Э.Брумфил показала, что вся система даннических обязательств, которые ацтеки навязывали побежденным провинциям определялась возможностью организовать доставку в столицу издалека некоторых категорий ремесленных изделий при явной неосуществимости наладить столь же дальнюю транспортировку продовольствия. Поступавшие из провинции ткани и прочую легкую продукцию государственные власти сбывали поэтому по низкой цене жителям столичной области. Те же должны были расплачиваться продукцией сельского хозяйства, оказываясь тем самым заинтересованными в расширении ее производства и сбыта. Торговля, таким образом, процветала, и на рынке ацтекской столицы Теночтитлана можно было купить все, что угодно.

Ведущая роль в изучении истории Мезоамериканских культур в настоящее время принадлежит двум школам: североамериканской (США и Канада) и мексиканской. Основная доля работ, проводимых на территории Центральной Америки приходится на мексиканский Национальный институт антропологии и истории, Музей Пибоди при Гарвардском университете, Институт Карнеги и Смитсоновский институт в Вашингтоне.

Отечественная историография доколумбовых культур Мезоамерики берет свое начало в конце 50-х - начале 60-х годов XX века. Несмотря на относительную молодость, отечественная американистика добилась весомых результатов в решении многих важнейших проблем древней истории этого региона.

Активной разработке были подвергнуты вопросы истории майя. В первую очередь здесь следует отметить исследования Ю.В.Кнорозова, добившегося больших успехов в дешифровке иероглифической письменности майя. Общая характеристика искусства и культуры майя в классический период содержится в целом ряде статей и в монографии Р.В.Кинжалова. В.И.Гуляев акцентирует внимание на решении важнейших проблем цивилизации майя: происхождение, характере общества и причинах гибели классических городов-государств. В отличие от американских исследователей В.И.Гуляев считает, что под цивилизацией майя следует понимать культуру племен языковой группы майя, достигших ступени классового общества и государственности. Эта культура распадается на два больших локальных варианта - горные районы и низменные, - объединенные единством происхождения.

Общим для отечественных историков культуры майя является подход к определению характера классического общества майя как классового. Так, Ю.В.Кнорозов выделяет внутри общества майя следующие слои: знать, куда входило и жречество, общинники, ремесленники и торговцы-профессионалы. В.И.Гуляев, опираясь на три вида археологических источников (некоторые мотивы классического искусства майя, характер поселений в классический период и погребальный обряд), приходит к заключению, что у майя имелся мощный и централизованный государственный аппарат деспотического типа. Новым моментом, внесенным в данную проблему отечественными историками, является указание на значительное сходство социального строя майя с цивилизациями Древнего Востока.

По истории ацтекской цивилизации ценные исследования были проведены в области социально-классовой организации, организации земледелия (В.Е.Баглай) и некоторых проблем развития ацтекской культуры (Р.В.Кинжлов, В.Е.Баглай).

В.Е.Баглай принадлежит и первое крупное отечественное исследование, посвященное социально-политическому и экономическому устройству ацтекского общества ('Ацтеки. История, экономика, социально-политический строй'). Автор рассматривает политическую историю ацтекского государства начиная с прихода племени теночков в район озера Тескоко и заканчивая падением Теночтитлана.

Довольно подробно разбирается социально-политическое устройство ацтекского общества, дается характеристика всех слоев населения. В.Е.Баглай основательно осветила и экономический аспект: торговлю и ремесло. Ценным является обращение к правовым нормам ацтекского общества.

В то же время недостаточно акцентировано внимание на характере ацтекского государства, проблеме взаимодействия городов-государств в рамках тройственного союза, конфедеративные отношения, методы и цели ведения войн.

Изучалась и наиболее ранняя история Мезоамерики. В частности разрабатывались проблема происхождения земледелия и мезоамериканской керамики, проблема происхождения доклассических культур Нового Света и проблема их взаимосвязи с цивилизациями. Блестящий образец решения проблемы происхождения земледелия методом биологической науки еще в 30-е годы XX века продемонстрировал Н.И.Вавилов, выводы которого совпали с данными археологии.

Изучением проблемы связи древних цивилизаций Нового Света занимался В.А.Башилов. На основе анализа обширного археологического материала он пришел к выводу, что черты сходства, наблюдавшиеся в древних цивилизациях Америки, объясняются прежде всего общностью материальной культуры неолитической эпохи, которая сложилась в зоне древних цивилизаций в доклассический период.

Несмотря на отчетливый интерес к древней истории Мезоамерики, многие ее проблемы пока остаются за пределами разработок отечественных американистов. Особенно это касается ряда культур классического периода. Единственной обобщающей работой, охватывающей весь спектр классических цивилизаций Мезоамерики, является монография В.И.Гуляева 'Древнейшие цивилизации Мезоамерики' (1972 г.).

Историография истории Древней Южной Америки.

История изучения древних культур Южной Америки берет свое начало в XIX веке. Первая научная история завоевания Перу, написанная У.Прескоттом вышла в Нью-Йорке в 1847 году. Уже в ней высказывалась мысль о присутствии социалистических начал в инкской общественно-государственной системе. Эта идея была поддержана и развита целым рядом немецких и французских историков конца XIX - начала XX вв., окончательно исчезнув из серьезных работ в 1940-е годы. Наиболее полной и последовательной попыткой внести ясность в вопрос об отношении древнеперуанского общества к социалистическому строю стала книга французского экономиста Луи Бодэна 'Социалистическая империя инков', опубликованная в 1928 году.

В 20-х годах испанские архивные документы оставались в массе своей неизвестными, инкские памятники - не раскопанными, а сведения о доинкском прошлом Перу - ничтожными. Исследователи того времени в своих выводах целиком зависели от материалов хроник и это неизбежно приводило к ошибкам, так как непонимание многих традиций андского общества европейцами влекло за собой искажение картины жизни инков.

К концу 40-х годов XX века археологи открыли главные предшествовавшие инкам перуано-боливийские культуры. Однако, исследователи плохо представляли, где проходили и как менялись во времени границы этих культур, чем существенным одни общества отличались от других и, наконец, каков был их этнический состав.

В 1956 году Дж.Гринберг предложил классификацию индейских языков, согласно которой не менее половины южноамериканских языков оказалось объединенной в одну макросемью - андо-экваториальную. Позднее он отказался от этой точки зрения в пользу неродственности андских и экваториальных языков. Эта схема оказалась лучше сопоставима с данными археологии и палеогеографии.

С 60-х годов XX века начинается современный этап изучения инкской культуры. Его открытие связано с работами американского исследователя Т.Зойдемы. Т.Зойдема первым продемонстрировал огромную роль фратриальных структур в организации общины Куско, доказал мифологичность содержащихся в хрониках сведений по ранней инкской истории.

Широкомасштабные археологические и этнографические исследования в 60-70-х годах XX в сочетании с обнаруженными в перуанских архивах отчетами испанских чиновников о положении дел в провинциях вице-королевства позволили по-новому взглянуть на многие проблемы Центральноандской цивилизации. Американский археолог М.Мосли предложил 'морскую' теорию ее становления. Согласно этой теории переход к производящим видам хозяйства в конце IV-III тыс. до н.э. был вызван распространением рыболовства. В настоящее время эта идея получила признание большинства специалистов.

Проблемы истории культур, предшествующих инкам, занимают важное место в исследованиях последних десятилетий XX века. Выявлены памятники, свидетельствующие о том, что уже в III - начале II тыс. до н.э. в Андской области получила развитие монументальная архитектура (Г.Гридер и А.Буэно). Анализу подверглись сложные этнокультурные процессы II-I тыс. до н.э. (Ш.Позорски, Р.Бургер). Разрабатывается проблема формирования первых государственных образований, связанных с культурами уари, мочика и тиауанако (Р.Шедель, М.Андерс и др.). Удалось установить, что в горных районах формированию крупных царств предшествовала стадия города-государства. На побережье эта стадия прослеживается плохо и, возможно, вообще отсутствовала.

Пристальное внимание уделяется также вопросам преемственности между инкской цивилизацией и отдельными доинкскими культурами (развитие ротационной системы привлечения к труду крестьян-общинников, хранение и передача информации, территориально-политическая организация, формирование идеологической общности и имперской инкской культуры). Большинство исследователей склоняются к мнению, что основы объединения Центральных Анд инками были заложены в эпоху расцвета культур уари, тиауакнако и мочика. В это время были опробованы те установления и идеи, на основе которых в дальнейшем возникла империя. Так, американский археолог М.Андерс, исследуя территориальную организацию государства Уари, пришла к заключению, что эта организация аналогична инкской концепции четырех суйю (четверть земного круга). Наличие ротационной системы привлечения к труду крестьян-общинников в государстве Мочика доказано в ходе археологического исследования его столицы. О постепенном формировании идеологической общности, охватывающей большую часть населения Центральных Анд, свидетельствует определения стандартность в иконографии главного божества в пантеонах уари, тиауанако и мочика. Дальнейшее подкрепление фактами тезиса о преемственности развития Центральноандских культур связано с проведением новых археологических раскопок. Особенно актуально это в отношении социально-хозяйственных институтов.

Еще одна проблема в изучении истории древних культур Южной Америки связана с этническими процессами в доинкский период и выходит далеко за рамки Центральноандской области. В начале 40-х годов XX века один из крупнейших специалистов по культуре Тауантинсуйю (так инки называли свое государство) Дж.Роу обнаружил в долине Куско и в прилегающей к ней с севера долине Урубамбы новую культуру, существовавшую здесь за несколько веков до инков. Эта культура получила название кильке. Перуанская исследовательница М.Ростворовски де Диес Кансеко предложила гипотезу, согласно которой кильке - это культура народа айярмака, жившего в Куско до прихода собственно инков и упоминаемого в хрониках. Эта гипотеза не нашла достаточного подтверждения. Кроме того, отождествлять упоминаемый в хрониках небольшой этнос с широко распространенной культурой было методически неправильно. Тем не менее общая преемственность, идущая от кильке к инкам, несомненна, хотя происхождение этой культуры остается неясной.

Несомненный интерес в этой связи представляет попытка связать отдельные синхронные изменения в культурно-этнической карте Нового Света с воздействием глобальных колебаний климата (А.Паулсен). В Центральных Андах даже незначительные изменения температуры и увлажненности способны вывести из равновесия хозяйственную систему. Лишившиеся в такие периоды стад или урожая племена начинали теснить соседей в поисках подходящих полей и пастбищ, вызывая длинную цепь войн и нашествий. Так, экспансия культы уари (VII-VIII вв.), а затем инков (XV в.) приходится на то время, когда климат региона становится суше.

Одним из важнейших направлений зарубежной историографии являются исследования истории и культуры инков. Активной разработке были подвергнуты различные стороны инкского общества: экономическая организация, социальная структура, территориально-политической организация, административная система, методы эксплуатации, религия и т.д. Успехи, достигнутые в решении многих проблем связаны с именами таких крупных исследователей как Дж.Мурра, М.Андерс, Т.д'Алтрой, М.Ростворовски, Т.Зойдема, Г.Эртон, А.Демарест, П.Дювиоль и другие. Дж.Мурра изучал экономическую организацию инков, в том числе храмовое хозяйство. Ему принадлежит ряд обобщающих работ о хозяйстве и политических отношениях в Тауантинсуйю. В 70-х годах XX века Дж.Мурра первым предложил считать основной формой продуктообмена в Андах так называемый 'вертикальный контроль'. Эту идею в дальнейшем развил один из ведущих специалистов по политэкономии древнего Перу Т.д'Алтрой, доказавший преобладание вертикальных связей в инкском обществе как в организации государства, так и в идеологии и экономике.

Т.д'Алтрой изучал и методы эксплуатации, характерные для Тауантинсуйю. По его мнению во взаимоотношениях рядовых тружеников с привилегированными слоями господствовал принцип 'асимметричной реципрокности', который предполагает первоначальное изъятие государством земли и прочих ресурсов с последующим их возвращением непосредственным производителям при условии, что последние большую часть своего времени должны теперь работать на государство. Государство же берет на себя ритуальное руководство деятельностью работников и гарантирует ее безусловный успех.

Ряд исследований посвящены социальной структуре инков (М.Ростворовски де Диес Кансеко) и его политической организации (Дж.Мурра, М.Андерс, Дж.Шербонди и др.). Так, Дж.Шербонди и П.Дювиоль подвергли анализу управление в верхних этажах иерархии инков. Полученные выводы не подтвердили прежнее представление о главе инкского государства, как о единоличном владыке. Существовали определенные институционные ограничения власти царя.

Ценные исследования по истории религии инков провел А.Демарест, показавший, что индейцы Перу почитали, в сущности, лишь одно-единственное мужское божество, связанное с небом, солнцем, грозой, дождем. На концепцию централизованного и иерархически устроенного мира как основу государства инков указывает и исследователь культуры уари Дж.Исбель. До сих пор не решена проблема, как выглядели инкские божества. Это касается даже верховного божества Солнца. Предложенная французским историком и этнографом П.Дювиолем его реконструкция существенно расходится с данными хроник, однако вполне соответствует давним перуанским канонам. (Бог Солнца должен был иметь человекоподобный облик, а лучи лишь обрамляли голову и плечи фигуры божества).

В 70-х годах XX века был опровергнут взгляд на астрономию инков, как на систему разрозненных знаний о движении главных небесных объектов, которая по своей сложности существенно уступала соответствующим системам, возникшим в Старом Свете и в Мезоамерике. Решающую роль здесь сыграли работы ученика Т.Зойдемы американского этнографа Г.Эртона. В своих исследованиях индейской астрономии и календаря Г.Эртон опирался не только на материалы хроник, но и данные по современной этнографии племен кечуа. В результате он пришел к выводу, что инкская каледарно-астрономическая система носила ярко выраженный прикладной характер и в этом отношении достигла высокого совершенства, удовлетворяя нужды создавшей ее цивилизации также хорошо, как и астрономия майя или египтян.

С 80-х годов XX века среди зарубежных исследователей усиливается интерес к конкретному изучению отдельных провинций в составе инкского государства и их взаимоотношениям с центром (Т.д'Алтрой, С.Томка, С.Ромирез-Хортон и др.). Это позволило существенно дополнить картину организации управления на провинциальном уровне и уточнить систему отношений внутри привилегированных слоев инкского общества.

Характерным явлением для исторической науки за рубежом становится публикация многочисленных сборников статей, объеденных общей проблематикой исследований. К наиболее значимым среди них относятся сборник 'Инкское и ацтекское государство в 1400-1800 годах', 'Этноистория инков', 'Андская археология', 'Чан Чан', 'Экономика доисторических Центральных Анд', 'Социальная и экономическая организация в доисторических Андах' и некоторые другие.

Отечественная историография истории древних цивилизаций Южной Америки менее обширна и хронологически охватывает сравнительно небольшой отрезок времени - последние десятилетия XX века. Однако, большинство проблем, находящихся в центре внимания американистов, в той или иной мере разрабатываются отечественными историками, вклад которых в решение этих проблем весьма значителен.

Большое место в отечественной историографии 60-70-х годов занимали вопросы доинкской истории Южной Америки. В.А.Башилов выпустил монографию, в которой получили тщательную разработку различные аспекты хозяйственной, социальной, политической и культурной жизни древнейших Андских цивилизаций. В.А.Башилов одним из первых обратил внимание на отличие провинциальных материалов от столичного района внутри государства Уари, что существенно опровергало взгляд на это государство как на первую центральноиндскую империю. С.Я.Серов в это же время исследует проблему происхождения инков на основе анализа их этнографических мифов и приходит к выводу, что легенда о приходе первопредков из Тиауанако сочинена жрецами уже в имперский период, чтобы связать происхождение аристократии Куско с древним городом и тем подвести основу под захват земель в бассейне Титикаки.

Ю.Е.Берёзкин занимается изучением истории государства Мочика. Обобщающая работа по этой проблеме выходит в 1983 году.

Не остаются в стороне от разработок отечественных исследователей и вопросы истории инков. Среди наиболее значимых трудов середины 70-х годов XX века следует отметить монографии И.К.Смаркиной 'Община в Перу' и Ю.А.Зубрицкого 'Инки-кечуа'. Определенное влияние на оценку характера инкского общества на различных этапах его существования оказал господствовавший в тот период формационный подход к оценке исторического процесса. Дискуссии о формационной принадлежности перуанского и сходного с ним древних обществ оказались не слишком плодотворны и, в целом, строй инкского государства определялся как рабовладельческий (Ю.А.Зубрицкий).

Иной подход предлагается в монографии Ю.Е.Березкина 'Инки. Исторический опыт империи' (1991 год). Основой для реконструкции инкского общества служит здесь теория Ричарда Адамса, а инкское государство определяется как империя. Исходя из этого, Ю.Е.Березкин анализирует и доинкскую историю Андской области, и различные аспекты организации собственно инкского общества (экономику, социальную структуру, систему управления, идеологию). Предложенная реконструкция является в настоящее время наиболее полной и систематизированной, однако страдает определенным модернизмом, особенно заметно проявляющимся в сравнении с так называемыми 'империями' XX века.

Современная американистика - динамично развивающаяся отрасль исторической науки. И хотя в истории древнейших цивилизаций Центральной и Южной Америки остается еще немало нерешенных проблем, успехи ее очевидны. Цивилизации майя, ацтеков, инков и других народов Америки заняли достойное место в ряду цивилизаций Древнего мира, а их дальнейшее изучение позволит глубже понять закономерности мирового исторического процесса.

 

Древние цивилизации Мезоамерики.
(Часть I)


1.Природные условия Мезоамерики.
2.Древнейшее население Мезоамерики.
3.Мезоамерика в классическую эпоху.

1.Природные условия Мезоамерики.

Автор-А.Ю.Бутовский

Особая культурно-географическая область - Мезоамерика - включает в себя Центральную и Южную Мексику, Гватемалу, Белиз, западные районы Сальвадора и Гондураса.

Мезоамерику отличает необычайное разнообразие природных условий. Большую часть Мексики занимает Мексиканское нагорье с окраинными хребтами Сьерра-Мадры. На северо-западе расположен гористый полуостров Калифорния, на юге - горная область Чьяпас и южная Сьерра-Мадре, на юго-востоке низменный полуостров Юкатан. Климат на большей части Мексики тропический, на севере субтропический, сильно меняется от характера рельефа. Более половины территории Мексики занимают аридные районы. Наиболее крупная река (на границе с США) - Рио-Браво-Дель-Норте. На юге Мексике много озер.

Рельеф Гватемалы преимущественно гористый, преобладают нагорья с возвышающими над ними действующими и потухшими вулканами. На севере - плато Петен с карстовыми формами рельефа, на юге - узкая полоса прибрежной низменности. Климат субэкваториальный. Осадков от 500-1000 мм в год на низменностях юга страны и плато Петен и до 2000-2500 мм на нагорьях. Наиболее крупные реки Мотагуа и Полочик.

Юго-восточная часть полуострова Юкатан (современный Белиз) представляет собой низменную заболоченную равнину. Лишь на юго-западе возвышаются горы Майя. Климат здесь тропический. Осадков около 2000 мм в год. Главные реки - Рио-Ондо, Белиз.

Север Сальвадора занимает продольная тектоническая впадина, по которой течет река Лемпа. Вдоль побережья Тихого океана узкая приморская низменность. В центральной части Сальвадора вулканическое нагорье с двумя краевыми цепями вулканов. Климат тропический. Осадков от 600-700 мм в год во впадине Лемпы до 1500-2500 мм нагорье.

Территория Гондураса преимущественно гористая. Большую часть занимают нагорья высотой до 2865 м. Вдоль побережий (на юге - Тихий океан, на севере - Карибское море) - низменная равнина, на северо-востоке заболоченная низменность (москитовый берег). Климат тропический. Осадков до 3000 мм в год. Наиболее крупные реки впадают в Карибское море.

Растительный мир Мезоамерики соответствуют климатическим условиям и ландшафтным особенностям. Большая часть территории покрыта лесами. В жарком и влажном поясе это вечнозеленые тропические леса с ценными породами деревьев. На горных склонах растут смешанные, преимущественно дубово-сосновые леса. Тихоокеанское побережье Гватемалы, север Белиза и некоторые другие районы занимают саванны и кустарниковые заросли. В засушливых районах Мексики растительность пустынная и полупустынная.

Южные районы Мезоамерики расположены в сейсмически активной зоне. Здесь часты землетрясения.

Природная среда Мезоамерики была сравнительно неблагоприятная для развития производящих форм хозяйства. Здесь отсутствовали поддающиеся приручению животные и многие полезные растения, известные в Старом Свете. Это явилось одной из причин значительного отставания в развитии американских индейцев. Основой развитого земледелия в Мезоамерике послужила кукуруза, прародиной которой являются северные области зоны древних цивилизаций. Кроме кукурузы полезные растения Мезоамерики представлены отдельными видами тыквы и бобовыми культурами (Гватемала), которые так же подверглись доместикации.

Успешное развитие земледелия не сопровождалось развитием скотоводства. Местная порода лошадей, которая могла бы в дальнейшем оказаться столь же полезной, как и в старом Свете, вымерла в Америке очень рано (около 10 тысяч лет назад). Коровы и овцы были неизвестны, а карибу (олень) и бизон, которые могли бы занять из место, если бы их приручили, водились главным образом в местностях, населенных первобытными племенами, довольствовавшимися охотой на них.

Отсутствие надежных источников белковой пищи стало большим тормозом в развитии Мезоамерики. Употребление в пищу богатых белком водорослей или птицеводство не могли решительно поправить дело.

На территории Мезоамерики имеются запасы металлических руд: меди, золота, серебра, железа. Однако металлургия здесь начинается не раньше IX-X вв. н.э. По-видимому, применение медных и бронзовых орудий в сельском хозяйстве Мезоамерики не было особенно выгодно. Это подтверждается и тем обстоятельством, что вплоть до испанского завоевания в металлических изделиях украшения преобладают над предметами утилитарного назначения. Что касается железа, то его обитатели Нового Света в доколумбовый период своей истории не умели ни добывать, ни обрабатывать.

Далеко не вся территория Мезоамерики была благоприятна для жизни людей. Продвижению человека мешали плотные лесные массивы, опутанные лианами и прикрытые снизу колючим кустарником. Ядовитые змеи, скорпионы, москиты и летучие мыши-вампиры представлены здесь более чем в избытке. Тропические ливни смывали и уносили прочь тонкий слой плодородной почвы, а дождевую воду тут же впитывал пористый известняк. Однако, несмотря на действие этих неблагоприятных факторов, люди освоили эти территории и сумели создать высокие цивилизации, сравнимые по уровню своего развития с древневосточными.

 

2.Древнейшее население Мезоамерики.

Автор-В.Г.Зубарев

Проблема заселения Американского континента.

Существует множество гипотез о том, когда в Западном полушарии впервые появился человек и откуда люди пришли на Американский континент. Мировая наука изучает эту проблему уже более 400 лет. Поскольку в Новом Свете до сих пор не найдено останков человекообразных обезьян, гипотеза об автохтонности населения Америки в настоящее время отвергнута большинством ученых. Согласно современным представлениям, предки индейцев пришли на Американский континент из Северо-Восточной Азии через Берингов пролив и Аляску. Это произошло, по одним данным, примерно 30-40, под другим - 12-15 тыс. лет назад. Достоверных датировок, свидетельствующих, что человек появился в Новом Свете ранее 40 тыс. лет назад, пока нет. Наиболее надежные сведения о древнейших обитателях Америки относятся к концу X II-XI тысячелетию до н.э.

Число первоначальных пришельцев из Азии было невелико и освоение огромных пространств нового континента шло очень медленно. Для того чтобы достичь Огненной Земли, человеку потребовалось 12-15 тысячелетий. Наиболее ранние находки, свидетельствующие о пребывании человека на Аляске, имеют возраст 27-30 тысяч лет (стоянка Олд Кроу, 'юконский человек' и др.). Многочисленные находки палеоиндейского времени на территории центральных и южных областей США относятся к концу XII-XI тысячелетий до н.э. Здесь выделяются две большие традиции или культурно-исторические общности, разделенные территориально скалистыми горами, - древневосточная и древнезападная.

Племена, жившие к востоку от Скалистых гор, занимались главным образом охотой на крупных плейстоценовых животных: мамонтов, ископаемых бизонов, верблюдов, лошадей. В районах распространения древнезападной традиции основным занятием населения было собирательство, дополняемое охотой на мелких животных и птиц. В рамках древневосточной традиции на протяжении нескольких тысячелетий сменилось несколько культур. Наиболее ранней считается культура Сандиа, затем следуют культуры Кловис (10000-9000 гг. до н.э.), Фолсом (9000-8000 гг. до н.э.) и некоторые другие. Древнезападные традиции представлены пещерными стоянками Дейнджер (штат Юта), Джипсем (штат Невада) и Бентана (штат Аризона), а также, так называемой, 'культурой пустыни'. Племена 'культуры пустыни' обитатели на огромной территории от юго-западных районов США до глубинных областей Мезоамерики с VIII-VII тысячелетий до н.э. В их экономике наблюдается заметное усиление роли собирательства и уменьшение роли охоты.

Самые ранние материалы с территории Центральной Америки относятся к X тысячелетию до н.э. (культура Диабло). С этого времени и, по крайней мере, до 7000 г. до н.э. Мезоамерику населяли различные группы бродячих отхотников и собирателей, которые вели свое происхождение от североамериканских племен. Это время представлено находками каменных орудий и костей мамонтов в Санта-Исабель-Иста-пан, скелета древнего охотника с разнообразным каменным инвентарем в Тепешпане и отдельными находками древних каменных орудий.

Около VI тысячелетия до н.э. в Мезоамерике происходят серьезные климатические изменения. Климат становится гораздо суше и теплее по сравнению с предшествующим периодом. В результате этого многие виды растительного и животного мира погибли, а их место заняли более приспособленные к новым природным условиям организмы. Равновесие прежнего охотничье-собирательского хозяйства было нарушено и местное население было вынуждено перейти к новым формам хозяйства. Преобладающую роль начинают играть собирательство и охота на мелкую дичь.

С конца VII-VI тысячелетия до н.э. делаются первые робкие попытки по выращиванию полезных растений. Горные районы тропиков и субтропиков создавали наиболее благоприятные условия для земледелия и для жизни древнего человека. Там и находятся зачатки земледельческого хозяйства с отдаленного времени (пещеры Тамаулипаса, Чиколоапан, Кошкатлан и др.). В IV тысячелетии до н.э. появляется трио важнейших культурных растений Нового Света - кукуруза, фасоль и тыква.

III тысячелетие до н.э. - время дальнейшего прогресса земледельческого хозяйства, роста его удельного веса в жизни индейцев. В южных районах Мезоамерики (Пуэбла, Оахака) земледелие в конце III тысячелетия до н.э. начинает играть уже решающую роль в хозяйстве. В это же время или чуть позже здесь впервые появляется керамика и начинают возникать постоянные поселки земледельцев. По мере того как в культуру вводилось все большее число растений и росла продуктивность земледелия, люди могли оставаться все более продолжительное время на том месте, где находились их посевы.

Конечным продуктом этой длительной эволюции были постоянные земледельческие поселения, состоящие из деревянных, обмазанных глиной хижин.

С этого момента процесс развития аборигенных культур Нового Света становится не одинаковым. Различие состоит в том, что возникают центры производящего хозяйства, в то время как остальные племена индейцев продолжают оставаться на стадии охоты и собирательства. Кроме того, сами эти центры возникают далеко не одновременно.

Мезоамерика в доклассический период.

На рубеже III и II тысячелетий до н.э. на смену культурам охотников и собирателей приходят культуры раннеземледельческого облика. По всей Мезоамерике устанавливается относительная близость хозяйственного и культурного уклада, выражавшаяся в господстве земледелия, основанного на возделывании кукурузы, фасоли и тыквы, в наличии постоянных поселений земледельцев и вполне сложившихся традиций в изготовлении керамики.

В рамках доклассического периода в истории Мезоамерики выделяют три этапа: раннеархаический (2000-1000 гг. до н.э.), среднеархаический (1000-500 гг. до н.э.) и позднеархаический (500-100 гг. до н.э.). Нижняя граница (2000 г. до н.э.) определяется моментом, когда хозяйство местного населения базируется уже преимущественно на земледелии. Верхняя граница архаических культур совпадает со временем возникновения первых индейских цивилизаций.

В раннеархаический период резко возрастает число оседлых земледельческих поселений с глинобитными жилищами (Йарумела и Лос-Нараньхос в Западном Гондурасе, Ла-Виктория на Тихоокеанском побережье Гватемалы, Чиапа-де-Корсо в центральной части мексиканского штата Чиапас, древние поселения в долине Техуакан, Южная Пуэбла). Плотность поселений свидетельствует о явном росте населения по сравнению с предыдущей эпохой собирателей, охотников и рыболовов.

Совершенствуется и развивается производство керамики. О наличии ткачества свидетельствуют отпечатки тканей из хлопка и других растительных волокон, часто встречающихся на керамике.

Об уровне развития земледелия позволяют судить растительные остатки в культурном слое отдельных поселений, а также орудия, непосредственно связанные с переработкой растительной пищи (грубые зернотерки, каменные чаши, ступки и песты). Выращивались гибридные сорта маиса, бобы, тыква, амарант, чилийский перец, авокадо, сапоте и хлопок.

Население жило родовыми общинами. Земля обрабатывалась примитивными орудиями, однако в ряде районов особенно на Тихоокеанском побережье благодаря необычайному плодородию вулканических почв, даже при наличии примитивных видов маиса и лишь при помощи палки-копалки собирали неплохие урожаи.

Развитие земледелия привело к важным изменениям в сфере идеологических воззрений. Получают распространение глиняные статуэтки, изображающие обнаженных женщин (отражение культа плодородия).

Земледелие в этот период еще не было настолько продуктивным, чтобы полностью обеспечить население пищей. Это постоянно вынуждало его прибегать к старым видам хозяйственной деятельности: собирательству, рыболовству, охоте.

Среднеархаический этап - время важных глубинных процессов и изменений внутри земледельческих культур. Исчезают архаические пережитки. Основное трио сельскохозяйственных растений - кукуруза, фасоль и тыква - составляет около 85-90% пищи древних земледельцев. Были созданы высокоурожайные сора гибридной кукурузы, появляются первые постоянные системы ирригации, получает развитие мильповое земледелие. Мильповое земледелие - экстенсивный вид хозяйства, соответствующий примерно подсечно-огневому земледелию в лесных районах Европы ('мильпа' - участок, расчищенный от зарослей, кукурузное поле). Необычайно плодородные почвы, удобренные золой, тщательно разработанный агрокалендарь и высокая урожайность гибридной кукурузы создали прочную экономическую базу для развития земледельческой культуры.

Дальнейшее развитие получает гончарное производство. Появляется множество новых форм керамики, среди которых выделяются сосуды в виде животных, птиц и рыб. Продолжает существовать и культ глиняных женских статуэток. Их стили становятся гораздо разнообразнее по технике исполнения.

Хозяйственные и культурные достижения создали предпосылки для последующего освоения новых земель. В долине Мехико, на берегах озера Тескоко и окружающих его пресноводных лагун возникает множество новых земледельческих селений. Начинают заселяться низменные лесистые районы Северной Гватемалы и полуострова Юкатан.

Население по-прежнему живет родовыми общинами. Однако, внутри них появляются новые черты. Кое-где появляются специальные некрополи, погребения некоторых из них выделяются среди остальных обилием инвентаря. В самом конце среднеархаического этапа в Мезоамерике появляются первые образцы храмовой архитектуры в виде небольших каменных пирамид, на вершине которых стояли святилища из дерева и глины (долина Техуакана, Каминальхуйю в Гватемале, Луисвиль в Белизе и некоторые другие). Появление первых храмовых построек, а также статуэток шаманов или жрецов свидетельствует о зарождении прослойки жречества. В течение среднеархаического периода возникают культы многих богов, ставших впоследствии основными божествами Мезоамерики. В это же время начинает формироваться и одна из главных концепций всех развитых религий Мезоамерики - идея дуализма.

Все эти тенденции, зародившиеся на среднеархаическом этапе, ярко проявляются к концу доклассического периода Мезоамерики.

Дальнейшее развитие получают производительные силы, прежде всего в области земледелия. Наряду с развитием экстенсивных форм появляется и интенсивное земледелие. Создаются сложные ирригационные системы, используются искусственные террасы. Одновременно с земледелием развиваются ремесла и торговля. В керамике отмечается появление новых характерных форм посуды и первые образцы полихромной росписи. Получает развитие ткачество.

В течение всего позднеархаического этапа наблюдается увеличение числа поселений и их размеров, что свидетельствует о значительном приросте населения. Некоторые старые селения превращаются в религиозные и административные центры, где наряду с массой простых жилищ из глины и дерева возвышались на пирамидах целые комплексы из монументальных храмовых и административных построек. Примером могут служить грандиозные пирамиды храма Солнца в Теотиуакане и 'круглого' храма в Куикуилько. Строительство массивных храмовых платформ определялось характером переходной эпохи от первобытности к социально-дифференцированному обществу и государству. Это явление было характерно для большинства древних обществ, в которых основа власти вождя была культово-религиозная. Подобные сооружения становились зримым воплощением этой власти и одновременно символизировали мощь и богатство данного коллектива по отношению к окружающим.

Широкое храмовое строительство свидетельствовало о складывании прослойки профессионального жречества. Одновременно появляются пышные каменные гробницы знати, расположенные под фундаментом храмов и сопровождаемые иногда человеческими жертвоприношениями. Все это свидетельствовало о важных изменениях в социальной структуре общества, говорящих о переходе местных индейских племен от первобытнообщинного строя к социально-дифференцированному обществу и государству. Этот процесс происходил одновременно на большей части территории Мезоамерики, но особенно интенсивно в таких областях, как долина Мехико, горная Гватемала (Каминальхуйю), Южный Веракрус и Табаско (культура 'ольмеков'), центральный Чиапас и Петен (Северная Гватемала).

 

3.Мезоамерика в классическую эпоху.

Автор-В.Г.Зубарев

Культура 'ольмеков'

Культура 'ольмеков' - одна из наиболее ранних культур Мезоамерики. Имени народа, создавшего ее не сохранилось (название дано по имени индейского племени, жившего здесь значительно позже). Основными центрами 'ольмекской' культуры являются крупные поселения: Ла-Вента, Трес-Сапотес, Серро-де-лас-Месас, Сан-Лоренсо. Расположены они на территории современных мексиканских штатов Веракрус и Табаско, в их прибрежной части. Хронологические рамки 'ольмекской' культуры - ок. 800 г. до н.э. - 100 г. н.э.

Анализ важнейших памятников 'ольмекской' культуры позволяет выделить несколько последовательно сменявших друг друга этапов. Древнейший из них относится к среднеархаическому времени. Второй этап - позднеархаический. Третий этап - протоклассический и раннеклассический.

Для первых двух этапов характерны общие для всей Мезоамерики тенденции в развитии. Формирование отличительных особенностей 'ольмекской' культуры (прежде всего в области искусства) относится ко времени не раньше второй половины I тысячелетия до н.э., т.е. к этапу поздней архаики и к переходному периоду от архаики к цивилизации.

  1. Характерными чертами стиля 'ольмеков' являются:

  2. Изображение особого типа человеческого существа (ягуара-ребенка).

  3. Образ ягуара (в виде стилизованных масок).

  4. Мотив карлика с патологическими недостатками.

  5. Ритуальные центры с определенной ориентацией и планировкой.

  6. Ритуальные приношения и посвятительные клады (тайники) в платформах зданий.

  7. Зеркала из полированного камня.

  8. Колоссальные каменные головы в шлемах.

  9. Стелы и алтари.

Носители 'ольмекской' культуры выращивали маис, фасоль, тыкву, кабачки. Они умели сооружать оросительные каналы, строить плотины и дамбы. Высокого уровня достигли отдельные виды ремесла: строительное дело, камнерезное искусство, гончарное производство, ткачество. Вероятно, существовала и торговля. Об этом, в частности, свидетельствуют находки 'ольмекоидных' статуэток в других районах Мезоамерики.

О социальной структуре и политическом устройстве 'ольмекского' общества почти ничего не известно. Анализ погребальных комплексов показывает, что процесс имущественной дифференциации в местном обществе зашел довольно далеко. Наличие ритуальных центров с определенной планировкой свидетельствует о достаточно высоком уровне организации власти. Происходит усиление роли вождя, осуществлявшего в первую очередь военные функции. На монументах 'ольмекских' памятников встречаются триумфальные сцены с изображением правителей. Особую прослойку составляло жречество (культовые сцены с участием жрецов также нередки на 'ольмекских' монументах). В целом общественный уклад местных племен вряд ли существенно отличался от аналогичных обществ древнего мира и продолжал прежние родоплеменные отношения.

Открытие 'ольмекской' культуры и длительный период ее существования привели к возникновению серьезной научной проблемы. Ее решение зависит от установления времени, к которому относится 'ольмекский' стиль искусства (мелкая пластика из нефрита, колоссальные головы, базальтовые стелы и алтари). Если он приходится на среднеархаическое время, то тогда 'ольмекскую' культуру можно рассматривать как прародительницу всех высоких культур Мезоамерики. Если же этот стиль относится к протоклассическому или началу классического периода, то вопрос о ее роли как альма матер в истории Мезоамерики отпадает. Вопрос этот до сих пор остается спорным, однако более убедительно выглядит вторая точка зрения. В этом случае наиболее передовые области Мексики и Центральной Америки (горные и равнинные майя, сапотеки Монте-Альбана, жители Центральной Мексики и побережья Мексиканского залива) подошли к порогу цивилизации более или менее одновременно.

Цивилизация Теотиуакана

Область распространения теотиуаканской цивилизации довольно обширна и охватывает территорию долины Мехико и современных мексиканских штатов Идальго, Морелос, Тлашкала и Пуэбла. Ядром ее являлась долина Теотиуакана.

Это довольно обширная горная равнина расположена на высоте 2280 м над уровнем моря и имеет около 15 км в длину и 7 км в ширину. С севера долину Теотиуакана замыкают горные хребты центральноамериканской Кордильеры. На востоке, западе и юге она тоже окружена горами. Сама долина и прилегающая к ней местность отличаются крайне засушливым климатом. Главным источником воды для орошения полей и различных хозяйственных нужд служит мелководная река Сан-Хуан-Теотиуакан. В нее впадает множество ручьев и потоков, большая часть которых в сухое время года совершенно исчезает. Минеральные ресурсы района довольно беды, но важнейшее сырье для изготовления инструментов и оружия в древности - обсидиан - в изобилии встречается в окрестностях Теотиуакана.

Именно здесь зародилась и достигла расцвета одна из важнейших культур Центральной Мексики в I тысячелетии н.э. С появлением цивилизации Теотиуакана возникают города, письменность, календарь, сложная религия и государство.

Название народа, создавшего эту культуру не сохранилось. Известно, что большинство населения Теотиуакана относилось к языковой группе нахуа и было этнически родственно тольтекам и ацтекам.

Хронологические рамки теотиуаканской культуры - от 300 г. до н.э. до 800 г. н.э. Ее развитие включает несколько этапов: этап формирования (300 г. до н.э. - рубеж нашей эры), когда закладывается основа будущих достижений теотиуаканской цивилизации; этап складывания основных традиций классической культуры (рубеж нашей эры - 250 г. н.э.); этап наивысшего расцвета, заканчивающийся гибелью Теотиуакана (250-600 гг. н.э.) и, наконец, последний четвертый этап упадка теотиуаканской культуры в Центральной Мексике (600-800 гг. н.э.). Дальнейшая история Теотиуакана связана уже с племенами тольтеков, создавших в Центральной Мексике вторую крупную цивилизацию после теотиуаканской.

Экономической основой цивилизации Теотиуакана служило высокоразвитое земледелие. За три столетия до начала нашей эры в долине Мехико уже жило оседлое земледельческое население, культивировавшее кукурузу, тыкву, бобы, томаты и другие полезные растения.

К рубежу нашей эры получают распространение основные формы интенсивного земледелия, среди которых особое место занимает система чинампас ('плавучих садов'). Чинампы представляли маленькие искусственные островки, образованные путем вычерпывания грязи по топким берегам озера и складывания ее в кучи, укрепляемые на первых порах плетнями из камышей, а затем деревьями, своими корнями прочно связывающими землю. Вода между ними удобрялась свежим илом, и плодородие ее таким образом всегда обновлялось Чинампы позволяли в известной мере решить проблему снабжения продовольствием таких больших классических центров, как Теотиуакан, Аскапоцалько и др.

Существенную роль в долине Мехико играла и ирригация. Причем каналы использовались не только для орошения, но и как удобные пути сообщения между центром и окраинами Теотиуакана.

Большинство классических центров в долине Мехико и соседних районах имели на своих окраинах зоны с повышенной влажностью почвы. Эти зеленые зоны, почва которых питается подземными водами, родниками, колодцами и т.д., служили основным источником возделываемых земель и главным поставщиком сельскохозяйственной продукции. Дополнением к этому явилась 'грядковая' система на искусственных террасах по склонам холмов и гор.

Несмотря на примитивный характер земледельческих орудий (основным инструментом была коа - 'палка-копалка') земледельцам Теотиуакана удавалось получать довольно высокие урожаи, обеспечивавшие потребности населения.

Определенным дополнением к растительной пище служили продукты охоты и рыбной ловли. В древности эта область была богата рыбой, водоплавающей птицей, оленями, зайцами и др.

Основным видом ремесла в Теотиуакане было производство керамики. Оно носило массовый характер и по большей части было делом специалистов-ремесленников. Другим важнейшим видом ремесла было производство каменных орудий и оружия. Главными видами сырья служили кремень, обсидиан, базальт, гранит и другие породы камня. Кроме этого развиты были ткачество (пряжу и ткани изготовляли из хлопка), строительное дело, производство корзин и циновок, изготовление изделий из перьев.

Была развита и торговля, как внутренняя, так и внешняя. В период своего наивысшего расцвета Теотиуакан поддерживал оживленные связи с большинством цивилизованных народов Мезоамерики. Теотиуаканские терракотовые фигурки и керамические сосуды встречаются на территории от юго-западных районов США до границ Сальвадора.

Центрами теотиуканской цивилизации были города: Теотиуакан, Аскапоцалько, Портесуэло и другие более мелкие центры. Крупнейшим среди них был Теотиуакан. Его территория в классический период составляла около 28 км2. В эпоху его наивысшего расцвета население насчитывало от 40 до 70 тыс. человек. Город имел мощные улицы и площади, отличную дренажную систему для стока дождевой воды. Роскошные дворцы знати и грандиозные пирамидальные храмы соседствовали с тесными кварталами глинобитных домиков - местом обитания простого люда, шумными рынками и иностранными подворьями.

О социально-политической структуре Теотиуакана известно немного. Можно предполагать, что уже с рубежа нашей эры здесь существовало первичное государство городского типа, объединившее в дальнейшем обширную территорию долины Мехико и прилегающих к ней областей. Являлся ли Теотиуакан единственной столицей государства или же центров было несколько, однозначно ответить пока невозможно. Однако, в V-VII вв. н.э. Теотиуакан переходит от торговых экспедиций и мирных связей со своими южными соседями к военной экспансии против них (примером здесь может служить судьба города Каминальхуйю в горной Гватемале). Это свидетельство о начале качественно нового этапа в развитии теотиуаканской цивилизации, который был однако прерван военным вторжением извне.

Основными социальными группами теотиуаканского общества являлись жречество, светская военная знать и свободные общинники-земледельцы, ремесленники, торговцы. Свидетельств о наличии рабов пока нет, но вряд ли в этом плане Теотиуакан отличался от других древних обществ подобного типа. Имущественное положение различных категорий населения было неодинаковым. Аристократия резко выделялась на фоне основной массы общинников. Однако отношения между ними вряд ли носили ярко выраженный антагонистический характер и были скорее всего достаточно мирными (большинство теотиуаканских городских центров не имели оборонительных сооружений). В какой-то мере аналогом теотиуаканского общества могут служить цивилизация Минойского Крита или Хараппская культура в Древней Индии.

Теотиуакан погиб в эпоху своего наивысшего рассвета в VII в. н.э. Гибель наступила довольно быстро в результате насильственного разрушения. Скорее всего это были пришельцы с севера. Теотиуакан в то время был самой северной областью зоны мезоамериканских цивилизаций и постоянно ощущал давление варваров на свои северные границы. Один из неприятельских рейдов внутрь страны и закончился разрушением города.

После гибели Теотиуакана его культура продолжала какое-то время сущетсвовать в Аскапоцалько, Портесуэло и других центрах долины Мехико, постепенно приходя в упадок, пока вся эта территория не была подчинена тольтеками.

Сапотеки (цивилизация Монте-Альбана)

Еще один центр древних цивилизаций Мезоамерики находился на территории современного мексиканского штата Оахака в одноименной с последним долине. Оахака лежит на стыке важнейших сухопутных и морских путей,связывающих Центральную Мексику с более южными районами. В древности через перешеек Теуантепек проходила чуть ли не единственная сухопутная дорога на юг, которой пользовались, чтобы попасть в Гватемалу, Сальвадор и Гондурас.

Географическое положение Оахаки с давних пор способствовало проникновению туда сильных внешних влияний. Населявшие долину сапотеки к началу нашей эры оказались между двумя наиболее развитыми цивилизациями Мезоамерики: теотиуаканской - на северо-западе и майяской - на юго-востоке. На севере и северо-востоке сапотеки граничили с создателями 'ольмекской' культуры. Несмотря на сильное влияние соседей сапотекам удалось создать свою самобытную культуру, которую отличает своеобразная архитектура, характерная система письменности и календаря, оригинальная керамика с резным орнаментом и особый тип погребальных сооружений.

Главным центром культуры сапотеков был город Монте-Альбан. К концу I тыс. до н.э. Монте-Альбан представлял собой типичный пример первичного государственного образования на стадии города-государства подобный шумерскому Лагашу середине III тыс. до н.э. В городе жило 10-20 тыс. человек, а общее население долины не превышало 100 тыс. человек. В дальнейшем Монте-Альбан в результате успешных завоевательных походов значительно расширяет свою территорию. На севере вплоть до южной части мексиканского штата Пуэбла, на северо-востоке включает часть территории 'ольмекской' культуры, а на юге сапотекское влияние распространяется на перешеек Теуантепек. Таким образом, Монте-Альбан превращается в столицу крупного территориального образования с населением до полумиллиона человек. Период наивысшего расцвета сапотекской цивилизации Монте-Альбана приходится на период с 400 по 900 гг. н.э.

Основу хозяйства сапотеков составляло высокопродуктивное маисовое земледелие, основанное на сложной ирригационной системе. В древности долина Оахака была покрыта густой сетью плотин и каналов. О важной роли земледелия в жизни местного населения косвенно может свидетельствовать факт господствующего положения богов - покровителей земледельцев в сапотекском пантеоне (бог маиса - Пито Кособи, бог дождя - Косико и др.).

Ремесло у сапотеков также как и у остальных культур классической Мезоамерики представлено в первую очередь керамическим производством, производством тканей, каменных орудий труда и оружия, строительным делом.

Социально-политическая структура сапотеков в общих чертах была очень близка другим обществам Мезоамерики в классическую эпоху (особенно майя и Теотиуакану).

В конце IX или начале X в. н.э. Монте-Альбан был захвачен миштеками, однако традиции сапотекской культуры сохранились вплоть до испанского завоевания. Миштеки были одними из носителей культуры 'Миштека-Пуэбла' (территория штатов Тлашкала, Пуэбла, Морелос), расцвет которой приходится на VII-X вв. н.э. В дальнейшем они создали собственную цивилизацию (в северной части мексиканского штата Оахака), которая просуществовала вплоть до прихода испанцев.

Цивилизация майя (Древнее царство)

Территория, на которой сложилась цивилизация майя, занимала когда-то современные южномексиканские штаты Чиапас, Кампече и Юкатан, департамент Петен в Северной Гватемале, Белиз и часть Западного Сальвадора и Гондураса. Южные границы владений майя были закрыты горными хребтами Гватемалы и Гондураса. Три четверти полуострова Юкатан окружено морем, а сухопутные подступы к нему со стороны Мексики преграждались бесконечными болотами Чьяпаса и Табаско. Территория майя отличается необычайным разнообразием природных условий, однако природа никогда не была здесь чересчур щедрой к человеку. Каждый шаг на пути к цивилизации доставался древним обитателям этих мест с большим трудом и требовал мобилизации всех людских и материальных ресурсов общества.

Историю майя можно разделить на три крупные эпохи в соответствии с важнейшими изменениями в экономике, социальных институтах и культуре местных племен: палеоиндейскую (10000-2000 гг. до н.э.); архаическую (2000-100 гг. до н.э. или 0) и эпоху цивилизации (100 г. до н.э. или 0 - XVI в. н.э.). Эти эпохи в свою очередь делятся на более мелкие периоды и этапы. Начальный этап классической цивилизации майя приходится примерно на рубеж нашей эры (I в. до н.э. - I в. н.э.). Верхняя граница относится к IX в. н.э.

Наиболее ранние следы пребывания человека в области распространения культуры майя обнаружены в центральном Чиапасе, горной Гватемале и части Гондураса (X тысячелетии до н.э.).

На рубеже III и II тысячелетий до н.э. в этих горных районах появляются раннеземледельческие культуры неолитического типа, основу которых составляло маисовое земледелие.

В самом конце II - начале I тысячелетия до н.э. начинается освоение племенами майя области тропических джунглей. Отдельные попытки обосноваться на плодородных, богатых дичью землях равнин делались и раньше, однако массовая колонизация этих областей началась именно с этого времени.

В конце II тысячелетия до н.э. окончательно складывается мильповая (подсечно-огневая) система земледелия, прогрессивные изменения наблюдаются в производстве керамики, домостроительстве и других областях культуры. Опираясь на эти достижения племена горных майя постепенно осваивали лесные низменные области Петена, восточного Чиапаса, Юкатана и Белиза. Общее направление их движения было с запада на восток. В ходе своего продвижения во внутренние районы джунглей майя пользовались наиболее выгодными направлениями и путями и прежде всего долинами рек.

К середине I тысячелетия до н.э. колонизация большей части равнинной области джунглей была завершена, после чего развитие культуры здесь протекало вполне самостоятельно.

В конце I тысячелетия до н.э. в культуре равнинной части майя происходят качественные изменения: в городах появляются дворцовые комплексы, прежние святилища и легкие небольшие храмы превращаются в монументальные каменные сооружения, все важнейшие дворцовые и религиозные архитектурные комплексы выделяются из общей массы зданий и размещаются в центральной части города на особых возвышенных и укрепленных местах, складывается письменность и календарь, получает развитие живопись и монументальная скульптура, появляются пышные захоронения правителей с человеческими жертвами внутри храмовых пирамид.

Формирование государственности и цивилизации в равнинной лесной зоне было ускорено значительным притоком население с юга из горных районов, где в результате извержения вулкана Илопанго большая часть земель была покрыта толстым слоем вулканического пепла и оказалась непригодной для жизни. Южная (горная) область, по-видимому, дала могучий толчок развитию культуры майя в Центральной области (Северная Гватемала, Белиз, Табаско и Чьяпас в Мексике). Здесь майяская цивилизация достигла вершины своего развития в I тысячелетии н.э.

Экономической базой культуры майя служило подсечно-огневое маисовое земледелие. Мильповое земледелие состоит в вырубке, сжигании и засевании участка тропического леса. Благодаря быстрому истощению почвы через два-три года участок надо бросать и искать новый. Основными земледельческими орудиями майя были: палка-копалка, топор и факел. Местные земледельцы путем длительных опытов и отбора сумели вывести гибридные высокоурожайные сорта основных сельскохозяйственных растений - маиса, бобовых и тыквы. Ручная техника обработки небольшого лесного участка и сочетание на одном поле посевов нескольких культур позволяли долгое время сохранять плодородие и не требовали частой смены участков. Природные условия (плодородие почв и обилие тепла и влаги) позволяли земледельцам майя собирать здесь в среднем не менее двух урожаев в год.

Кроме полей в джунглях, возле каждого индейского жилища имелся приусадебный участок с огородами, рощами фруктовых деревьев и т.д. Последние (особенно хлебное дерево 'рамон') не требовали никакого ухода, но давали значительное количество пищевых продуктов.

Успехи древнего земледелия майя были во многом связаны с созданием к началу I тысячелетия н.э. четкого и стройного агрокалендаря, строго регламентирующего сроки и очередность всех сельскохозяйственных работ.

Помимо подсечно-огневого, майя были знакомы и с другими формами земледелия. На юге Юкатана и Белизе на склонах высоких холмов найдены земледельческие террасы с особой системой увлажнения почвы. В бассейне реки Канделария (Мексика) существовала земледельческая система, напоминающая 'плавучие сады' ацтеков. Этот так называемые 'приподнятые поля', обладающие практически неистощимым плодородием. Существовала у майя и довольно разветвленная сеть оросительных и дренажных каналов. Последние выводили излишки воды из болотистых участков, превращая их в годные для возделывания плодородные поля.

Построенные майя каналы одновременно собирали и подводили в искусственные резервуары дождевую воду, служили важным источником животного протеина (рыба, водоплавающая птица, пресноводные съедобные моллюски), были удобными путями сообщения и доставки на лодках и плотах тяжелых грузов.

Ремесло у майя представлено керамическим производством, ткачеством, производством каменных орудий труда и оружия, украшений из нефрита, строительным делом. Керамические сосуды с полихромной росписью, изящные фигурные сосуды, нефритовые бусы, браслеты, диадемы и статуэтки - свидетельства высокого профессионализма майяских ремесленников.

В классический период у майя получила развитие торговля. Привозная майяская керамики I тысячелетия н.э. обнаружила археологами в Никарагуа и Коста-Рике. Прочные торговые связи были установлены с Теотиуаканом. В этом громадном городе найдено большое количество черепков майяской керамики и резные вещицы из нефрита. Здесь находился целый квартал торговцев майя, с их жилищами, складами товаров и святилищами. Аналогичный квартал теотиуаканских торговцев имелся в одном из крупнейших городов майя I тыс. н.э. Тикале. Помимо сухопутной торговли использовались и морские пути перевозок (изображения долбленых весельных лодок довольно часто встречаются в произведениях искусства древних майя, начиная по крайней мере с VII века н.э.).

Центрами майяской цивилизации были многочисленные города. Крупнейшими из них были Тикаль, Паленке, Йашчилан, Наранхо, Пьедрас-Неграс, Копан, Киригуа и др. Все эти имена поздние. Подлинные названия городов пока неизвестны (исключение составляет Наранхо, который отождествляется с крепостью 'Брод Ягуара', известной по надписи на глиняной вазе).

Архитектура в центральной части любого крупного города майя I тыс. н.э. представлена пирамидальными холмами и платформами различных размеров и высоты. На их плоских вершинах стоят каменные здания: храмы, резиденции знати, дворцы. Здания окружали прямоугольные мощные площади, бывшие основной единицей планировки в городах майя. Рядовые жилища строились из дерева и глины под крышами из сухих пальмовых листьев. Все жилые дома стояли на невысоких (1-1,5 м) платформах, облицованных камнем. Обычно жилые и подсобные постройки образуют группы, расположенные вокруг открытого внутреннего дворика прямоугольной формы. Такие группы были местом обитания большой патриархальной семьи. В городах имелись рынки и ремесленные мастерские (например, по обработке кремня и обсидиана). Местонахождение того или иного здания в черте города определялось социальным положением его обитателей.

Значительная группа населения городов майя (правящая верхушка, чиновники, войны, ремесленники и торговцы) не была прямо связана с земледелием и существовала за счет обширной земледельческой округи, поставлявшей ему всю необходимую сельскохозяйственную продукцию и главным образом маис.

Характер социально-политической структуры общества майя в классическую эпоху однозначно пока определить невозможно. Ясно, что, по крайней мере, в период наивысшего своего расцвета (VII-VIII вв. н.э.) социальная структура майя была достаточно сложной. Наряду с основной массой общинников-земледельцев существовала знать (прослойку ее составляли жрецы), выделялись ремесленники и торговцы-профессионалы. Наличие на сельских поселениях ряда богатых погребений свидетельствует о неоднородности сельской общины. Однако как далеко зашел этот процесс, судить пока рано.

Во главе иерархической социальной системы стоял обожествляемый правитель. Правители майя всегда подчеркивали свою связь с богами и исполняли, помимо своих основных (светских) функций, ряд религиозных. Они не только обладали властью при жизни, но и почитались народом даже после их смерти. В своей деятельности правители опирались на светскую и духовную знать. Из первой формировался управленческий аппарат. Несмотря на то, что об организации управления у майя в классический период известно мало, наличие аппарата управления несомненно. На это указывает регулярная планировка майяских городов, разветвленная ирригационная система и необходимость строгой регламентация земледельческого труда. Последнее было задачей жрецов. Любое нарушение священного распорядка расценивалось как кощунство, и нарушитель мог угодить на жертвенный алтарь.

Подобно другим древним обществам у майя были рабы. Они использовались для различных домашних работ, трудились на огородах и плантациях знати, служили носильщиками на дорогах и гребцами на торговых лодках. Однако, вряд ли доля рабского труда была значительна.

После VI в. н.э. в майяских городах происходит консолидация системы власти, основанной на правилах наследования, т.е. устанавливается династический режим. Но во многих отношениях классические города - государства майя оставались 'вождествами' или 'чифдомами'. Власть их наследственных правителей, хотя и санкционированная богами, была ограниченной - ограниченной размерами контролируемых территорий, количеством людей и ресурсов на этих территориях и сравнительной неразвитостью бюрократического механизма, имевшегося у правящей верхушки.

Между государствами майя велись войны. В большинстве случаев территория разгромленного города не включалась в государственные границы победителя. Завершением битвы служило пленение одного правителя другим, обычно с последующим принесением в жертву захваченного лидера. Целью внешней политики майяских правителей была власть и контроль над соседями, особенно контроль над землями, пригодными для возделывания, и над населением, чтобы обрабатывать эти земли и строить города. Однако ни одно государство не сумело добиться политической централизации на значительной территории и не сумело удержать эту территорию на сколь-нибудь долгий отрезок времени.

Примерно между 600 и 700 гг. н.э. на территорию майя вторглись войска Теотиуакана. Нападению подверглись преимущественно горные районы, но и в равнинных городах в это время теотиуаканское влияние существенно возрастает. Города-государства майя сумели устоять и довольно быстро преодолели последствия вражеского нашествия.

В VII веке н.э. под натиском северных варварских племен гибнет Теотиуакан. Это имело для народов Центральной Америки самые серьезные последствия. Была нарушены складывавшаяся на протяжении многих веков система политических союзов, объединений и государств. Началась непрерывная полоса походов, войн, переселений, нашествий варварских племен. Весь этот пестрый клубок различных по языку и культуре этнических групп неумолимо приближался к западным границам майя.

Сначала майя успешно отбивали натиск чужеземцев. Именно к этому времени (конец VII-VIII вв. н.э.) относится большинство победных рельефов и стел, воздвигнутых правителями майяских городов-государств в бассейне реки Усумасинты: Паленке, Пьедрас-Нег-рас, Йашчилан и др. Но вскоре силы сопротивления врагу иссякли. К этому добавилась постоянная вражда между самими городами-государствами майя, правители которых по любому поводу стремились к увеличению своей территории за счет соседей.

С запада двинулась новая волна завоевателей. Это были племена 'пипиль', этническая и культурная приналежность которых до конца еще не установлена. Первыми были разгромлены майяские города в бассейне реки Усумасинты (конец VIII - первая половина IX в. н.э.). Затем почти одновременно гибнут наиболее могущественные города-государства Петена и Юкатана (вторая половина IX - начала X в. н.э.). На протяжении каких-нибудь 100 лет наиболее густонаселенная и развития в культурном отношении область Центральной Америки приходит в упадок, от которого она никогда уже не оправилась вновь.

Низменные районы майя после этих событий не оказались совершенно безлюдными (по мнению некоторых авторитетных ученых на этой территории в течение одного лишь столетия погибло до 1 миллиона человек). В XVI-XVII веках в лесах Петена и Белиза проживало довольно большое число жителей, а в самом центре бывшего 'Древнего царства', на острове посреди озера Петен-Ица, находился многолюдный город Тайсаль - столица независимого государства майя, просуществовавшего вплоть до конца XVII века.

В северной области культуры майя, на Юкатане, события развивались по-другому. В X в. н.э. города юкатанских майя подверглись нападению воинственных центральномексиканских племен - тольтеков. Однако, в отличие от центральной области майя, это не привело к катастрофическим последствиям. Население полуострова не только уцелело, но и сумело быстро приспособиться к новым условием. В итоге спустя короткое время на Юкатане появилась своеобразная культура, соединяющая в себе майяские и тольтекские черты.

Причина гибели классической цивилизации майя до сих пор остается загадкой. Некоторые факты указывают на то, что нашествие воинственных групп 'пипиль' явилось не причиной, а результатом упадка майяских городов в самом конце I тысячелетия н.э. Не исключено, что известную роль здесь сыграли внутренние социальные потрясения или какой-то серьезный хозяйственно-экономический кризис.

Сооружение и поддержание в порядке разветвленной системы оросительных каналов и 'приподнятых полей' требовали колоссальных усилий общества. Резко сократившееся в результате войн население было уже не в состоянии содержать ее в трудных условиях тропических джунглей. И она погибла, а вместе с ней погибла и майяская классическая цивилизация.

Финал классической цивилизация майя имеет много общего с гибелью Хараппской культуры в Древней Индии. И хотя их разделяет довольно внушительный отрезок времени, типологически они очень близки. Возможно, прав Г.М.Боград-Левин, связывающий упадок цивилизации в долине Инда не только с природными явлениями, но и прежде всего с эволюцией структуры оседлоземледельческих культур. Правда характер этого процесса еще не ясен и требует дальнейшего изучения.

 

Древние цивилизации Мезоамерики.
(Часть II)


4.Мезоамерика в постклассическую эпоху.
5.Культура индейцев Мезоамерики.

4.Мезоамерика в постклассическую эпоху.

Автор-В.Г.Зубарев

Тольтеки

Первые следы пребывания тольтеков в долине Мехико относятся к IX в. н.э. Возможно, что новые пришельцы появились из областей,расположенных к югу и востоку от долины (современные мексиканские штаты Морелос и Пуэбла). На новом месте тольтеки встретили разрозненные племена и находящиеся в состоянии глубокого упадка отдельные городские центры, оставшиеся от прежней теотиуаканской культуры. Подчинив местные племена, тольтеки смогли создать вторую после теотиуаканской крупную цивилизацию в Центральной Мексике.

Основу экономики тольтеков, как и их предшественников, составляло земледелие. Они сеяли кукурузу и хлопок, разводили бобы, перец и другие известные в Мексике сельскохозяйственные растения. У тольтеков существовала разветвленная сеть оросительных каналов и чинамп, что позволяло им получать довольно высокие урожаи.

Определенную роль в тольтекской экономике играли ремесло и торговля. Тольтеки были искусными строителями и плотниками. Они строили свои дома и дворцы из камней, скреплявшихся известковым раствором, возводили великолепные храмы, создавали сложную ирригационную систему.

Высокого уровня достигли керамическое производство и ткачество. Из хлопка тольтекские мастера изготовляли пряжу и выделывали ткани - от тонкого полотна до таких плотных, как бархат.

На рубеже I/II тыс. н.э. в Мезоамерику проникает металлургия меди и бронзы. Традиция называет первыми металлургами Мексики тольтеков. Но в Толлане (современный город Тула в мексиканском штате Идальго) - столице тольтеков - металл не встречен. Зато он найден в одновременных тольтекских слоях Монте Альбана в Оахаке. Основным материалом, который использовали металлурги, служила самородная медь. Из нее изготавливали многие предметы утилитарного назначения и украшения. Приметили технику ложной филиграни с характерным мотивом спиральных завитков из толстых нитей. Крупнейшие в Мезоамерике очаги металлургии, относящиеся к концу I тысячелетия н.э. были расположены к югу от долины Мехико и на территории некоторых современных западных штатов Мексики. Помимо меди широко применялось и золото. Подавляющее большинство металлических предметов составляли украшения.

Применение металла в хозяйственной деятельности почти не имело места. Если в Старом Свете развитие земледелия было неотделимо от прогресса ремесла, то в Америке применение новых орудий и материалов в сельском хозяйстве было ограничено (культивировавшиеся здесь виды требовали контакта человека с каждым отдельным растением) и повышение производительности труда обеспечивалось главным образом выведением все более урожайных разновидностей и сортов. Это не только замедлило становление новой отрасли хозяйства, но и сузило базу развития ремесла.

Об истории толтеков, об их общественном строе и политической организации известно немного. В IX в. н.э., проникнув в долину Мехико, толтеки основали город Толлан, ставший их столицей. К этому же времена традиция относит и избрание первого правителя. Известны девять правителей толтеков: Чалчиутланецин, Иштлилкуэчаауак, Уэцин, Тотенеу, Накошок, Митл-Тлакомиуа, царица Шиуикеницин, Истаккалцин, Топилицин. Характер власти толтекских правителей вряд ли первоначально существенно отличался от власти племенного вождя - предводителя военной экспансии. Однако, по мере расширения границ тольтекского влияния и усложнения системы земледелия в долине Мехико, функции правителя становятся более разнообразными. Вводится твердая религиозная и обрядовая система, включая календарь, складываются основные формы культовой архитектуры, учреждаются ритуальные игры в мяч. Создание каналов и 'чинампы' требовали сущетсвенной консолидации общественных усилий. Это вело к усилению центральной власти.

Высокое положение в тольтекском обществе занимало жречество. Косвенным подтверждением роли, которую жрецы играли у тольтеков, служит упоминание в хронике Иштлилшочитла жреца-астролога Уэмака, бывшего предводителем толтеков при основании их столицы и оставившего им книгу событий и пророчеств.

Тольтекские правители вели активную внешнюю политику, расширяя подвластную им территорию. В конце X в. н.э. они вторглись на территорию майя и на несколько веков установили свое господство над Юкатаном (Чичен-Ица). Судя по хронике того же Иштлилшочитла, особенно активный период толтекских завоеваний приходится на время правления шестого (Митл-Тлакомиу) и восьмого (Истаккалцин) правителей толтеков. Тогда же происходит усиление культа бога войны Уицилопочтли.

Принцип поглощения покоренных городов государством-победителем в те времена отсутствовал. Потерпевшие поражения города сохраняли местную автономию. Они лишь платили ежегодную дань, а их вожди должны были делать официальные визиты победителю, подтверждая этим свою зависимость.

Дальнейшее развитие тольтекской цивилилзации, возможно, привело бы к более прочному территориальному образованию, однако оно было прервано новой волной воинственных варварских племен, нагрянувших в долину Мехико с севера. К концу XII в. тольтеки были вытеснены пришельцами. После этого долина Мехико на много лет становится широкими воротами, через которые вглубь Мезоамерики проникали варварские племена. Уцелевшие земледельцы с древними культурными традициями постепенно смешались с полудикими охотниками-чичимеками. Этот причудливый сплав культурных традиций и этнических групп послужил той основой, на которой впоследствии возникло могущественное ацтекское государство.

Цивилизация ацтеков

Чичимекский период в истории древней Мексики охватывает почти два столетия (со второй половины XII века до начала XIV века).

Разные общества и народы боролись в это время за господство в долине Мехико. В ходе этой борьбы происходило усиление тех или других центров. крупнейшими среди них были Кулуакан, Аскапоцалко, Куаутитлан, Тескоко, Тлакопан.

Ацтеки принадлежали к последней волне индейских племен, переселившихся из более северных районов американского континента в долину Мехико. Культура этих племен вначале не обладала какими-либо ярко выраженными чертами, но постепенно они выкристаллизировались в единое прочное целое - ацтекскую цивилизацию.

Первоначально племена жили обособленно в своем селении и удовлетворяли свои жизненные потребности обработкой земли. Эти ресурсы по возможности дополнялись данью покоренных народов. Во главе племени стоял наследственный вождь, одновременно выполнявший жреческие функции. Религиозные представления характеризовались сложной политеистической системой, основанной на поклонении природе, с выделением почитания одного или нескольких богов в особые культы.

Одним из таких племен, обосновавшихся в районе Мексиканских озер были теночки. Около 1325 г. они основали город Теночтитлан (Мехико), ставший в дальнейшем столицей самого могущественного государства Мексики. Первоначально теночки попали в зависимость от г.Кулуакана. Это был значительный город-государство, игравший важную роль в долине Мехико. Другим крупнейшим центром этого времени был город Тескоко, расположенный на восточном берегу Мексиканских озер. Около семидесяти городов платили дань его правителю Кинацину (1298-1357 гг.). Его преемнику Течотлалу удалось объединить все наречия долины Мехико в один ацтекский язык.

В середине XIV века господствующее положение в долине Мехико заняли племена тепанеков, во главе которых стоял правитель Тесосомок. Столицей тепанеков становится г.Ацкапотцалько. В 1427 году Тесосомоку наследовал его сын Маштл. Он попытался усилить зависимость покоренных племен от тепанеков и даже вмешивался во внутренние дела своих союзников. Индейцы взимали дань с покоренных племен, но они не знали, как заставить другие племена платить дань, не объявляя им новой войны и не предпринимая новых походов. Политика Маштла привела к объединению ряда подчиненных им городов. Теночтитлан, Тлакопан и Тескоко заключили союз, восстали и свергли власть тепанеков. Маштла был умерщвлен, его город сожжен, а его народ, вопреки обычаям того времени, присоединен к союзным племенам. Землю раздали воинам, отличившимся во время войны. Это обстоятельство положило начало образованию в ацтекском обществе богатой и влиятельной военной прослойки.

Описанные события произошли при четвертом ацтекском тлатоани (верховном правителе) Итцкоатле (1427-1440). Хотя члены так называемого Тройственного союза, окончательно оформившегося около 1434 года, имели определенную долю самостоятельности во внутренних вопросах, ведущая роль в нем, бесспорно, принадлежала ацтекам Теночтитлана, которые в значительной степени контролировали и направляли его экономическую, политическую и военную деятельность.

Итцкоатл упорядочил распределение должности в гражданском управлении, учредил жреческую иерархию, проводил большие строительные работы. При нем остров, на котором был расположен Теночтитлан, был соединен с материком тремя плотинами-дамбами. Итцкоатл проводил активную внешнюю политику, стремясь подчинить независимые племена долины Мехико.

Преемник Итцкоатла Монтесума I, вступивший на престол в 1440 году, продолжил политику своего предшественника. Он значительно укрепил Теночтитлан, защитив его с востока от наводнений в период дождей могучим молом. Был построен акведук-водопровод, снабжавший город родниковой водой. Монтесума I расширил область господства ацтеков в южном направлении (район Пуэбло). При нем продолжилось сооружение новых храмов. Неурожаи 1451-1456 гг. привели к усилению процесса закабаления бедняков к концу правления Монтесумы I.

В 1469 году Монтесуме I наследовал его сын Ашайакатл. При нем ацтекская экспансия на запад и юг была продолжена. Ашайакатл руководил походом на территорию племен тарасков к западу от Мехико, но здесь потерпел неудачу. Эта неудача была единственным поражением Теночтитлана до испанского завоевания.

При Ашайакатле ацтеки переходят к политике изъятия наиболее ценных земель у покоренных народов, территории которых располагались близко к центру государства. Такова, например, судьба города Чалько-Амекамекана в южной части Мексиканской долины и ближайшего соседа Теночтитлана города Тлалтелолко, превратившегося позднее в один из районов Теночтитлана.

Время Ашайакатла было временем высшего развития ацтекского религиозного искусства. При нем был сооружен большой календарный камень, весящий свыше 20 тонн и имеющий около 3,5 м в диаметре. Людей для его установки прислали все союзные правители. Этот памятник являлся символом ацтекской вселенной и воплощал мощь созданного ацтеками государства.

Ашайакатл умер в 1479 году. Ему наследовал его брат Тисок, бывший до того военачальником. В память своих побед он велел высечь так называемый жертвенный камень, представлявший собой грандиозных размеров сосуд для сжигания человеческих сердец покрытый по краям рельефом, изображающим Тисока в виде бога войны и хватающего пленников из подвластных ему племен.

Кровавый культ человеческих жертвоприношений, по мнению ацтеков, следовало поддерживать постоянно, чтобы не навлечь бедствий. В относительно мирные периоды у них существовал особый обычай, так называемая 'война цветов', представлявший религиозный турнир между войнами двух племен или групп племен, имевший целью захват пленников для жертвоприношений без экономических трудностей, связанных с настоящей войной.

В 1486 году Тисоку сменяет его брат Ауицотл. В своих военных походах он доходил до Гватемалы, однако одновременно ему приходилось усмирять восстания в различных районах подвластной ацтекам территории. Теночтитлан к этому времени превратился в крупнейший город с населением примерно 300 тыс. человек. Для снабжения его водой был построен второй водопровод.

Ауицотл был энергичным, но довольно порочным человеком. Он больше всего любил войну, был мстительным и безжалостным воином. Он увлекался женщинами и очень любил все показное. Во время церемонии освящения большого храма бога войны Уицилпочтли была устроена настоящая бойня, в которой участвовали Ауицотл, его союзник правитель Тескоко Несауалпилли и многие высшие должностные лица. В жертву были принесены 20 тыс. пленных, захваченных союзниками во время их похода в северные области специально для этих целей.

В 1503 году во время руководства восстановительными работами после наводнения Ауицотл был ранен в голову и умер. Ему наследовал его племянник, сын Ашайакатла, Монтесума II Младший. Он вел неудачную войну против Тлашкалы, пытался удержать в повиновении подвластные племена и мало чем уступал в религиозном рвении своему дяде (однажды принес в жертву богу войны двенадцать тысяч пленников).

При Монтесуме II обострились отношения между союзниками, прежде всего с правителем Тескоко Несауалпилли. Последний был женат на сестре Монтесумы II и в 1498 году на законном основании убил ее за супружескую неверность. Монтесума II отомстил тескокским союзникам за смерть сестры, допустив, чтобы враги заманили их войско в засаду и уничтожили. В 1516 году после смерти Несауалпиллли Монтесума II открыто вмешался во внутренние дела Тескоко, назначив его преемника и не признав назначение совета Тескоко. Вождь, которого он не признал, поднял восстание и союз, и без того непрочный, распался. Это существенно ослабило силы ацтеков накануне испанского вторжения.

Ацтекское государство было непрочным территориальным образованием, подобным множеству территориальных царств древности. Характер его экономики был полиморфный, однако основу составляло интенсивное поливное земледелие. Набор культур, выращиваемых ацтеками, был типичен для долины Мехико. Это - кукуруза, кабачки, тыква, зеленый и красный перец, многие виды бобовых и хлопок. Выращивался также табак, который ацтеки курили большей частью в полых стеблях тростника, наподобие папирос. Любили ацтеки и шоколад, приготавливаемый из бобов какао. Последние служили и средством обмена.

Ацтеки превратили большие площади бесплодных болот, затоплявшихся в дождливый сезон в участки, покрытые сетью каналов и полей, использую для этого систему чинамп ('плавучих садов').

Домашних животных у ацтеков было немного. У них водилось несколько пород собак, одна из которых шла в пищу. Наиболее распространенная домашняя птица индюки, возможно, гуси, утка и перепелка.

Значительную роль в ацтекской экономике играло ремесло, особенно гончарное, ткацкое, а также обработка камня и дерева. Металлических изделий было немного. Некоторые из них, например, тонко выкованные медные ножи в форме серпа служили наряду с бобами какао средством обмена. Золото употреблялось ацтеками только для изготовления украшений, а серебро, вероятно, представляло большую ценность. Важнейшее значение у ацтеков имел нефрит и камни, напоминающие его по цвету и структуре.

Отделение ремесла от земледелия находилось в зачаточном состоянии. Специализированное профессиональное ремесло концентрировалось главным образом в крупных городских центрах и обслуживало преимущественно нужды правящей верхушки. В сельских же общинах картина была совершенно иной. Большинство хозяйств имело замкнутый характер, поскольку все нужные инструменты, утварь и одежда вырабатывались дома.

Единственным видом обмена у ацтеков была меновая торговля. Средством обмена служили бобы какао, стержни перьев, наполненные золотым песком, куски хлопковой ткани (куачтли) и упоминавшиеся выше медные ножи. Из-за высоких затрат человеческого труда на транспортировку в ацтекском государстве было разумно максимально приближать места производства изделий и продуктов к местам их потребления. Поэтому население городов оказывалось крайне пестрым и в профессиональном, и в социальном отношении, а многие ремесленники значительную часть времени работали на полях и огородах. На дальние расстояния было выгодно перемещать лишь самую дорогостоящую или же легкую по весу и небольшую по объему продукцию - например, ткани или обсидиан; зато необычайно оживленными был местный обмен.

Каждое селение через определенные промежутки времени устраивало базар, привлекавший народ из самых отдаленных мест. Ежедневный рынок был в столице. Вся система даннических обязательств, которые ацтеки навязывали побежденным провинциям, определялась возможностью организовать доставку в столицу издалека некоторых категорий ремесленных изделий при явной неосуществимости наладить столь же дальнюю транспортировку продовольствия. Поступавшие из провинции ткани и прочую легкую продукцию государственные власти сбывали поэтому по низкой цене жителям столичной области. Те же должны были расплачиваться продукцией сельского хозяйства, оказываясь тем самым заинтересованными в расширении ее производства и сбыта. Торговля, таким образом, процветала, и на рынке ацтекской столицы Теночтитлана можно было купить все, что угодно.

Формы собственности на землю в ацтекском государстве были различны. Общим названием всей территории государства было 'земля мешиков', т.е. ацтеков. Ее составляли как земли метрополии (прежде всего Мексиканская долина), так и 'земли врага', т.е. земли покоренных народов.

Земли, тяготевшие к определенному городскому центру, назывались 'земля города' или 'мильпа города'. Они не всегда были городскими в собственном смысле слова, а являлись сельской округой, ориентированной на тот или иной древний город как административный центр.

Основной формой землевладения была общинная земля. Земля, принадлежащая кальпулли (так называлась община в ацтекском государстве) состояла из участков для общинных нужд, участка главы (старейшины) кальпулли, который обрабатывался общинниками или арендаторами, семейных наделов членов общины. Рядовые общинники (масеуалы) держали землю в индивидуальном пользовании в соответствии с числом членов семьи.

Земля делилась на участки среди семей, составляющих общину. Земли одной общины от другой, участок от участка отделялись камнями и посадками агавы. Границы и межи общинных земель тщательно оберегались и в случае необходимости защищались обычным правом. У старейшины общины хранился кодекс, на котором пиктографическим способом были показаны все общинные наделы и наделы отдельных семей. По мере необходимости в этот кодекс вносились те изменения, какие происходили в системе распределения земли.

Кроме участков, предоставляемых в распоряжение членов кальпулли, была еще одна часть общинной земли, которая обрабатывалась коллективно. Доходы и урожай с нее предназначались для содержания старейшины кальпулли и уплаты налогов государству. Такой участок носил название 'земля, предназначенная для выплаты дани'.

Обработка семейных наделов носила индивидуальный характер и осуществлялась большими семьями. Семейные наделы состояли из приусадебного участка ('земля при жилище') и надела в поле. Какой-либо единой нормы, определяющей размер участка не было.

Земельные наделы нельзя было произвольно отчуждать. Земля была собственностью общины (и ее бога-покровителя), поэтому лишение права на надел кого-нибудь из общинников означало для последнего лишение его гражданских прав в общине, а фактически статуса независимого свободного человека. Право на надел обеспечивалось рождением в семье, принадлежащей к той или иной общине. Если какая-нибудь из семей по тем или иным причинам прекращала свое существование, земля оставалась в общем владении кальпулли. Если член кальпулли покидал общину, то он также терял право на землю. Так как община выплачивала государству определенные налоги, она заботилась о том, чтобы все участки кальпулли обрабатывались. Поэтому тот, кто в течении двух лет не обрабатывал надел, лишался его.

Кроме общинной земли существовали земли царские, храмовые, служебные и в зачаточном состоянии частные.

Верховным собственником земли в ацтекском государстве являлся тлатоани (верховный правитель). Ему принадлежало право распоряжаться землей, и он мог передать ее кому пожелает, обязательно учитывая при этом существующие в обществе традиции, обычаи, нормы.

Главным источником пополнения земельного фонда у ацтеков были земли народов, которых они последовательно и успешно подчиняли. Земли покоренных народов в той или иной форме переходили завоевателям (обычно до 1/3 всей площади), причем большая часть попадала тлатоани Теночтитлана, как носителю верховной власти, и служила для поддержания трона. Тлатоани всегда стоял первым в списке претендентов на новые земли.

Захваченная земля могла эксплуатироваться в двух формах. Во-первых, обрабатываться местным населением оставаясь у прежних владельцев при условии уплаты дани тем, кому эта земля передавалась. Так было в наиболее отдаленных областях. Во-вторых, земли близкие к центру государства и наиболее богатые могли полностью переходить в руки завоевателей и тлатоани прежде всего.

Другой путь пополнения царского земельного фонда был связан с системой наследования в ацтекском государстве. Выморочное имущество, а вместе с ним и земля поступали в царский фонд или вливались в общинные земли, за что тлатоани получал с общины дань. Кроме того, земля изменников, предателей, казнокрадов также поступала в распоряжение тлатоани.

Царские земли в ацтекском государстве делились на ряд категорий. Во-первых, это 'земля дворца'. Доходы с нее шли на содержание дворца и связанных с ним лиц (обслуживающий персонал, администраторы, разного рода дворцовые управляющие). Во-вторых, это 'земля щита'. Доход с этой земли шел на осуществление военных целей, на поддержание армии вообще. Еще одна категория земель, доходы с которых также шли на содержание армии - 'земля орлов', обеспечивала содержание воинов наиболее знатных, отличившихся в бою.

Достаточно развитым в ацтекском государстве было служебное землевладение. Служебные наделы предоставлялись различным должностным лицам из числа знати, получавшим соответственно неодинаковый доход с земель. Среди лиц, имевших право на служебные наделы, были те, кто выполнял как судебно-административные и хозяйственные, так и военные функции. Размер участка зависел от числа должностного лица или степени военных заслуг.

Держатель надела не имел права собственности на надел и лишь пользовался доходами с него. После его смерти земля переходила его преемнику по службе вместе с теми людьми, которые на ней работали. Существовали служебные наделы как с правом наследования, так и без такового.

Важное место в ацтекском государстве занимало храмовое землевладение. Обслуживали храм обычно ближайшая округа или отдельная община. Те, кто обслуживал храмы или были приписаны к культовым учреждениям не платили никакой дани, т.е. храм не имел никаких экономических обязательств перед государством.

В ацтекском государстве не сложилось единого управления всем храмовым хозяйством и единой храмовой собственности. Храмы были разные - общинные, городские, главные государственные и посвященные региональным божествам, центральные и провинциальные. Существовали как богатые, так и бедные храмы. Храмы не были абсолютно самостоятельными в структуре древнеацтекской системы хозяйства и земельной собственности. Процветание храмов на прямую зависело от политики тлатоани, а храмовые земли вместе с царскими и служебными составляли особу категорию государственных земель.

Наряду с государственными и общинными землями у ацтеков имело место и частное землевладение, по крайней мере, применительно к верхним слоям общества. Среди простых людей (общинников) собственников земли было мало, ее имела главным образом знать, а жрецы, богатые купцы, ремесленники получали наделы гораздо реже, поэтому частное землевладение в ацтекском обществе предполагает прежде всего элемент знатности, высокий социальный статус индивида. Владельцами выступала преимущественно военная знать, игравшая решающую роль в ацтекском государстве. Собственную землю имел и тлатоани. Эта земля складывалась как из наследственных наделов, так и из тех, что присваивались после завоеваний.

Общинная структура в ацтекском обществе была еще слишком сильна для того, чтобы ее земля могла стать значительным и уж тем более основным источником формирования частного землевладения. Частный сектор мог отчасти развиваться на основе видоизменений в структуре государственного фонда, прежде всего в отношении служебных наделов. Должность чаще всего переходила от отца к сыну, и это не исключало возможность, что служебная земля со временем все более прочно становилась достоянием определенной семьи. Однако, главным источником образования частного землевладения была 'земля врага', т.е. экспроприированная земля побежденных народов. Именно из этого фонда тлотоани награждал своих воинов, а также иных лиц, так или иначе прославившихся.

Частные земли не составляли целостный массив. У одного и того же владельца они были расположены в разных местах территории Тройственного союза. Участки были не только разбросаны в разных местах, но и имели разные размеры.

На частную землю распространялось право наследования. Обычно наследовал старший сын, которому переходила вместе с тем обязанность содержать всех остальных членов семьи. В семьях правителей право наследования имели и женщины.

В ацтекском государстве имела место и система пожизненного владения дарственной землей. Такую землю тлатоани давал за заслуги конкретному лицу, и она не могла быть передана сыну.

Частные земли обязательно отмечались межевыми знаками, за нарушение которых полагалась смерть. Проданы такие земли могли быть только другим знатным лицам. Процессы купли-продажи земли у ацтеков еще не имели широкого развития. Операции проводились скорее всего с теми участками, которые находились в метрополии.

Знать не платила со своих земель налогов или дани, но она много тратила на подношения и подарки тлатоани, особенно когда прибывала ко двору на какие-нибудь торжественные или религиозные праздники.

В социальной структуре ацтекского общества выделялись следующие пять групп: войны, жрецы, купцы, простолюдины, рабы. Первые три сословия составляли привилегированные классы общества, четвертая и пятая группы - его эксплуатируемую часть. Сословия не были однородны. Внутри них существовала определенная иерархия, обусловленная размером собственности и общественным положением. Все сословия четко разделялись, причем это можно было определить даже по одежде. Согласно одному из законов, введенных Монтесумой I, каждое сословие должно было носить свой вид одежды. Это касалось и рабов.

Решающую роль в ацтекском обществе играла военная знать. Титул текутли ('знатный') обычно получали люди, занимавшие важный государственный и военный пост. Большинство гражданских чинов на деле были теми же военными. Наиболее знатные, отличившиеся в бою войны образовывали своего рода 'орден', особый союз 'Орлов' или 'Ягуаров'. Знать получала от тлатоани натуральное довольствие и земельные наделы. Никто кроме знатных и вождей не мог под страхом смерти строить дом с двумя этажами. Существовала разница в наказаниях за правонарушения для знатного человека и простолюдина. Причем зачастую сословные нормы были более жестокими. Так, если человек, побывавший в неприятельском плену был 'низкого происхождения', то ему не угрожало изгнание из общины и семьи, 'знатного' же убивали сами соотечественники, родственники. Это отражало стремление сохранить верхушкой общества прочность своего положения.

Первоначально в ацтекском обществе мужчина мог достичь высокого положения благодаря личной деятельности и его дети могли воспользоваться его возвышением для собственного устройства. Однако, занять положение отца они могли только благодаря равноценным заслугам перед племенем. В то же время тлатоани при выборе претендентов на освободившуюся должность, а следовательно и на все присущие ей привилегии, чаще отдавал предпочтение сыну того, кто занимал эту должность ранее. Подобная практика способствовала превращению знати в замкнутое сословие. К этому можно добавить принцип раздела земель на вновь завоеванной территории. Большую часть получали тлатоани и его главнокомандующий, затем следовали остальные отличившиеся войны из числа знати. Простые войны земли не получали, кроме считанных единиц 'самых храбрых'. Все это вело к появлению в ацтекском обществе особой земледельческой знати.

К числу привилегированных сословий ацтекского общества относилось и жречество. В укреплении религии завоеватели-ацтеки были крайне заинтересованы, ибо она, проповедуя войну, как высшую доблесть, а ацтеков как самых достойных ее носителей, давала идеологическое обоснование политики захватов, какую они проводили на протяжении всей своей независимой истории. Жрецы шли в первых рядах во время военных походов. Они первыми встречали у ворот столицы воинов, возвращающихся домой.

Свои богатства храмы увеличивали за счет подарков и добровольных пожертвований. Это могли быть дарения землей или частью дани знатью и тлатоани. Пожертвование населения могло быть по самому разному поводу: гадание, предсказание, приношения ради успеха своей деятельности. Было при храмах и собственное ремесленное производство. Все доходы шли на содержание жречества и проведение многочисленных религиозных обрядов.

Жизнь жречества регулировалась определенными нормами. Жреца, виновного в связи с женщиной, тайно забивали палками, отбирали имущество, а дом разрушали. Убивали также всех тех, кто был причастен к этому преступлений. Если жрец имел противоестественные склонности, то его заживо сжигали.

Так как в ацтекском государстве торговля играла важную роль и в ее развитии была заинтересована правящая верхушка, то богатые торговцы также занимали привилегированное положение. К этому же сословию можно отнести и богатых ремесленников, которые зачастую сочетали ремесло с торговлей собственными изделиями.

Знать, а также богатые купцы или ремесленники не могли и не занимались земледелием. Оно было уделом общинников и, реже, особых категорий рабов.

Общинник, костяк и основа ацтекского государства, носил название масеуал. Община - кальпулли - у ацтеков имела преимущественно соседский, территориальный характер, хотя и с наличием определенных пережитков родовых отношений. Прочность общинных отношений обуславливалась такими факторами, как система мильпового земледелия (расчистка участков требовала поддержания определенных производственных связей, определенного коллективизма действий), необходимость охраны посевов и несение коллективных общинных повинностей.

Общины по числу домохозяйств были разными. Большинство из них - деревушки в два-три дома или небольшие деревни. Большая патриархальная семья состояла из представителей трех поколений (родители, их дети и внуки). Общинники обрабатывали свои наделы, несли коллективные повинности, занимались добычей соли, рыбной ловлей, изготовлением циновок и др.

Делами общины управлял старейшина. Он следил за правильным распределением общинной земли и своевременностью отправления повинностей. Особый надел, выделяемый старейшине обрабатывался общинниками. При определенных обстоятельствах часть земель кальпулли передавалась в аренду, в том числе и членам другой кальпулли. Арендаторами, как правило, были майеки ('те, кто имеют руки'), которые в силу объективных социальных причин не имели собственной земли. Таким образом, в ацтекском обществе были как общинники, которые по каким-то причинам не имели достаточно земли, так и те, кто мог справиться с большим наделом, чем им предлагала собственная община.

Процесс дифференциации внутри общины шел очень медленно. Кальпулли защищала себя довольно стойко, стараясь, по возможности, избегать сдачу земли в аренду, чтобы не нарушать единства общины. Не имели места у ацтеков и продажа общинного участка в счет уплаты долга. Если член общины не мог выплатить долг, он продавал в рабство членов семьи и самого себя, но никак не общинную землю. Отсюда, поскольку нельзя было продавать надел в уплату долга, то не могли появиться и ростовщики-землевладельцы.

Масеуали и майеки являлись основной рабочей силой и на государственных и частных землях. Майеки не могли покинуть ее по собственному желанию и со смертью хозяина вместе с землей переходили к наследникам. В этом статусе майеки приближались к рабам, владеющим землей.

Помимо работы на земле общинники несли и другие многочисленные повинности: выполнение работ по дому, приготовление пищи, доставка топлива, строительные и ремонтные работы, прядение, ткачество и иные ремесленные работы, переноска тяжестей и др.

Низшую социальную ступеньку в иерархии ацтекского общества занимали рабы. Источники рабства у ацтеков были разнообразные. Практиковалась продажа в рабство за кражу. Было распространено долговое рабство. Неволей наказывалось и предательство по отношению к государству или своему непосредственному господину. Однако, наиболее характерным для древнеацтекского общества было патриархальное рабство. Родители могли продать в рабство своих 'нерадивых' детей. Это случалось чаще в неурожайные годы, когда проходила широкая работорговля.

Торговля рабами в Ацтекском государстве имела широкое распространение. Посредниками здесь обычно выступали купцы. Наиболее крупные рынки работорговли находились в двух городах - Ацкапоцалько и Исокане. Рабы обменивались на самые различные вещи - ткани, накидки, драгоценные перья и т.п. Стоимость раба колебалась в зависимости от его достоинств, но обычная его цена равнялась 20 накидкам. Рабов продавали не только в близлежащие районы, но и на чужбину.

Использование рабского труда носило обычный характер. Рабы выполняли самую различную работу в доме своего хозяина: перетаскивали тяжести, обрабатывали посевы, собирали урожай на полях. Часто рабовладелец использовал раба не только в собственном хозяйстве, но и определял его в своего рода наймы, на оброк, например, носильщиком в купеческие караваны. Все заработанное в этом случае поступало хозяину-рабовладельцу. Труд рабов широко использовался при осуществлении крупных строительных проектов: сооружении храмов, мостов, дамб и т.д. Таким образом, труд рабов был разнообразным и являлся прямым порождением хозяйственной деятельности государства.

Степень зависимости от рабовладельца была различной, вследствие чего существовали и различные категории рабов: от находящихся в полной власти рабовладельца, до тех групп, что владели землей, имели семьи.

Категория рабов, имевших землю, дома, жен, детей по своему статусу близка майекам. Их дети рождались свободными. Господин не имел права на имущество, принадлежащее рабу и его семье. Рабы даже торговали на местных рынках.

В отдельных случаях ацтекский раб мог получить свободу. Раба могли выкупить родители и родственники. Он мог получить свободу, вступив в брак со свободными членами общества, или по завещанию хозяина. Если раб, приведенный для продажи, убегал и границу рынка пересекал раньше своего хозяина, то по особым правилам он получал освобождение. Раб мог искать защиту во дворце, доме крупного должностного лица, и, в данном случае единственным, кто мог этому препятствовать, был его хозяин.

Особым типом рабства была система уеуетлатлакулли ('старинная повинность'). Суть ее состояла в том, что семья должника обязана была постоянно предоставлять раба в распоряжение хозяина, и в том случае, если работник умирал, его должен был заменить другой. право это хозяин терял только в том случае, если раб умирал в его доме. Такие рабы как правило для того, чтобы сохранить свой статус, не жили в доме рабовладельца, а приходили туда только для работы. Если кто-нибудь из семьи, зависимой от рабовладельца, заводил собственную семью, то каждый из членов новой семьи становился потенциальным рабом. В результате рабовладелец и его наследники расширяли свои права на все большее число семей, хотя формально последние и не состояли из рабов. Подобная практика вызывала недовольство зависимых слоев населения. Власти предпринимали определенные попытки для стабилизации социальной жизни и юридического оформления взаимоотношений между рабовладельцами и зависимыми от них рабами и членами их семей. В 1505 г. правитель г. Теского Несаулпилли издал специальный указ, по которому аннулировались долги семей, приводящие к возникновению уеуетлатлакулли. Кроме того было запрещено продавать детей рабов в неволю. Однако вряд ли эти законы воплощались в действительность.

В ацтекском обществе полностью отсутствовал такой источник рабства, как захват рабов в результате войн. Все пленные, захваченные в бою, приносились в жертву богам. И, хотя у каждого пленника был собственный хозяин, т.е. тот, кто пленил его, и военнопленные уже имели рыночную стоимость, дешевый человеческий труд оставался неиспользованным. В силу особых исторических обстоятельств ацтекское общество для поддержания собственного существования и развития обходилось использованием труда различных категорий и общинников (в первую очередь майеков), и рабов, сохранивших главные стимулы к трудовой деятельности: землю, жилище и семью.

Носителем высшей военной, административной и судебной власти в ацтекском государстве считался верховный правитель - тлатоани. При тлатоани существовало четыре высших совета. Первый был советом по военным делам, второй ведал делами светской знати, третий занимался вопросами религии и идеологии, четвертый - делами 'простых людей'. Советы выполняли как административные, так и судебные функции. Подобные советы имелись в каждом из городов-членов Тройственного союза. Правители этих городов имели максимальный авторитет и власть в юридической системе своего региона.

Однако не во всех юридических вопросах члены Тройственного союза были абсолютно самостоятельными. при дворе верховного правителя Теночтитлана существовали особые 'двенадцать судей', которые рассматривали дела подвластных Теночтитлану народов. Тлатоани Теночтитлана стремились укрепить свое ведущее положение и тем самым сделать более прочным государство.

Судебно-административный аппарат в ацтекском государстве был монополизирован представителями господствующей общественной верхушки. Члены советов чаще назначались по признаку родства правителя. Чиновники получали от тлатоани содержание в виде служебного надела, на котором были посажены общинники. Кроме того, каждые восемьдесят дней правитель позволял себе одаривать их подарками. Эти дары не имели строго определенных размеров и выдавались в том количестве, какое считал нужным тлатоани.

В состав государства ацтеков входило около 500 городов и иных поселений, разделенных на 38 административных единиц во главе с местными правителями или специально присланными управляющими. Для сбора дани, наблюдением за царскими землями и служебными наделами имелись специальные должностные лица - калпишки, назначавшиеся из военного сословия. Существовало и местное судопроизводство. Суды на местах рассматривали только незначительные преступления, или же, очевидность которых легко доказуема. Основную массу дел рядовых граждан решали именно эти суды.

Для записи дел в тех или иных институтах имелся специальный штат 'писцов'. В большинстве случаев записи делались с помощью пиктографики, однако, иногда применялась и майяское иероглифическое письмо.

Основу соционормативной структуры ацтекского государства составляли этико-правовые нормы, в которых переплелись законы писаные и неписаные, санкционированные государством и рожденные еще эпохой родового коллективизма.

Законодательные акты самого различного характера принимались уже на раннем этапе истории древнеацтекского общества, однако наиболее интенсивное законотворчество относится к концу существования ацтекского государства и связано с именами правителя Тескоко Несауалькойотла и последнего из владык Теночтитлана Монтесумы II. Несауалькойотл (1430-1472) обнародовал так называемые 'восемьдесят законов', соблюдение которых было обязательным. Эти законы оказали решающее влияние на законодательную деятельность Монтесумы II, стремившегося утвердить единые для всей подвластной Теночтитлану территории нормы права.

Ацтекское право было достаточно просто и сурово. В первую очередь оно закрепляло стихийно складывающийся обычай, превращая его из мононормы родового общества в юридическую норму, обычное право. Так, следы пережитков первобытных представлений можно увидеть в практике запрета под страхом смерти женщине носить мужскую одежду и украшения и наоборот. Применялся в ряде случаев принцип эквивалентного возмездия, тальона (например, если свободный человек напоит другого свободного человека и тот умрет, виновного ожидала смерть под палками). Сохранялось и право самосуда, но оно применялось лишь к лицам, застигнутым на месте преступления.

Наряду с обычным правом появляются и правовые нормы, стоящие вне границ обычного права и отражающие эпоху раннеклассовых отношений. Прежде всего это охрана права собственности. В ацтекском обществе противоправное завладение чужим имуществом, посягательство на собственность рассматривалось как преступление и влекло за собой наказание. Нарушение норм права собственности каралось очень сурово. Так, за разбой на дорогах виновного публично забивали камнями. За воровство на рынке вора публично забивали (палками или камнями) прямо на месте преступления специальные служители. Сурово наказывался и тот, кто захватывал военную добычу другого.

Важнейшим объектом права была земля. Здесь было значительное влияние общинных отношений. Частноземлевладельческие отношения только начинали складываться. Это нашло отражение в соответствующих нормах. Например, если кто-нибудь незаконно продавал чужую землю или закладывал ее, то в качестве наказания его обращали в раба. Но если он передвигал межи, то наказывался смертью.

Многообразные межличностные отношения в ацтекском обществе регулировали брачно-семейные нормы. Наиболее характерной чертой их была безграничная власть отца и мужа. Основу семьи составлял брак, процедура заключения которого была в равной степени актом и религиозным и юридическим. Он строился, как правило, по принципу моногамии, но для состоятельных допускалась и полигамия. Существовало два вида наследования - по закону и по завещанию. Наследовали только сыновья. Расплатой за супружескую измену была смерть в разных вариантах. Карались смертью кровные родственники за интимные отношения: виновных вешали. Однако допускались левиратные браки.

Сурово каралось пьянство. Только люди, достигшие пятидесяти могли потреблять пьянящие напитки, причем строго определенное количество. Молодых людей, уличенных в пьянстве, наказывали в школе, иногда забивая насмерть.

Государственная власть стремилась укрепить свой контроль за делами на местах с целью создания прочной административной структуры, управленческого аппарата. Это также нашло отражение в нормах ацтекского права. К примеру, наказывали смертью тех сборщиков налогов, которые собирали с населения больше, чем это полагалось.

Сложились на территории ацтекского государства и первичные нормы, регулирующие межплеменные и межгосударственные отношения. Убийство, например, посланников или купцов рассматривалось в качестве законного повода к войне. Особые правила имелись также для расправы с восставшими.

Ацтекское право носило классовый характер. Круг правоспособности зависел от социальной принадлежности лица. Если свободные в большинстве случаев выступают как субъекты права, то рабы определяются лишь как объекты права. К разным категориям свободного населения применялись неодинаковые правовые нормы. Ацтекское право защищало и интересы государства. Суровые наказания предусматривались за предательство, измену интересам страны и правителя. Наиболее тяжко карался заговор с целью захвата власти. Причем ответственность возлагалась не только на зачинщиков, но и на родственников вплоть до четвертого или даже пятого колена.

Процесс самостоятельного развития ацтекского государства и общества был прерван испанскими завоевателями в тот момент, когда Теночтитлан встал на путь создания единого централизованного государства, опирающегося в своей деятельности на прочный административный аппарат и единое для всей территории государства законодательство. Начало этого пути всегда сопровождается серьезными социальными потрясениями и определенной неустойчивостью государственной власти. Это обстоятельство в немалой степени определило успех конкистадоров.

В 1519 году Кортес начал свой поход к Мехико. Не осмелившись вступить в открытую борьбу с ним Монтесума II пытался всячески затруднить или замедлить продвижение конкистадоров. Это не имело успеха, и испанцы достигли Теночтитлана. Монтесума II вынуждал был признать себя вассалом и данником испанского короля. Однако, такой шаг не спас государство ацтеков и его правителя от гибели. Согласно испанским источникам Монтесума II погиб во время восстания жителей Теночтитлана летом 1520 года (его побили камнями его подданные). По индейским версиям он был удавлен испанцами.

После смерит Монтесумы II верховным правителем ацтеков стал его брат Куитлауок, начавший деятельно готовиться к войне с испанцами, но через четыре месяца посел начала своего правления он умер от оспы. Вместо него правителем стал племянник Монтесумы Куаутемок.

В мае 1521 года испанцы под предводительством Кортеса осадили Теночтитлан. Методически разрушая город, Кортес брал его квартал за кварталом. Куаутемок попал в плен к испанцам, после чего всякое сопротивление прекратилось и после шестидесяти пяти дней осады Теночтитлан пал. Вместе со столицей прекратило существование и ацтекское государство.

Юкатанские майя в X-XVI вв. н.э.

После X века развитие культуры майя продолжалось на полуострове Юкатан. Этот полуостров представлял собой плоскую известковую равнину, где нет ни рек, ни ручьев, ни озер. Лишь немногочисленные естественные колодцы (глубокие карстовые воронки в пластах известняка) служили источниками воды. Майя называли эти колодцы 'сенотами'. Там, где были сеноты возникли и развивались центры классической цивилизации майя.

В X в. н.э. на Юкатанский полуостров вторглись воинственные племена тольтеков. Столицей завоевателей становится город Чичен-Ица, возникший еще в VI в. н.э. Обосновавшись в Чичен-Ице, тольтеки и союзные с ними племена вскоре распространили свое влияние на большую часть полуострова Юкатан. Завоеватели принесли с собой новые обычаи и обряды, новые черты в архитектуре, искусстве и религии.

По мере роста могущества других политических центров на Юкатане гегемония Чичен Ицы стали все больше вызывать их недовольство. Правители Чичен Ицы требовали от соседей все новых даней и поборов. Особое негодование вызывал у жителей других майяских городов и селений обряд человеческих жертвоприношений в 'Священном Колодце' Чичен-Ицы.

'Священный Сенот' представлял собой гигантскую круглую воронку диаметром 60 метров. От края колодца до поверхности воды было почти 21 метр высоты. Глубина - свыше 10 метров, не считал многометровой толщи ила на дне. Для жертвоприношений требовались десятки людей и их исправно поставляли подчиненные города.

Ситуация изменилась после прихода к власти в городе Майяпане правителя Хунак Кееля. В начале XIII века он смог объединить силы трех городов: Ицмаля, Майяпана и Ушмаля. В решающем сражении войска Чичен-Ицы были разгромлены, а сам ненавистный город разрушен.

В последующий период резко усиливается роль Майяпана и его правящей династии Кокомов. Но и владычество Кокомов оказалось непрочным. В XV веке в результате ожесточенной междоусобной борьбы Юкатан был разделен на полтора десятка мелких городов-государств, ведущих между собой постоянные войны в целях захвата добычи и рабов.

Основой хозяйства у юкатанских майя так же как и в классическую эпоху оставалось мильповое земледелие. Его характер практически не изменился, а технология была столь же примитивна как и прежде.

Ремесло также оставалось на прежнем уровне. Собственной металлургии у юкатанских майя не было и металл попадал сюда из других районов посредством торговли. Торговля же приобрела у юкатанских майя необычайно большой размах. Они вывозили соль, ткани и рабов, обменивая все это на какао и нефрит.

Накануне прихода европейцев на территории майя существовало несколько крупных торговых центров. На побережье Мексиканского залива находился город Шикианго - крупный торговый пункт, куда приходили и ацтекские купцы, и юкатанские купцы, и жители юга. Другой торговый центр - Симатан - стоял на реке Грихальва. Он был конечным пунктом длинного сухопутного маршрута из долины Мехико и перевалочной базой для многочисленных товаров. В устье той же реки был расположен город Потончан, контролировавший не только торговлю в низовьях реки Грихальва, но и морские пути вдоль западного побережья Юкатана. Крупным торговым центром было государство майя Акалан со столицей Ицальканак. Выгодное географическое положение позволяю местным жителям вести оживленную посредническую торговлю с самыми отдаленными областями Гондураса и Гватемалы.

Юкатанские майя вели оживленную морскую торговлю с ближними и дальними соседями. Их важнейшие города стояли либо прямо на побережье моря, в удобных бухтах и заливах, либо вблизи устьев судоходных рек. Вокруг всего полуострова Юкатан: от Шикаланго на западе до южной части Гондурасского залива на востоке, существовал длинный морской путь. Этот путь активно использовали торговцы из Акалана.

Для морских путешествий использовались по-прежнему долбленые лодки, некоторые из которых были рассчитаны на 40 и даже на 50 человек. Ходили эти лодки как на веслах, так и под парусам. В ряде случаев на судах использовался и нашивной борт, делавшийся либо из плоских дощечек, либо из тростника, обильно промазанных смолой.

В юкатанский период истории майя произошли существенные изменения в характере землевладения и в социально-политической структуре общества. Это явилось результатом как внутреннего развития майяских городов-государств, так и результатом влияний из Центральной Мексики.

Землевладение у майя было представлено несколькими видами: общинные земли, земли правителей, земли знати и частные земли. Вероятно существовало и храмовое землевладение, однако этот вопрос еще совершенно не изучен.

Земли, внутри каждого города-государства майя были поделены между отдельными территориальными общинами. Однако, в силу специфических особенностей мильпового земледелия эти земли не могли сделаться постоянной собственностью общины или отдельных семей, поскольку их приходилось через каждые 2-3 года надолго бросать из-за истощения почвы. Зато плантации фруктовых деревьев, какао, соляные разработки и земли, в которых были вложены какие-то затраты с целью улучшения их эксплуатации, находились в частной собственности и были ограждены межевыми знаками.

Вся земля, входившая в состав того или другого государства майя, считалась собственностью правителя этого государства. Границы земельных владений строго соблюдались и периодически проверялись. Из этих государственных земель выделялись земли территориальным общинам.

Земли знати состояли из владений двоякого рода. Во-первых, знать получала право взимать урожай со специальных участков, выделенных им подвластными селениями. Первоначально размеры участков, которые совместно обрабатывали общинники, и урожай с которых шел целиком на нужды знати, были невелики. Но постепенно аристократы произвольно расширяли их, так что они во много раз стали превосходить наделы общинников. Во-вторых, часть земель находилась в непосредственной собственности знати. К их числу относились приусадебные земли, огороды, рощи фруктовых деревьев, плантации какао, соляные разработки. На этих землях трудились рабы и зависимые члены общины.

Собственные земли имели и правители городов-государств майя. На них сажались семьи рабов, которые платили правителям дань в виде части урожая.

Частными землями владели не только представители родовой и военной аристократии, но и богатые общинники, торговцы.

Общество юкатанских майя подразделялось на два основных класса: знать (духовную и светскую) и общинников. Кроме того были разного рода зависимые люди, в том числе и рабы.

Знать (аристократия) составляла правящий класс и занимала все наиболее важные политические должности. В ее состав входили не только сановники, но и военные вожди, наиболее богатые торговцы и общинники. Особую прослойку среди знати составляло жречество. Жречество играло громадную роль в общественной жизни, поскольку в его руках были сосредоточены не только вопросы религиозного культа, но и научные знания, а также почни все искусство.

Свободные общинники составляли большинство населения. К их числу относились земледельцы, охотники, рыбаки, ремесленники и мелкие торговцы. Общинники не были однородны. Низшую прослойку составляла особая группа бедняков, находившихся в экономической зависимости от знати. Наряду с ней, существовала и прослойка богатых общинников.

На Юкатане имелось довольно много рабов, большая часть которых принадлежала знати или богатым общинникам. Основную массу рабов составляли мужчины, женщины и дети, захваченные в плен во время частых войн. Другим источником появления рабов служило долговое рабство, а также рабство за воровство. В рабство попадали, кроме того, лица, находившиеся в связи или в браке с рабами. Существовала торговля рабами как внутри страны, так и на экспорт.

Вся полнота власти в государствах майя принадлежала правителю - халач винику. Эта власть была наследственной и передавалась от одних членов династии к другим. Халач виник осуществлял общее управление государством, руководил внешней политикой, являлся верховным военачальников, исполнял некоторые религиозные и судебные функции. С подвластного им населения халач виники получали различного рода дани и налоги.

При халач винике имелся совет из особо знатных и влиятельных сановников, без которых он не принимал важных решений.

Административную и судебную власть в небольших городах и селениях осуществляли батабы, назначенные халач виником. При батабе находился городской совет, состоящий из наиболее богатых и уважаемых лиц. Чиновники-исполнители назывались хольпоны. Благодаря им осуществляось непосредственное управление со стороны халач виника и батабов. Самую нижнюю ступень в административной лестнице загнимали мелкие должностные лица - тупиль, исполнявшие полицейские функции.

К моменту прихода испанцев Юкатан был разделен между 16 самостоятельными небольшими государствами, каждое из которых имело свою территорию и правителя. Наиболее могущественными среди правящих династий были династии Шиу. Кокомов и Кануль. Ни одно из этих государств было не в состоянии объединить территорию в единое целое. Но каждый правитель пытался осуществить подобное объединение под собственной эгидой. В результате с 1441 года на полуострове бушевала открытия гражданская война, на которую накладывались многочисленные междоусобицы. Все это значительно ослабляло силы майя перед лицом внешней опасности.

И все-таки испанцы не смогли завоевать Юкатан с первого раза. Целых двадцать лет майя оказывали сопротивление, однако, сохранить свою независимость они не смогли. К середине XVI века большая часть их территории была покорена.

 

5.Культура индейцев Мезоамерики.

Автор-В.Г.Зубарев

Культура Мезоамерики явилась результатом творческой деятельности целого ряда народов, взаимно обогащавших друг друга.

Уже первые люди, пришедшие на эту территорию, создали мифы о возникновении огня и происхождении людей и животных, о покровителе пищи и влаги - каймане, о добрых духах растительности, о строении вселенной.

С возникновением земледелия появляются мифы о верховном многофункциональном божестве, представленном образом 'богини с косами'. Это божество олицетворяло одновременно небо и землю, жизнь и смерть; из ее груди струится 'небесное молоко' - дождь, она владычица всякой влаги, от нее зависит процветание всего растительного и животного мира. Богиня изображалась в виде девушки с четырьмя косами, попарно спускающимися на грудь, женщины с подчеркнутыми чертами пола или старухи с отвисшей грудью. Эти три этапа возрастного развития женщины являются олицетворением времени весеннего цветения, плодоношения и осенне-зимнего периода.

Материальным воплощением культуры ранних земледельцев. Центральной Америки были многочисленные глиняные статуэтки, петроглифы, орнамент на керамической посуде, каменные печати-штампы. Большая часть статуэток изображает обнаженных женщин. Характерная особенность этих фигурок - трактовка зрачка глаза с помощью крошечного отверстия - точки. Встречаются также фигурки животных и птиц.

В конце архаического периода появляются первые образцы монументального строительства, в первую очередь - храмы. С самого начала особенностью архитектуры становится возведение монументальных построек на пирамидах (храм Солнца в Теотиуакане, 'круглый' храм в Куикуилько).

Следующий этап в развитии мезамериканской культуры связан с 'ольмеками'. 'Ольмеки' положили начало необычайно широкому распространению у индейцев Центральной Америки культа ягуара: все основные божества их имели ягуароподобный облик. В большинстве случаев боги 'ольмеков' - хозяева леса, зверей, влаги - предстают в мужском обличии. Один из основных мотивов мифологии ольмеков - обретение маиса, главного питательного злака. В этот период уже устанавливается связь мифологии и календаря, впоследствии получившая в Центральной Америке широкое распространение. Устанавливается и связь божеств с культом правителей как их представителю на земле.

Ольмекский период связан с дальнейшим развитием монументальной архитектуры. Ритуальные центры в Трес-Сапотес, Ла-Венте, Серро-де-лас-Месас и других отличаются определенной ориентацией и планировкой. Широкое распространение получает возведение каменных стел, алтарей и гигантских каменных голов в шлемах. Одним из основных мотивов 'ольмекского' искусства было изображение стилизованной маски ягуара. На монументах, гигантских мозаиках-приношениях, на нефритовых кельтах и пластинках.

Кроме этого сюжета на 'ольмекских' монументах встречаются триумфальные сцены, сцены инвеституры, культовые обряды.

Образцом архитектуры и градостроительства классического периода в истории Мезоамерики является город Теотиуакан (цивилизация Теотиуакана). Ритуальный центр Теотиуакана расположен на равнине, которая постепенно понижается с севера на юг. Он состоит из одной длинной (свыше 4 км) и широкой (40-45 м) улицы 'Дорога смерти', по обеим сторонам которой стоят религиозно-административные здания: храмы, святилища, дворцы.

'Дорога смерти' образует как бы ось древнего Теотиуакана. На одном конце этой оси (на севере) расположен гигантский массив Пирамиды луны. Ее основание имеет примерно 150 м длины по линии запад-восток и 130 м - по линии север-юг. Высота равна 42 м. В самом Центре Теотиуакана находится обширный комплекс построек, стоящих на одной гигантской платформе. Между Пирамидой луны и этим комплексом, получившим в литературе название 'Сьюдадела', расположены многочисленные древние здания. Среди них: Храм земледелия, Площадь с колоннами, Группа Викинг, Храм Тлалока (все названия условны). Центральным храмом в группе 'Сьюдадела' является храм в часть бога Кецалькоатла. Тщательно продуманная ориентировка всех зданий города свидетельствует о высоком уровне развития математики и астрономии в Теотиуакане.

Другим примером градостроительной архитектуры индейцев Центральной Америки является сапотекский Монте-Альбан. Также как и в Теотиуакане в центре города расположены на искусственных платформах храмы, дворцы и жилища знати. Имелись здесь и астрономические обсерватории, паровые бани, площадки для танцев. Монументальные лестницы дворцовых и храмовых комплексов имеют балюстрады. Большинство построек снаружи оштукатурено и окрашено, преимущственно в красный цвет. Все здание группируются вокруг квадратных больших дворов. В центре таких дворов обязательно устраивался алтарь или святилище. Широкое распространение получают площадки для ритуальной игры в мяч ('тлачтли').

Игра в мяч получила распространение практически у всех цивилизаций древней Мезоамерики: у май, миштеков, сапотеков, тольтеков и ацтеков. Площадки для этой игры имелись рядом со всеми крупными храмовыми комплексами. Играли в мяч из твердого сырого каучука диаметром 10-13 сантиметров, который надо было бросать, а прикасаться к нему иначе или толкать разрешалось только коленями или ягодицами, прикрытыми для этого кожаными щитами. Мяч требовалось провести через одно из двух каменных колец, вертикально вмурованных в стены, перегораживавшие поле по центру. Игра являлась своеобразным жертвоприношением богам: соревнующиеся отдавали ей все свои силы и жизнь. Порой от ее результата зависела свобода игроков и зрителей, и даже независимость царских дворов.

Сапотеки Монте-Альбана верили, что их предки родились из скал, деревьев и ягуаров. Космос делился на три части: небеса, мир, в котором они жили, подземный мир мертвых. В пантеоне сапотеков - бог дождя и молнии Косико-Питао, которому приносили человеческие жертвы; бог кукурузы Питао-Кособи; бог-ягуар, бог землетрясений Питао-Шоо, близкий богу земли и пещер.

Представление сапотеков о мире находили отражение в скульптуре и настенной живописи, которая представлена фресками из гробниц. Одним из наиболее выдающихся образцов скульптуры Монте-Альбана является так называемая плита из Босана. На ней в технике низкого рельефа изображены фигуры жреца и богов. Наиболее яркими образцами сапотекской живописи могут служить настенные росписи из гробниц Монте-Альбана. Так, на стенах одного из погребальных камер изображена процессия из 9 богов и 9 богинь, чинно идущих парами.

Свой вклад в культуру Мезоамерики внесли и другие народы, в разное время проникшие на эту территорию: тольтеки, тотонаки, миштеки, теночки и другие. Однако наиболее полно все их достижения проявились в блестящих цивилизациях майя и ацтеков.

Прежде всего это касается письменности. Здесь несомненная пальма первенства принадлежит майя создавшим достаточно сложную и законченную систему письма. У других народов Мезоамерики письменность находилась либо на уровне пиктографического письма (ацтеки), либо была недостаточно развита (сапотеки Монте-Альбана, 'ольмеки').

Майяская письменность относится к иероглифической системе письма и схожа с аналогичными системами письма Старого Света. В ней употребляются знаки фонетические (алфавитные и слоговые), идеографические (обозначающие целые слова) и ключевые (поясняющие значение слова, но не читающиеся). Один и тот же знак в разных сочетаниях может употребляться то как фонетический, тот как ключевой, то как идеограмма. Все это вызывает определенные сложности в дешифровке письменности майя. Долгове время единственным успехом в этой области было чтение календарных надписей и знаков. Лишь в 50-х годах XX века советский этиограф и языковед Ю.В.Кнорозов смог предложить метод дешифровки иероглифов майя. В результате удалось прочесть рукописные книги майя XII-XV вв. и перейти к чтению более ранних текстов майя, высеченных на камне или вырезанных на раковинах, кости и керамике.

Книги майя писались красками на длинных полосах бумаги, сделанной из луба растений, а затем помещались в футляре. При храмах и дворцах имелись большие библиотеки из рукописных книг. В них с помощью иероглифов и красочных рисунков была записана родословная правящих династий городов-государств майя, рассказывалось о войнах и переселениях племен, религиозных концепциях, астрономических вычислениях и многих других сторонах духовной и политической жизни майя. Почти все эти рукописи погибли в годы испанского завоевания или позже, во времена насильственной христианизации индейцев. В настоящее время известны лишь четыре рукописные книги майя - Дрезденская (XII в.), Парижская (XII-XV вв.), Мадридская (XV в.) и рукопись Гролье. Все они являлись жреческими требниками. Они содержат подробный перечень обрядов, жертвоприношений и предсказаний, связанных со всеми отраслями хозяйства майя и касающихся всех слое населения.

Жизнь и хозяйственная деятельность индейцев Центральной Америки была тесно связана с религией. Наука, искусство и литература носят на себе отпечаток религиозно-мифологического мышления и становятся понятны лишь на основе анализа последнего.

Пантеон у майя был весьма обилен и сложен. Первоначально это были местные божества, которые с ростом племенных и государственных объединений соединялись в одну генеалогическую систему. В пантеоне выделяются группы богов: плодородия и воды, охотничьи боги, божества огня, звезд и планет, смерти, войны и т.д. Важное значение в пантеоне майя занимал молодой бог кукурузы, изображавшийся в виде юноши в головном уборе, напоминающем початок кукурузы.

Среди небесных божеств главным был владыка мира Ицамна, старик с беззубым ртом и морщинистым лицом. Он творец мира, основатель жречества, изобретатель письменности. Большую роль в майяском пантеоне играл бог огня, имевший облик старика с огромным разветвленным носом в виде стилизованного знака огня.

Из многочисленных женских богинь главную роль играла 'красная богиня', изображавшаяся с лапами хищного зверя и змеей вместо головного убора.

Богиня луны - Иш-Чель - являлась покровительницей ткачества, медицинских знаний и деторождения. Помимо главных божеств, имелось еще множество местных, а также родовых богов, в число которых включались и обожествленные предки и герои.

Пантеон ацтеков состоял из множества божеств, которых можно объединить в несколько групп. Во главе пантеона стояло верховное и непостижимое божество Тлоке Науаке. Ступенью ниже стояла божественна чета Тонатекутли и Тонакасиуатль ('владыки существования'), а также Ометекутль ('владыка двойственности'). Эти боги составляли группу богов-творцов. К следующей группе относятся трое великих богов, игравших главную роль в пантеоне: Уицилопочтли (бог войны), Тескатлипока (великий бог неба) и Кецалькоатль (бог знания). Третья группа объединяла богов звезд и планет (Тонатиу, Мецтли, Тлауискальпантекутли и др.). Последняя группа включала богов стихий и плодородия (Тлалок, Тласольтеотль, Чикомекоатль и др.). Большинство божеств имело антропоморфный облик.

В конце классического периода у народов Центральной Америки создается мифологический комплекс, основанный на представлениях о необходимости регулярно поддерживать жизнь божеств человеческой кровью. Особо важное значение придавалось 'кормлению' бога солнца, чтобы он мог совершать свой каждодневный путь по небу.

В религиозном мышлении индейцев боги понимались как особый вид материи, настолько тонкий, что она не может быть воспринята органами чувств. Но все же они материальным, поэтому могут рождаться и также умирать, если их не питать веществами, такими же тонкими, как они сами: запахами благовоний, цветов, приготовленной пищи и, в особенности, жизненной энергией или духом живых существ, находящихся в крови и сердце. Поэтому человеческое жертвоприношение было основным ритуалом. Оно осуществлялось перед изображением богов, через которые те получали пищу, необходимую для их жизни и позволяющую им, в свою очередь, поддерживать существование космоса.

Вселенная и у майя, и у ацтеков считалась скорее религиозным, чем географическим целым. У майя она состояла из 13 небес и девяти подземных миров. Повелетилями небес была группа богов Ошлахун-Ти-Ку. Владыками подземного мира была группа Болон-Ти-Ку. иногда они враждовали между собой, но часто воспринимались как единое целое. В центре вселенной, по майя, стоит древо мировое, пронизывающее все слои небес, а по его углам, т.е. сторонам света - четыре других: красное (восток), белое (север), черное (запад) и желтое (юг). С четырьмя сторонами света ассоциировались чаки (боги дождя), павахтуны (боги ветра) и бакабы (носители или держатели неба). Они располагались на мировых деревьях и различались по цвету. Каждая цветная троица правила годом.

Близкими к этому были и представления ацтеков. Вселенная у них также делилась на области в горизонтальном и вертикальном направлениях. Все области имели религиозное значение. Так, горизонтальное деление признавало пять направлений - четыре части света и центр. Над центральной зоной господствовал бог огня. Восток был посвящен богу дождя и богу туч и считался областью изобилия. Юг считался областью зла. Запад имел благоприятное значение, так как служил домом планеты Венеры. Север был мрачным и неуютным местом, подвластным 'владыке мертвых'.

Согласно мирам, вселенная была создана Тескатлипокой и Кецалькоатлем и прошла четыре этапа. Первый этап или эра, или Солнце ('Четыре ягуара') закончился истреблением живших в то время гигантов ягуарами. Вторая эра ('Четыре ветра') закончилась ураганами и превращением людей в обезьян. Третья эра ('Четыре дождя') имела в конце всемирный пожар. Четвертая эпоха ('Четыре воды') завершилась потопом и превращением людей в рыб. Современная пятая эра ('Четыре землетрясения') должна закончиться землетрясениями. В каждую из эр правил определенный бог (Тескатлипок, Кецалкоатль, Тлалок, Чалчиуитликуэ (богиня) и Тонатну (бог солнца).

Произведений литературы, созданных народами Мезоамерики, до нас практически не дошло. Пиктографическое письмо ацтеков было слишком простым, и литературные произведения с его помощью не могли быть записаны. В то же время у ацтеков были в ходу ритмические и многословные выражения, служащие формулой вежливого обращения, которые, будь у ацтеков развита система письма, смогла бы превратиться в литературу.

У майя, по-видимому, существовала обширная литература, носившая по большей части религиозно-мифологический характер. Некоторое представление о ней дают священная книга майя-киче 'Пополь-Вух' и книга юкатанских индейцев 'Чилам Балам'. 'Пополь-Вух' представляет собой собрание различных космогонических мифов, среди которых есть, например, вполне художественный рассках о приключениях двух героев-близнецов Хунахпу и Шбаланке в 'Подземном царстве' и их победе над его владыками. 'Чилам Балам' содержит целый ряд древних хроник майя, например, о событиях в Чиген-Ице в конце XII века.

Развитие науки в государствах Центральной Америки было тесно связано с религией и практическими потребностями населения. И то и другое в первую очередь способствовало развитию математики и астрономии. Так майя высчитали солнечный год с точностью до минуты. Они умели определять время солнечных затмений, им были известны периоды обращения луны и планет. Астрономические наблюдения позволили майя создать такой календарь, который по точности не уступал современному.

Летосчисление майя велось от начальной даты, соответствующей 3113 г. до н.э. Для календаря майя характерно сочетание циклов различной продолжительностью. В повседневной жизни майя пользовались двумя календарями: солнечным, включавшим 365 дней, и ритуальный (260 дней). Ритуальный календарь представлял собой комбинацию 13-дневного цикла с 20-дневным и в значительной мере вытекал из интересов сельского хозяйства. Солнечный календарь делился на 18 месяцев по 20 дней и дополнительный месяц из 5 дней. И месяцы, и дни имели свои названия, которые применялись и во втором календаре. Кроме того, существовал 52-летний календарный цикл, являвший собой сочетание обоих календарных циклов. В конце этого цикла вселенная подвергалась опасности быть уничтоженной, поэтому окончание такого цикла и начало нового сопровождалось особо значительными обрядами.

Близкие к этому календари имелись и у других народов Мезоамерики.

Майя были хорошими математиками. Здесь они ввели понятие нуля. Это было сделано намного раньше других высокоразвитых цивилизаций. И в то же время ни майя, ни другие народы Центральной Америки, не знали колесных повозок, плуга, гончарного круга. Вся гигантская программа их архитектурного строительства была выполнена исключительно мускульной силой человека.

Основной единицей планировки в городах майя были прямоугольные мощеные площади, окруженные монументальными зданиями. Очень часто важнейшие ритуально-административные постройки располагались на естественных или искусственных возвышениях. Примером такого центра может служить Тикаль (департамент Петен, Гватемала). Это один из наиболее крупных городов майя. Главные его здания располагались на площади 16 км2. Вся его территория пересечена четырьмя большими дорогами-дамбами, сходящимися к большой центральной площади. Начиная с этого ядра в городе насчитываются сотни построек. Еще один пример - Паленке (штат Чьяпас, Мексика). С юга город был защищен стеной скалистых горных хребтов чьяпасской Сьерры. Многочисленные группы зданий разбросаны по холмистой равнине. Основная часть города (площадь, около 19 гектаров) расположена на естественной платформе-плато, которая возвышается над окружающей равниной почти на 60 метров.

Городская архитектура ацтеков может быть проиллюстрирована их столицей - Теночтитланом. Теночтитлан явился крупнейшим городом Америки. Его центр украшали величественные дворцы и храмы. Улицы были вымощены мраморными плитами. В городе имелись парки и сады. Теночтитлан находился на высоком плоскогорье. Многочисленные каналы и плотины, соединившие различные части города, были перерезаны подъемными мостами и шлюзами для свободного прохода судов, бороздивших озеро во всех направлениях. С восточной стороны плотин не было, и связь осуществлялась с помощью лодок. Посредине каждого дома, окруженного садом, находился открытый дворик. Если в предместьях дома были построены из сплетенных из ила необоженных кирпичей, то в центральных, богатых кварталах возвышались здания из красного камня.

Города ацтеков и майя отличались довольно высоким для своего времени уровнем благосостояния. В них имелись водопроводы (в Теночтитлане их было три). В майяском городе Паленке в каменную трубу был заключен бурный ручей Отолум, протекавший через город. В Теночтитлане улицы ежедневно поливались водой и были безукоризненно чисты.

Наиболее ярким выражением архитектуры майя и ацтеков являются храмы и дворцы. Для майяской архитектуры, особенно в центральном и северном районах, характерны здания из бутовой кладки с ложным, или 'ступенчатым', сводом, облицованных штуком (искусственный мрамор из полированного гипса с добавками) или хорошо отесанными камнями. Употребление ступенчатого свода - одно из важнейших отличий майяской архитектуры. И у майя и у ацтеков повсеместно использовались стилобаты - высокие фундаменты в виде усеченных пирамид. Большинство храмов и дворцов дополнялось скульптурными каменными плитами или панелями, устанавливаемыми на стенах. У майя имели место также и росписи, в которых выделяются повествовательные сцены и преобладает фресковая техника.

Ацтекские мастера с одинаковым искусством выполняли как скульптуры, так и рельефы монументальных и миниатюрных размеров, в равной степени владея символическим и натуралистическим стилями. Для скульптурных произведений широко использовалась обожженная глина. Обычно фигуры выполнялись в пассивной позе, чаще в сидячем положении. Самыми изящным произведениями ацтекской скульптуры являются изображения молодых богов и богинь, покровительствовавших урожаю. Всемирной славой также пользуются и такие, сохранившиеся до наших дней скульптуры как 'Грустный индеец', 'Голова мертвого', статуя бога Шочипилли и др.

Наивысший расцвет скульптуры майя приходится на VI-IX вв. Скульптурные школы Паленке, Копана, Йашчилана, Пьедрас-Неграс добиваются в это время особой тонкости моделировки, гармоничности композиции и естественности в передаче поз и движений изображаемых персонажей (правителей, жрецов, сановников, воинов, слуг и пленных). Великолепные образцы майяской скульптуры обнаружены в Паленке. Выразительные человеческие фигуры, реалистически изображающие правителей, во дворце Паленке отличает необычайная естественность и индивидуальность. На скульптурных плитах в храмах Солнца, Креста и Лиственного Креста (названия условны) люди показаны почитающими главные божества плодородия. Выбранные сюжеты взаимосвязаны и символизируют цикл религиозной трансформации или инициации человека или божества, связанное с годовым циклом маиса и солнца (по представлениям майя, человек был сделан из маисового теста).

Одним из лучших воплощений в скульптуре майя концепции человека и его связи со священным миром является резная плита саркофага из могилы храма Надписей в Паленке, открытая в 1952 году мексиканским археологом Альберто Рус Луилье. На этой плите человек помещен между символическим миром смерти (внизу) и символическим миром жизни (вверху). Телесная смерть ведет человека к другой, духовной жизни, сходной с жизнью богов. Лента астрономических знаков, отражают единство человека с космосом, оплетает эту сцену. И человек в ней занимает центральное место. По краю плиты изображена частная история правителя, похороненного в гробнице. Это свидетельство того, что наряду с философски-религиозным осознанием человека народ майя имел также историческое сознание.

Если в архитектуре и скульптуре ацтеки и майя достигли одинаково высокого совершенства, то в живописи безусловный приоритет принадлежит майя. Графика ацтеков представлена лишь маленькими историческим сценками, иллюстрирующие пиктографические летописи.

Фресковая живопись майя необычайно красочна и динамична. Образцы ее представлены во многих городах (Бонампах, Вашиктун, Муль-Чик, Тикаль). Знаменитые фрески Бонампака (Чьяпас, Мексика) относятся к VIII в. н.э. Это целое историческое повествование: сложные ритуалы и церемонии, сцены набега на чужое селение, жертвоприношение пленных, празднество, танцы и шествия сановников и вельмож. Росписи на стенах храма в Муль-Чике (полуостров Юкатан) изображают жестокие сцены войны. На земле лежат тела убитых; один труп висит на дереве; люди избивают друг друга камнями; три грозных и мрачных майяских война, украшенных ожерельями из черепов своих предыдущих жертв, медленно идут по полю битвы, держа в руках в качестве трофеев головы убитых врагов.

В искусстве индейцев Центральной Америки почти не было места изображений индивидуальной личности. Там безраздельно господствовали религиозная символика и условности в передаче образов. Однако отсутствие портретного сходства не означает, что персонажи индейского искусства вовсе были лишены индивидуальности. Последняя поддерживалась разницей в одежде (социальный статус), наличием атрибутов власти и даже различием этнических типов. Так в триумфальной сцене на стеле из Пьедрас Неграс, относящейся к 795 году н.э., изображен сидящий на троне правитель города в пышном головном уборе и богатом костюме. Правой рукой он опирается на копье. У подножия трона стоят военачальники и придворные майя, а еще ниже - большая группа обнаженных пленников со связанными за спиной руками. У одного из них - характерное украшение в носу, напоминающее центральномексиканское.

Многие стелы, рельефы, а также иероглифические надписи на них у майя - это мемориальные памятники в честь деяний конкретных правителей. Они рассказывают о рождении, вступлении на престол, войнах и завоеваниях, династических браках и т.п. На каждом памятнике майя произведения пластики имеют своеобразные черты. Это вызвано тем, что в отличие от других народов, установивших жесткие эстетические каноны, майя обладали заметной творческой свободой, проявлявшейся в большом разнообразии художественных стилей в разных районах.

Религиозный характер искусства майя особенно ярко проявляется в великолепной расписной керамике этого народа. Керамическое производство было развито у всех цивилизаций Мезоамерики. Оригинальная полихромная керамика имелась в Теотиуакане, у сапотеков Монте-Альбана, у ацтеков. Однако, только у майя художественная роспись достигла такого совершенства, что вполне может быть сопоставила с древнегреческой вазописью.

Многие расписные сосуды из богатых гробниц майя содержат изображения богов подземного мира, чудовищ, мифологических существ, многие из которых редко или вообще не появляются на каменных скульптурах. Но вместе с тем есть там и ряд мотивов чисто исторического характера, которые отражают реальные, особо примечательные события из жизни умершего правителя или аристократа. Изящные и оригинальные расписные вазы приносились представителями элиты из одних городов в другие в качестве погребальных даров в особо важных случаях. Эта керамика сопровождала умерших в Подземное царство и в этом качестве может рассматриваться как прямой эквивалент 'Книги Мертвых' у древних египтян.

У майя не было собственного производства металлов. Почти все металлические предметы были привозными. Однако, встречаются среди них и такие, которые отражают реальные исторические события в жизни как самих майя, так и других народов Центральной Америки. Так на золотом диске из 'Колодца Жертв' в Чичен-Ице изображены воины майя, отступающие под натиском победоносных тольтеков. На другом диске отражен эпизод морского сражения.

Особым направлением в искусстве индейцев Центральной Америки были художественные поделки из нефрита и других пород камня. Чудесные нефритовые статуэтки, изображающие различных богов и высокохудожественные украшения были распространены и у центральномексиканских племен и у майя. Из нефритовых пластинок изготавливались погребальные мозаичные маски, служившие точным портретом умершего.

Самобытное развитие культуры мезоамериканских цивилизаций, уровень которых нисколько не уступал древним цивилизациям Старого Света, было безжалостно прервано испанским завоеванием. В огне Конкисты и по указанию христианских фанатиков-мессионеров были уничтожены бесценные сокровища литературы, архитектуры и искусства. По существу в XIX-XX веках человечеству пришлось заново открывать Новый Свет, но уже не для того, чтобы разрушать, а для того чтобы неповторимые индийские цивилизации заняли достойное их место в истории человечества.

 

Древние цивилизации Южной Америки.


1.Природные условия Южной Америки.
2.Древнейшее население Центральноандской области.
3.Центральноандская область в постклассический период.
4.Культура индейцев Древней Южной Америки.

1.Природные условия Южной Америки.

Автор-А.Ю.Бутовский

Природные условия Южной Америки разнообразны и контрастны. По характеру строения поверхности на материке выделяются две части. На востоке по большей части преобладают низменные, возвышенные равнины и плоскогорья, на западе - самые длинные горные цепи Анд. Формирование Анд началось еще в палеозое и не закончилось до сих пор. Анды продолжают подниматься, извергаются вулканы, происходят сильные землетрясения.

Южная Америка - самый влажный материк Земли. Обилию осадков способствуют Анды, преграждающие путь западным ветрам. Здесь имеется густая речная сеть, в том числе и крупнейшие на земном шаре реки - Амазонка и Парана. В Андах на высоте 3800 м лежит самое большое высокогорное озеро мира - Титикака.

В связи с преобладанием на континенте жаркого влажного климата в Южной Америке широко распространены леса и сравнительно мало пустынь и полупустынь. Очень разнообразен высокогорный климат Анд. Он изменяется и при подъеме от подножий гор к вершинам и при движении от Северных Анд к Южным.

Южная Америка богата месторождениями полезных ископаемых. В Андах расположены крупнейшие месторождения медных руд, серебра, олова, свинца. Имеются запалы золота. Это способствовало довольно раннему развитию здесь металлургии.

Зона высоких цивилизаций древности в Южной Америке занимала область Центральных Анд. С востока Центральные Анды ограничены лесами бассейна Амазонки, с запада океаном. Северную периферию образует территория современного Эквадора. На юге Перу и в Боливии область древних цивилизаций простиралась примерно до 17о ю.ш. Однако с начала I тыс. до н.э. Южные Анды, за исключением центральных районов Чили и восточных склонов аргентинских Аид, входили в орбиту культурного влияния центральноандских цивилизаций.

Хозяйственная деятельность человека в Андах возможна вплоть до высоты 4,5 км. На плоскогорьях Центральных Анд, изолированных от влияния океана, расположены сухие горные степи и полупустыни, называемые пуной. Пуна делится на нижнюю, пригодную для земледелия и верхнюю, пригодную лишь для выпаса скота. На центральных плоскогорьях Анд, расположенных в тропическом поясе, воздух исключительно чистый и сухой. Малое количество осадков выпадает в виде снега даже летом. Погода меняется не только по сезонам, но и в течение суток, причем резко и по несколько раз. Человек тяжело переносит такой климат. Пуна протянулась от северного Чили до центральных районов Перу. Дальше по направлению к Эквадору ее сменяют альпийские луга, именуемые в Южной Америке парамо. Пуна и парамо различаются рельефом, климатом, флорой и фауной, поэтому эти зоны осваивали в древности разные группы племен.

Своеобразие природной среды на крайнем севере Перу (пустыня, сменяемая саванной и более теплые воды Тихого океана) по сравнению с более южными районами значительно повлияло на ход этнических и хозяйственных процессов. Неодолимым препятствием оказался данный участок для одомашненной на плоскогорьях Боливии и Перу холодолюбивой альпаки (род лам).

Ниже Пуны располагаются более теплые долины и котлованы, в основном отличающиеся засушливым климатом, поэтому развитие земледелия здесь требовало орошения. Восточные склоны гор занимают холодные, дождливые районы с бедными почвами. Расположенные ниже лесные районы не входили в зону распространения центральноандской цивилизации, но их население иногда проникло на запад, сыграв известную роль в истории древнего Перу.

Естественные ресурсы Центральноандской области значительно богаче Мезоамерики. Здесь были необходимые условия для разведения картофеля и других горных корнеплодов, кукурузы, тыквы, киноа, фасоли. На побережье - для выращивания хлопчатника и тропических корнеплодов: сладкого маниока, батата и других. Имелись и предпосылки для развития скотоводства - дикая лама.

Нижний пояс гор, обращенных к Тихому океану, засушлив и рассечен крутыми ущельями. Населения здесь почти нет. Далее начинается прибрежная равнина. На севере Перу она достигает в ширину 50 км. Холодное течение Гумбольдта определяет особенности климата побережья. Здесь не жарко. Лето и зима слабо различаются по температуре. Жизнь на побережье сосредоточена там, где на равнину выходят горные речки или имеются источники подземных вод. Оазисы отделены друг от друга участками пустыни шириной 20-40 км. Они плодородны и благоприятны для жизни. Благодаря поступлению питательных веществ у берегов Перу сложилась одна из самых богатых в мире биосистем морских организмов. Рыбы здесь было так много, что ею удобряли поля. Вылов всего лишь одного процента этих запасов в год обеспечивает существование более ста тысяч человек, причем без каких-либо дополнительных источников питания. Таким образом, население Центральноандской области располагало значительно более надежными источниками белковой пищи, чем индейцы Мезоамерики. А именно отсутствие надежных источников белковой пищи стало большим тормозом в развитии Мезоамерики.

Распределение природных ресурсов обусловило пространственную структуру центральноандской цивилизации. С самого начала в ней наметились два относительно независимых центра. В горах наилучшие возможности для развития производящего хозяйства существовали на юге области в бассейне озера Титакака. Здесь расположены самые обширные пастбища и поля. Немалое экономическое значение имел и сам пресноводный водоем. Горные районы Эквадора несколько отставали в развитии, приобретя важное значение лишь при инках.

На побережье центр развития был смещен к северу. Оазисы здесь наиболее обширны, а море богаче всего. Крайний юг побережья Перу находился под сильным влиянием культур бассейна Титикаки. Горные же районы на севере находились под влиянием прибрежных культур. Наиболее сложный характер культурное взаимодействие имело в центральном Перу.

В целом культурное разнообразие в Центральноандской области в древности было очень велико. Участки плодородных земель здесь разделены пустынями и горными хребтами, а преимущественно земледельческие районы перемежаются с преимущественно скотоводческими. Уровень развития индейских племен, населявших эту территорию был неодинаков. Варварская периферия глубоко вклинивалась в зону высоких культур. Все это и создавало исключительно сложную и динамичную систему Центральноандской цивилизации.

 

2.Древнейшее население Центральноандской области.

Авторы-В.Г.Зубарев, Е.А.Тюрин

Центральноандская область в доклассический период.

Наиболее древние поселения людей в Центральноандской области относится к XII-XI тыс. до н.э. Располагались они преимущественно на западе, где возможности охоты были благоприятнее. Люди жили оседло на протяжении целого года. Они охотились на мастодонтов, использовали многие десятки видов растений, в том числе употребляли в пищу клубни дикого картофеля. Последнее способствовало первым земледельческим опытам.

К VIII тыс. до н.э. появляются поселки на морском берегу, принадлежащие собирателям моллюсков. Жизнь населения этих поселков была тесно связана с морем, и именно развитие рыболовства способствовало здесь становлению цивилизации. К этому же времени относится и выращивание первых культурных растений, прежде всего фасоли.

Примерно с VII тыс. до н.э. обитатели горных районов стали развивать такие методы охоты на викунью и гуанако (разновидности диких лам), которые в итоге привели к одомашниванию этих животных. Гуанако послужили основой для домашних лам, а их скрещивание с викуньи привело к появлению альпаки. В это же время жители Перу начинают выращивать тыкву и перец. И все же в целом экономика Центральных Анд продолжала оставаться присваивающей.

Перелом произошел в конце IV - начале III тыс. до н.э. В IV тыс. до н.э. на побережье Перу начали выращивать хлопчатник. Связано это было с необходимостью налаживания эффективного лова рыбы с помощью мелкоячеистой сети. Освоение техники плетения сетей из хлопчатобумажного волокна привело к быстрому расцвету прибрежной культуры с начала III тыс. до н.э. Лодки делали из тростника, а поплавки к сетям - из легких плодов тыквы - горлянки.

К середине III тысячелетия до н.э. в прибрежных районах относится начало выращивания тропических корнеплодов - сладкого маниока, батата и некоторых других. Переход к новым формам хозяйства привел к численному росту населения (примерно в 30 раз по сравнению с предшествующим периодом) и изменениям в образе его жизни. На центральном и северном побережье Перу появляются деревни рыбаков и земледельцев, живущих в прямоугольных домах из камня и глины. С конца III тыс. до н.э. здание общественно-культового назначения приобретают монументальный облик. Некоторые пирамиды, построенные неподалеку от Лимы в начале II тыс. до н.э., принадлежат к числу самых массивных и высоких сооружений Южной Америки.

В горных районах с конца IV тыс. до н.э. также начинается переход к новым формам хозяйства. Здесь выращивали фасоль, тыкву, киноа. Известна была и кукуруза, однако ее урожайность вплоть до I тыс. до н.э. оставалась низкой и существенной роли в жизни племен она не играла. Развитие производящих форм привело к постепенному складыванию картофелеводческого-скотоводческого типа хозяйства. Широкое внедрение картофеля начинается со второй четверти II тыс. до н.э. К середине I тыс. до н.э. получает распространение домашние альпака и лама. Первоначально они появились в южных районах, в зоне пуны, позднее и в других районах, в том числе и на Тихоокеанском побережье. Эти животные ценились прежде всего за то, что давали шерсть и могли использоваться для перевозки грузов. Пометом лам удобряли поля.

К началу I тысячелетия до н.э. из Мезоамерики в Центральные Анды распространяется кукуруза, существенно дополнившая бытовавшее раннее земледелие. К рубежу нашей эры в Перу были введены в культуру практически все растения, которые выращивались здесь и к приходу испанцев. Была решена и проблема хранения урожая. Зернобобовые культуры хранились в обычных ямах, засыпанных сверху песком. Из картофеля путем вымачивания и вымораживания приготовляли сухой крахмал (чуньо). Заготовляли впрок и мясо, называвшееся в сушеном виде чарки.

В Центральных Андах отсутствовали условия для распространения экстенсивного переложного земледелия. Почти каждый клочок земли требовал сложной и трудоемкой обработки, но зато давал устойчивые и высокие урожаи. В теплых долинах и в оазисах побережья собирали по два и по три урожая в год. С середины II тыс. до н.э. в разных ее формах: искусственное орошение, террасирование склонов (с одновременным регулированием полива), устройство посевов в выемках или на грядках с целью использовать подпочвенные воды или, наоборот, избежать переувлажнения. В начале нашей эры на побережье уже создаются единые в пределах целых долин оросительные системы. На прилегающих к озеру Титикака заболоченных равнинах широкое применение получает система грядковых полей (вару-вару), дававшая втрое более высокий урожай картофеля, чем на обычных участках.

К середине II тыс. до н.э. индейцы горной Боливии или севера Чили открыли выплавку меди из окислов. Тогда же здесь появилось и золото. Тысячелетием позже металлургия стала известна на севере Перу. Сосуды и украшения из золота и серебра, найденные в погребениях северного побережья свидетельствуют о превосходном владении мастеров техникой обработки драгоценных металлов. Здесь же на побережье к началу нашего тысячелетия получили значительное распространение бронзовые землеобрабатывающие орудия.

Все эти изменения свидетельствуют о неуклонном технологическом прогрессе древнего Перу.

Перейдя в конце IV - начале III тыс. до н.э. от охоты и собирательства к земледелию, скотоводству и рыболовству, освоив ткачество, производство керамики, металлургию меди, а затем бронзы, индейцы Центральных Анд открыли для себя ранее неизвестные способы эксплуатации окружающей среды. Разработка методов длительного хранения пищевых продуктов, перевозка грузов по суше на ламах, а по морю - на бальсовых плотах, создание системы передачи информации во времени (с помощью кипу) и в пространстве (служба гонцов-часки) позволяли добиться высокой эффективности в использовании ресурсов окружающей среды. Прогресс хозяйства и технологии обеспечил рост населения, появление все более крупных коллективов людей, связанных решением общих задач, поддерживающих между собой все более тесные и постоянные связи. Подобный путь развития закономерно вел к усложнению социальной организации. В районе Центральных Анд и в, так называемой, Промежуточной (Циркумкарибской) зоне расцветают уникальные цивилизации Чавин, Сан-Агустин, Паракас.

Культура Чавин (1000 г. до н.э. - 300 г. до н.э.)

Первой цивилизацией, просиявшей яркой звездой в Центральных Андах, была Чавин ('Сыновья ягуара с копьями'). Ее центр - город Чавин - возник в месте, окруженном снежными вершинами и нетающими ледниками. К нему вела дорога, находящаяся на высоте 4100 м, вход в город шел через туннель, прорытый в горе.

Чавин был культовым центром, поэтому там жили только высшие священнослужители. Главный предмет их поклонения - животные из семейства кошачьих (пума или ягуар). Их грозные стилизованные лики украшают почти все сооружения города.

Самое замечательное в Чавине - архитектура и скульптура. Знаменитый ансамбль Чавина состоял из террас, ритуальных площадок и каменных построек. Его венец - великолепное трехэтажное строение, имевшее форму ступенчатой пирамиды (площадь его основания 75 х 72 м, а высота 13 м). Вероятнее всего, это был главный храм города. Внутри его находятся многочисленные галереи, комнаты, лестницы с пролетами, вентиляционные люки и подземные коридоры, которые глубоко под землей тянутся за пределы построек, уходя под дно реки. Один из главных объектов храма - 'Большая площадь', имеющая четырехугольную форму и со всех сторон окруженная особыми платформами. В ее центре находилось одно из самых замечательных произведений искусства Чавина - обелиск 'Божество на острие копья', представлявший собой почти пятиметровую монолитную глыбу копьеобразной формы, на вершине которой была установлена скульптура устрашающего существа с человеческим телом, лицом ягуара, с волосами-змеями на голове.

Расположенная неподалеку лестница ведет в подземные галереи, получившие названия Летучих Мышей, Лабиринтов, Стенных Шкафов, Лестничных Пролетов, Безумца, Лагеря, а также девять камер галереи Жертвоприношений, в которой была обнаружена наиболее полная и изумительная коллекция керамики Чавина из всех известных до сих пор. Входящие в нее уникальные предметы, видимо, составляли атрибуты культовых церемоний.

К типично чавинской пластике относятся обнаруженные в долине Касм (Серро-Сечин) около 90 грубо отесанных камней, изображавших мужчин-воинов с ягуарьим оскалом, в высоких шлемах, с богато украшенными широкими поясами и жезлами в руках. Во главе войска стоит военачальник в великолепном одеянии, на специальном пояске которого висят отрубленные головы врагов. Возможно, что некогда эти фигуры обрамляли фасад пирамиды.

К сожалению в настоящее время пока еще сложно дать убедительный ответ на вопрос, каким было социально-политическое устройство Чавина. Нет точных данных и о месте зарождения этой культуры: появилась ли она в Амазонии, перешагнув позднее через Анды и распространившись на побережье, как считает Тельо, или в Купиниске, в долине реки Чикама, и оттуда достигла Чавина-де-Уантар, как полагает Р. Ларко Ойле.

Однако уже достоверно известно, что элементы культуры Чавин прослеживаются в архитектуре и скульптуре Кахамарки, расположенной далеко на севере; в зданиях и гробницах долин Непенья, Виру и Ламбайеке на северном побережье Перу; в керамике, найденной в храме-пирамиде в Палка (долина Касма), в Уармее и Уакаринге (долина Форталеса) на побережье центральной части страны, а также на южном побережье в пещерах Паракаса и Окукахе. Есть некоторые свидетельства распространения влияния Чавина в Эквадоре и Боливии, а также в отдельных областях Чили и Аргентины. Таким образом, культура Чавина распространяла свои достижения на территорию, лишь немногим меньшую той, которая охватывала земли, входившие позднее в состав Тауантинсуйю.

Основным занятием населения было земледелие. Однако в Чавине были трудности с землей, поскольку пригодные для обработки участки ограничивались устьями рек. Вынужденные искать выход, чавинцы строили оросительные каналы и дренажные сооружения. Мощные оросительные системы помогали получать высокие урожаи. Одна из них, занимающая два с половиной гектара, обнаружена вблизи современного города Кахамарка. Ее главная часть - акведук, вырубленный в скале. Вода, поступающая из него, шла через несколько туннелей, стены которых были украшены своебразными петроглифами.

Чавинцы приручили собаку и ламу. Ламы носили грузы, давали мясо, шерсть, а их помет был хорошим топливом. Орудия труда делали из камня и кости. Из металлов знали только золото. Оно использовалось для изготовления разнообразных украшений: сережек, корон, бус и т. п. Древние мастера прекрасно обрабатывали полудрагоценные камни, раковины и дерево.

Появление Чавинской культуры произошло стремительно и организованно. Это позволяет думать, что еще до проникновения в этот район она была уже полностью сложившейся. Главным ее признаком был культ ягуара. Однако это животное никогда не обитало в Андах. Поклонение пятнистому хищнику и ряд других своеобразных черт (деформация черепов, использование кукурузы, близость художественных мотивов) позволило некоторым исследователям искать связь со знаменитой Ольмекской культурой Мезоамерики. Их можно легко распознать по характерному художественному стилю, специфическим орнаментам (украшавшим керамику, красочные ткани, изделия из камня, кости), повсюду господствующему магическому числу 7 и, конечно, по ягуарьим элементам. По мнению Табио в Чавине существовала высокоорганизованная религиозная система, служители которой обладали большой властью, носившей теократический характер.

Культура Чавин исчезает примерно около 300 г. до н. э. так же внезапно, как и появилась.

Сан-Агустин (1000 г. до н.э. - 0 г. н.э.)

Параллельно с Чавинской цивилизацией росла и крепла удивительная культура Промежуточной области. Для нее характерны высокие курганы, могилы, подземные усыпальницы, покрытые каменными плитами с геометрическим орнаментом, и водопроводы, вырубленные в утесах. Но более всего знамениты их стелы и большие необычные двухголовые статуи. Головы расположены рядом или одна над другой, причем вторая - всегда голова животного. Скорее всего это изображение нагуаля, который являлся личным тотемом человека, его духовным помощником. В руках каменных истуканов палица и какой-то сферический предмет (мяч или камень). Встречается множество фигур с детьми на руках. Однако более типичными для сан-агустинской культуры были расставленные у источников питьевой воды достаточно крупные изображения лягушек, саламандр и головастиков. Сочетание сложных каменных узоров и бликов воды создает гармоничный образ единого целого и свидетельствует о высоком художественном вкусе индейцев. Уровень обработки базальтовых плит позволяет предположить значительную древность этой культуры.

Культура Паракас (700-200 гг. до н.э.)

Традиции величественного Чавина дополнили более молодые культуры преимущественно прибрежной области Анд. Точное время их появления неизвестно. Тем не менее считается, что первой после исчезновения Чавина была культура, возникшая на южном побережье Перу. Она получила название Паракас, так как основные ее находки были сделаны на полуострове Паракас ('Песчаный дождь'). Пустынная часть побережья донесла до нас такие археологические сокровища, как тысячелетние мумии и ткани. То, что они сохранились до нашего времени, особенно удивительно, поскольку уакерос (грабители гробниц) неоднократино опустошали находящиеся там гробницы.

Археологические находки 20-х - 30-х годов свидетельствуют о двух эпохах существования Паракаса. По терминологии Тельо: "Паракас-пещеры" (ранний период) и "Паракас-некрополи" (поздний период).

Захоронения типа "пещер" состояли из "общих камер", достигавших 6-7 метров в глубину, где были погребены останки людей обоего пола и всех возрастов. Внимание археологов в этих захоронениях привлекли хлопковые ткани, в которые были завернуты умершие, сопровождавшие их предметы, а также не только искусственная деформация, но и трепанация их черепов. До сих пор специалистам сложно сказать, откуда доставлялись покойники в Паракас: поблизости нет никаких следов человеческих поселений.

Из захоронений типа "некрополи" в 1927г. было извлечено 429 мумий. По возрасту похороненных, типу деформации черепов и предметам, составляющим погребальные приношения можно сделать вывод, что в некрополях хоронили людей, занимавших верхние ступени иерархической лестницы.

Перечень найденных в этих гробницах предметов поистине впечатляет: в отдельных случаях их число доходит до полутора сотен. Среди них есть одежда, украшения, оружие, пища, сосуды, останки домашних животных, инструменты, предметы из золота, головные уборы, пончо, накидки из шерсти лам и викуний и многое другое.

Керамика и украшения из драгоценных металлов действительно великолепны. Тем не менее не они отражают наиболее яркие достижения техники и расцвет искусства на южном побережье Перу, точнее говоря, в долине Писко. Самым выдающимся памятником, непревзойденным шедевром производства тех, кто оставил захоронения в Паракасе, является искусство ткачества.

Каждая паракасская мумия завернута в один или несколько великолепных плащей. Чем больше плащей, тем более знатен человек. Плащи ткались из хлопка или шерсти, искусно сверху донизу украшались тонкими вышитыми узорами самых разнообразных расцветок (до 190 оттенков). Краски были естественного происхождения. Излюбленный сюжет вышивок - кондоры, колибри, рыбы, геометрические орнаменты, напоминающие части тела животных, божества в виде сфинксов, птицы и животные с человеческими ликами. Некоторые исследователи полагают, что эти фигуры - знаки древнейшего перуанского письма. Общепризнанно, что паракасские плащи - самые лучшие текстильные изделия древних культур мира. Создается впечатление, что они лишь недавно вышли из рук мастеров-ткачей.

Нарядно одетые умершие обычно находятся в сидячем положении с поджатыми к подбородку коленями и скрещенными на груди руками. Их черепа деформированы. На некоторых видны следы трепанации. Ученые склонны видеть в этом признаки особого магического культа. Возможно, такие операции являлись одним из видов жертвоприношения. Черепа свидетельствуют о высоком уровне развития медицины Паракаса. Врачи (или жрецы) умели извлекать из проломленного черепа обломки костей, давящих на мозг и вызывающих паралич. Отверстия в черепной кости индейцы, как правило, закрывали золотыми пластинами. В ходе операции использовались хурургические инструменты из камня и кости (пинцеты, обсидиановые ножи, иглы, скальпели, турникеты для зажима кровеносных сосудов и т.д.) такого высокого совершенства, что современные врачи предприняли попытку использовать их в работе. Эксперимент привел к положительным результатам.

К сожалению, пока наука ничего не может сказать о социально-политическом устройстве общества, представители которого были погребены в паракасских некрополях. Следы паракасской культуры теряются около 200 г. до н. э.

Центральноандская область в классический

В конце I тыс. до н.э. в северо-центральных районах Перу начались крупные передвижения племен. Скотоводство распространяется в районах, где ранее оно было неизвестно. Усовершенствуется обработка минерального сырья. Керамика начала I тыс. н.э. не уступает лучшей продукции древневосточных гончаров. В середине I тысячелетия н.э. создатели культуры рекуай в горах северного Перу изготовляли парадные сосуды на гончарном круге. Однако это изобретение в дальнейшем не получило распространения.

На конец I тыс. н.э. приходится последний заметный сдвиг в совершенствовании технологии. Он ознаменован прежде всего прогрессом металлургии. На северном побережье осваивают выплавку меди из серосодержащих руд, что позволяет отныне неограниченно расширять производство этого металла. Бронза (мышьяковистая на побережье и оловянистая в горах) используется теперь для изготовления любых орудий.

С IX-X веков н.э. на побережье Перу начинается прокладка более крупных, чем ранее, магистральных каналов, соединивших оросительные системы отдельных долин.

В первых веках нашей эры в Центральных Андах начинается формирование государств с населением в сотни тысяч человек, складываются и развиваются самобытные культуры, как в горных районах, так и на побережье. Наиболее известными среди них являются культуры Наска, Мочика, Лима (на побережье), Тиауанако, Уари и Тайрон (в горах).

Культура Наска (100 - 500 гг. н.э.)

Другой важный центр южной части перуанского побережья - Наска. Его главными очагами были долины рек Ика, Наска, Писко. Представители этой культуры не оставили после себя дворцов, храмов и пирамид, которые строились со времен Чавина. От этой культуры до нас дошли лишь следы небольших сельских поселений.

Насканцы, по-видимому, были неплохими земледельцами. 2000 лет назад площадь обезвоженных земель в этом регионе была значительно больше, чем в XX в., и насканцы часто были вынуждены искать воду под землей. Они строили большие водные резервуары, прорывали огромные акведуки, подводили прямо к полям водопроводы, которые и сейчас служат их далеким потомкам. Подземные водные туннели имеют большое поперечное сечение (в рост человека) и значительную протяженность.

Однако насканцы прославились не только великолепными гидросооружениями, но и превосходными керамическими изделиями. Они создавались без гончарного круга, покрывались глазурью и имели многоцветную окраску. Древние перуанские жрецы знали и гончарный круг, и даже токарный станок, но считали кощунством их применение для изготовления предметов повседневного обихода. Эти приспособления использовались только для производства парадных ритуальных сосудов и культовых каменных предметов.

Для росписи сосудов художники использовали около 11 цветов (несколько красных и желтых оттенков, коричневый, серый, розовый, фиолетовый, а также охру и цвет кости), но не знали синей и зеленой краски. Разнообразные цветовые комбинации дополняли друг друга и радовали глаз красочным соцветием. Глиняная посуда наска часто имела форму кубка или сосуда с двумя горлышками, соединенными мостовидной ручкой в виде головы человека или птицы.

Керамика наска - самая яркая в Америке и отличается тонкостью полихромной росписи. Орнамент своебразен: антропоморфные изображения каких-то фантастических человеко-ягуаро-птиц, растения, животные, рыбы, птицы (колибри и ласточки) и обилие отсеченных вражеских голов, бывших, пожалуй, самым излюбленным сюжетом насканцев. Этот мотив связан с широко распространенным обычаем постоянно носить отсеченную голову врага, подвесив у пояса или прикрепив к руке, бедру, что свидетельствовало о доблести воина и о большом количестве магической энергии, которую давал ему такой трофей. Этот кровавый обычай нигде более не был распространен в таких масштабах, как в Наска.

Не меньше керамики были знамениты ткани наска. Их ткали из хлопка, шерсти и человеческих волос. В производстве полотен использовалась гамма из более чем 200 цветов и оттенков. Рисунки тканей часто повторяли мотивы, встречающиеся на сосудах. Древние умельцы знали вышивку, производство парчи, ковров и другие виды ткацкой техники.

Носители насканской культуры не снискали себе славу хороших градостроителей, несмотря на то, что у них были крепости (Човаченто, Амато, Уара-то), храмы (Кауачи), административные, жилые постройки из высушенного на солнце сырцового кирпича.

Самым красивым городом считается Кауачи (в долине реки Наска). Город еще плохо изучен, но установлено, что его населяло несколько тысяч жителей. Самый знаменитый памятник Кауачи - святилище Эстакерия, состоящее из сотен стволов мескитового дерева (альгарроба). Центр памятника -- четырехугольник, образуемый двенадцатью рядами стволов по 12 столбов в каждом. Его истинное назначение окончательно не установлено: большинство ученых предполагает его связь с календарем.

Однако все это не идет в сравнение с уникальным явлением культуры Наска - "Путеводными указателями для странников", как назвал его Педро Сиеса де Леон в "Хронике Перу", написанной в 1548г. Речь идет о Пампа-де-Наска. Эта долина, имеющая длину 70 км и ширину 2 км, вся испещрена множеством неглубоких линий и рядами камней. Линии и камни идут параллельно друг другу, Пересекаются, образуя замкнутые пространства, треугольники, квадраты, трапеции и другие фигуры. С поверхности земли они большей частью неразличимы, поэтому впервые их заметили с самолета в начале 30-х гг. XX в. Среди хитросплетения линий просматриваются изображения животных: 120 - 200- метровых птиц, ящеров, обезьян, игуан, пауков, касаток (одно из божеств Наска), змей и собак.

Опись фигур и линий этой уникальной гигантской картинной галереи была впервые сделана немецким математиком, профессором Марией Райхе в результате почти 30-летней исследовательской деятельности в насканской пустыне. Изображения точно соответствуют рисункам на керамике. Для того чтобы нанести их на поверхность земли, надо было сначала все начертить в маленьком масштабе на плане с исключительной точностью, так как даже 1 мм отклонения при перенесении на землю давал бы искажения в несколько десятков метров. Для этого должны были существовать специальные инструменты и единицы измерения. М. Райхе доказала, что основная мера насканцев равнялась 1 м 10 см. Ее умело делили на десятые доли (т. е. пользовались десятеричной системой), но наиболее распространенной единицей был 33 м 66 см.

Неясно, сколько людей принимали участие в реализации столь грандиозного мероприятия и каким целям служил этот уникальный памятник (космодром, аэродром, своеобразный календарь, культовый объект, послание богам или система линий, разгораживающих территории отдельных кланов и соединяющих святилища). Ясно одно, изображения действительно привязаны к зимнему и летнему солнцестоянию, имели определенное отношение к луне, а некоторые линии определяли позицию или движение звезд и созвездий. Древность изображений Наска пока установить не удалось. Однако по характеру их стиля ученые склонны считать, что они были созданы в период Чавина или несколько позднее, ближе к началу нашей эры.

Последние следы, оставленные таинственной насканской культурой, теряются около пятого века нашей эры, оставив потомкам множество загадок.

Культура Мочика (400-800 гг. н.э.) Современницей Наска и одной из самых значительных цивилизаций Перу до появления инков была культура Мочика, получившая название от долины, считавшейся ее главным центром. Область ее влияния - 24 оазиса, расположенных в долинах прибрежных рек Чикама, Виру, доходя до Пакасмайо на севере, а на юге - до Непеньи. Таким образом, территория эта занимала прибрежную полосу протяженностью около 300 км. Все исследователи, занимающиеся изучением перуанской истории той эпохи, сходятся во мнении, что распространение влияния культуры Мочика явилось следствием военной экспансии.

В этом регионе Перу хороший приморский климат и плодородная почва. Подобно египетской долине Нила мочикская земля регулярно затопляется водами реки, обеспечивая высокие урожаи два раза в год. Естественно, что в таких условиях основным занятием жителей было земледелие.

Сегодня нас не могут не удивлять агрономические и инженерные познания мочика. Они применяли орудия труда, которые спустя тысячу лет использовали инки. Многие из них и поныне не вышли из употребления у некоторых категорий сельских труженников Латинской Америки. Мочика использовали удобрения (гуано), что позволило им улучшить качество таких культур, как маис, картофель, тыква, помидоры, а также вывести некоторые новые сорта съедобных растений, малоизвестных или вообще не выращиваемых за пределами Перу. Мочикские инженеры создавали грандиозные оросительные сооружения - каналы и акведуки. По одному из них - Ла-Кумбре - протяженностью более 130 км вода от истоков реки Чикама бежит до самого побережья и в наши дни. Если русло канала должно было пересечь глубокий овраг, упорные мочика выходили из положения, создавая акведуки. Один из них - Аскопе, расположенный в той же долине Чикама, достигает в высоту 15, а в длину 1400 м. Таким образом, есть весомые основания говорить о высоком инженерном искусстве мочика.

Представители этой культуры были не только опытными земледельцами, но и искусными рыболовами. Море давало много продуктов (рыба, крабы, моллюски и др.) Уходя далеко в море на плотах и каноэ, мочика ловили рыбу удочками и сетями. Охота имела вспомогательное значение и была, скорее всего, привилегией знати. При помощи собак, загонов, сетей, копий и метательных трубок они охотились на оленей, пум и птиц. Рацион мочика дополняло мясо лам и морских свинок, которых разводили практически в каждой семье. Судя по всему, большой популярностью у мочика пользовалось пиво (чича) из перебродившего маиса. По подсчетам Табио, при разумном использовании и распределении всех этих ресурсов, их вполне хватало на 2 млн. человек, проживавших тогда на побережье.

Большую роль в хозяйстве играло ремесло: ткачество, изготовление одежды и изделий из перьев (головные уборы и украшения), ювелирное дело. Мочика признаны лучшими металлургами доинкского Перу. Они работали с золотом, серебром и медью, владели чеканкой, ковкой, пайкой, инкрустацией полудрагоценными камнями и перламутром. С помощью этих техник мочика достигли значительных успехов в искусстве всех видов мелкой пластики из золота, из дерева, раковин и кости. Печально знамениты найденные в XIX в. полковником Ла Роса изящные бабочки, которые могли парить в воздухе, если на них дунуть. Каждая из бабочек, а их было около пяти тысяч, весила менее грамма и не была похожа на другую. К сожалению, вся эта уникальная коллекция была переплавлена в золотые слитки.

Главным достижением культуры мочика остается керамика. Самая существенная особенность - отсутствие жанровых сцен, ее сюжеты связаны с мифами и верованиями. Назначение большей части мочикской керамики было не бытовое, а религиозное, эстетическое и общественно-политическое. Высококвалифицированные мастера, специализировавшиеся в данной области, работали по заказу государства, создавая художественные произведения со сложными пиктограммами, имевшими глубокий смысл. Мастерство умельцев мочика было настолько совершенно, что рисунки керамики как бы оживают, становятся динамичными и дают возможность наблюдать, например, превращение обычной морской улитки в растущего на глазах демона, мечущегося в своем панцире. Талантливо воспроизводились даже эмоциональные состояния (боль, радость, печаль и т. п.).

Сюжеты керамических изделий позволяют познакомиться с общественным устройством мочика. На вершине общественной пирамиды стоял правитель, опиравшийся на двух-четырех сопровителей (по числу 'четвертей' государства), разделявших между собой сферы влияния (государство, армия, культ, судебная власть).

Законы мочика были жестоки. За малейшую провинность отрубали какую либо часть тела (руку, ногу, нос или губы). Высшая мера наказания - убийство камнями. Все эти процедуры проходили публично.

Основу общества составляла самая многочисленная часть населения - свободные общинники - земледельцы и ремесленники. Ниже стояли слуги - свободные, но не имеющие земли люди, а в самом низу общественной пирамиды - рабы.

Определить социальную принадлежность различных слоев населения можно было по одежде: у знати богатые наряды с множеством украшений, у рядовых жителей - простая одежда, рабы ходили нагими.

Мочика, как и все индейцы, были очень религиозны. Они еще почитали божественного ягуара, но культ этого животного уже затмевается поклонением таинственному ночному светилу, повелевающему приливам и отливам рек и морей, влияющему на урожаи и людские эмоции - Луне (Си). Однако самым главным божеством мочика считали богочеловека - Аи Апэка ('Toт, кто творит'). Он создал Вселенную и, поддерживая ее жизнеспособность, борется с Тьмой и Хаосом, помогает людям. Верными проводниками Творца считались сокол, морской орел и собака. Подобно мезоамериканским народам, мочика 'питали богов человеческой кровью', которая 'передавалась' священным силам при посредничестве гонцов - морских орлов. Поэтому рисунки так часто изображают этих птиц, пьющих из ритуальной миски. Это наиболее распространенный мотив в мочикской культуре.

Особым ритуалом были спортивные состязания в беге, а каждодневным обрядами считались чтение молитв и употребление листьев коки, обладающеми наркотическим действием.

О культовых сооружениях мочика можно судить по пышным храмам, особенно по двум гигантским сооружениям, известным сегодня как Уака-дель-Соль ("Пирамида Солнца") и Уака-де-Луна ("Пирамида Луны"). Они представляют собой постройки, расположенные на нескольких ступенчатых платформах.

'Пирамида Солнца' - одна из самых грандиозных перуанских построек. Это ступенчатое монументальное сооружение, воздвигнутое в культовой метрополии в долине реки Моче (Пампа-де лос Мочика), имеет площадь основания 342х159 м и высоту 48 м, его дополняет 'Пирамида Луны' (основание 80х60 м, высота 21 м), внутренние стены которой были покрыты многочисленными росписями. Одна из них, например, изображала бунт вещей и их войну с людьми. Встречаются также 'портреты' пленных, предназначенных в жертву богам. Живописные изображения украшали и другие постройки мочика. Так, например, сюжет росписей одной из пирамид, расположенной в Паньямарке, дает представление о социально-политическом устройстве этого государства, а также о подвигах мочикских воинов. Остатки уникальных ритуальных построек сохранились также в долинах рек Непенья (шестиступенчатая двадцатиметровая пирамида), Хекетепеки (религиозный центр Пакатнаму - 57 пирамид) в других местностях. Их связывали широкие дороги (9,8 м), хотя индейцы древнего Перу не знали колеса.

Монументальная архитектура, масштабы ирригационных сооружений позволяют предполагать наличие у мочика деспотического государства.

Нельзя сказать однозначно, была ли письменность в Мочикской культуре. Не исключено, что ответ на этот вопрос может дать керамика. По мнению некоторых ученых, рисунки на керамических сосудах заменяли мочика письмо. Однако перуанский исследователь Рафаэль Ларко Ойле считает, что оригинальной письменной системой являются бобы фасоли, покрытые различными черточками, кружочками, крестиками и точками, которые часто встречаются на посуде и тканях. Отсюда он делает вывод: изображенные на рисунках бегущие персонажи - часки (гонцы). Они передают друг другу кожаные мешочки, наполненные бобами фасоли с изображенной на них письменной информацией.

О ткацком искусстве мочика мы можем судить к сожалению в основном по изображениям на керамике, поскольку земли этого района не способствуют длительному сохранению подверженных тлену материалов. Тем не менее то немногое, что дошло до наших дней, свидетельствует о значительном развитии ткачества.

Говоря об обработке металлов, нельзя не отметить, что мочика не знали бронзы. Вместе с тем они оставили доказательства своего высокого мастерства в ювелирном искусстве - восхитительные чеканные украшения из золота и сплавов из золота, серебра и меди. Они знали технику утрачиваемой восковой модели, пайку, отпуск металла и позолоту. Больших успехов мочика достигли и в мелкой пластике из дерева, раковин и кости.

Судя по всему, мочика были большими любителями музыки, о чем можно судить по найденным при раскопках барабанам, бубнам, небольшим трубам и флейтам разных типов. Танцоры, изображения которых встречаются на керамике, обряжались в маски животных и прикрепляли к одежде шлейфы. Эти танцы, по-видимому, имели отношение к религиозному культу, отражавшему воинственный дух мочика. Самым распространенным образом этого культа был ужасающего облика ягуар с антропоморфными чертами. Позднее этот культ унаследовали носители культуры Чиму. Ягуара они почитали под именем Ай-Апека как бога войны, которому во время ритуальных церемоний воины-жрецы приносили жерты.

Культура мочика, достигнув высокого уровня развития и самостоятельности, исчезает с исторической арены в начале IX в. н. э.

На центральном побережье существовало, по-видимому, еще одно объединение, близкое по характеру Мочика, которому соответствует культура Лима, но оно было в два -три раза меньше мочикского и изучено хуже. Дальше к югу власть местных вождей не распространялась за пределы отдельных оазисов.

Культура Тиауанако (500 г. до н.э.- 1100 г.н.э.)

Одной из наиболее значительных в южноамериканском регионе признана культура Тиауанако. Ареалом ее распространения были Центральные и Южные Анды, а центром, откуда исходило ее влияние, город Тиауанако, расположенный на Боливийском плоскогорье (Верхнее Перу) на высоте 4 тыс. м над уровнем моря, в 60 км восточнее Ла-Паса. Тиауанако часто называют 'американским Тибетом'. Холодная равнина, окруженная снежными Кордильерами, находится к югу от самого высокогорного в мире судоходного озера Титикака. Считают, что в период расцвета культуры оно доходило до самого города.

Зарождение 'имперской' цивилизации Тиауанако началось в конце 1-го тыс. до н.э., а расцвет ее приходится на длительный период, называемый археологами классическим. Он продолжался с III по VIII в. н. э. Тем не менее, следует отметить, что единого мнения относительно хронологических рамок и этапов развития этой культуры пока не существует. Так, например, Табио считал, что период "классического" Тиауанако и берущих от него начало культур Уари и Пачакамак, приходится на 500-900 гг. н. э. Ибарра Грассо разработал полную хронологическую периодизацию развития Тиауанако, выделив пять основных этапов. Первые три: с 500 г. до н. э. примерно по 300 г. н. э. - "эпоха зарождения"; четвертый: с 300 г. н. э. по 800 г. н. э. - "классический период"; пятый: с 800 г. н. э. примерно по 1100 г. н. э. - "экспансионистский период". Другие исследователи, например А. Познанский, приписывали этой цивилизации возраст в 16 - 18 тыс. лет. Нерешенным остается также и вопрос о том, был ли Тиауанако городским поселением, или представлял собой ритуальный центр. Исследования последних лет позволяют делать вывод о том, что руины Тиауанако соответствуют сходному типу городов Мезоамерики, таких как Теотиуакан. Подобный тип городского поселения носил в древности название "Тайпикала", что на языке аймара означает "срединный камень". Тиауанако был городом - государством, территория распространялась на гораздо более обширный район, чем тот, который в настоящее время занимает археологический комплекс. По мнению Ибарра Грассо, в рамках той же цивилизации Тиауанако в близлежащих районах существовали другие города-государства, хотя до сих пор они не открыты. Если бы эта концепция подтвердилась, можно было бы с достаточной степенью вероятности утверждать, что политическая организация Тиауанако была сходна с организацией майя или чибча.

Тиауанако занимал пространство в 450 тыс. кв. м. Его великолепные сооружения имели каменную кладку. На 100-тонные блоки из песчаника положены кубы весом по 60 т. Эти блоки подгоняли друг к другу с такой точностью, что не надо было прибегать к известковому раствору, он просто был не нужен. Наиболее впечатляющей постройкой городища является Акапана - пирамида высотой 15 м и длиной основания 250 м, на вершине которой находится искусственный водоем, четко ориентированный на восток. Наличие искусственного источника воды дало основание некоторым исследователям считать пирамиду крепостным сооружением, использовавшимся как укрытие в случае осады.

Самым загадочным сооружением Тиауанако считается 'Полупогруженный храм', его основание опущено почти на двухметровую глубину. Не менее знаменит другой выдающийся памятник города -Каласасайя. Это самое большое тиауанаканское сооружение (128х118 м), поднятое примерно на 3 м. над поверхностью земли, имеет прямоугольное основание площадью около 1300 кв. м и обнесено четырехгранными каменными столбами с каменной кладкой в промежутках между ними. Внутренний двор Каласасайи находится ниже уровня земной поверхности. Древние обитатели города вступали во дворец через большие каменные ворота по монументальной лестнице с шестью ступенями. Комплекс был украшен золотом. Даже гвозди, державшие золотую фольгу, покрывавшую здание, были золотыми. Интересно, что на территории Тиауанако в руинах дворца Кантатайита, расположенных к западу от Акапаны, есть большой камень, служивший макетом для постройки Каласасайи. На него нанесены все ее детали. В числе археологических памятников, окружающих Каласасайю с запада и востока, есть небольшой подземный храм.

Внимания заслуживает и монументальная скульптура Тиауанако. По размерам она превосходит даже ольмекскую. В основном это гигантские стелообразные колоссы высотой от 3 до 7, 5 м и весом до 100 т. Высеченные из монолитных каменных глыб, они стоят в Пума-Пунко - археологическом комплексе, расположенном в километре к юго-западу от центральной части Тиауанако. Самая знаменитая из них - так называемый 'Монолит Беннетта'. Голова статуи из розового камня украшена тюрбаном, руки сложены на груди, живот перевязан широким поясом, а глаза смотрят прямо перед собой, создается иллюзия, будто из них текут слезы. Возможно, некогда этот монолит был раскрашен. Все статуи отличаются такими характерными чертами как выпирающие ребра, заметно выступающие челюсти и губы, которые подчеркивают их сверхъестественный характер. Почти все статуи покрытты фрагментарными рисунками. Интерес вызывает тот факт, что ни одна из статуй не изображает женщину. Каменные изваяния запечатлели образы воинов и жрецов.

Прославили Тиауанако Инти-Лунку ('Ворота солнца'), высеченные из единой глыбы андезита высотой 3 м и шириной 4 м. Их вес превышает 10 т. Верхняя часть ворот украшена богатым рельефом, в центре которого фигура главного божества. От его головы расходятся солнечные лучи, руки сжимают жезлы, из глаз текут слезы. К богу устремились бегущие существа ( 48 персонажей) с крыльями за спиной и коронами на головах. Некоторые из них антропоморфны, другие имеют головы кондоров. Вероятнее всего, фигура на Инти-Лунку изображает древнее божество андских индейцев - Кон-Тикси Виракочу - Творца Мира. Мифы повествуют о том, что он сотворил свет, а затем и землю. Для того чтобы она не была пустой, бог создал людей, которые и построили город Тиауанако. Но так как люди не желали следовать наказам Виракочи, разгневанный бог превратил их в камни и послал на землю потоп, длившийся шестьдесят дней. После того как воды отошли, а земля просохла, Творец продолжил созидание - сотворил 'небесные диски': Солнце, Луну, Венеру и другие планеты, звезды и созвездия и вновь людей - мужчин и женщин. Он отправил их парами по всему свету. Затем бог создал животных. Пройдет время и Виракоча в образе просветителя появится на Земле для того, чтобы разделить людей на племена и народы, дать им законы, религию, ритуалы, научить полезным занятиям.

В конце I тыс. н. э. в Тиауанако складывается могущественная и образованная правящая верхушка, которая жила за счет излишков труда земледельцев (основной продукт - картофель и перуанский рис). К услугам знати были ремесленники, крестьяне и торговцы, которых называли людьми без титула. Можно предположить, что город был государством с высокой степенью централизации управления, поскольку возведение тиауанаканских сооружений и доставка тяжелого строительного материала требовали организованного труда тысяч человек.

В Тиауанако обрабатывали медь, бронзу, олово, золото и серебро. Об этом свидетельствуют украшения, топоры, диски, золотые сосуды.

Изящество изделий гончаров не уступало керамике Наска. Тиауанаканские умельцы создают керамические изделия, которые по совершенству могут соперничать с фарфоровыми. Различной формы, чаши-пуку, кубки-керо, зооморфные сосуды в форме голов ягуара, ламы, кондора. Роспись керамики была полихромной, натуралистичной и стилизованной (украшена орнаментом, подобным греческому меандру, и ступенчатыми мотивами). Она четко очерчивалась черной и светло-коричневой красками.

По-видимому, в том же стиле были украшены тиауанаканские ткани. Самым распространенным ее видом были пончо. На некоторых пончо имелись ряды темных полос. Предполагают, что такие пончо были "формой" государственных служащих. Несмотря на то, что из-за влажности почвы ткани Тиауанако не сохранились, скульптура и изображения на керамике дают нам возможность делать вполне обоснованный вывод о том, что тиауанаканское искусство ткачества было не ниже паракасского.

До конца I тыс. н. э. влияние Тиауанако распространялось лишь на близлежащие земли - к югу от озера Титикака и некоторые его острова, а также территории, лежащие к востоку от долины Ла-Паса. Однако в первые 400 лет I тыс. это государство стало проводить активную экспансионистскую политику и подчинило себе территории современных боливийских департаментов Ла-Пас, Кочабамба, Оруро и Потоси. Позднее Тиауанако стало господствовать во всем Южном Перу, включив в свои владения Куско и территории побережья вплоть до Кальехон-де-Уайлас. На юге его влияние доходило до пустыни Атакама в Чили.

В этот период Тиауанако максимально распространяет свое культурное влияние и политическую гегемонию. Но одновременно наметился упадок художественного стиля, а вслед за этим и общий культурный упадок. В начале XII в. Тиауанаканское государство перестало существовать. С авансцены южноамериканской культуры уходит еще одна уникальная цивилизация. Тем не менее, в ту эпоху существовал по меньшей мере еще один центр, уровень развития которого достиг таких же высот, как и Тиауанако. Назывался он Уари.

Культура Уари (500 - 1200 гг. н.э.)

Уари располагалось к северу от Тиауанако. Влияние этого высокогорного государства распространялось как раз на тот регион, где впоследствии к власти пришли инки. Эта культура была открыта в 1931 г. Тельо в бассейне реки Мантаро в провинции Уанта департамента Аякучо. По терминологии Лумбрераса державу Уари также называют "империей Аякучо". Ее земли простирались от Кахамарки и Ламбаеке до Куско и Арекипы, а столицей был Уари, число жителей которого превышало 50 тыс. человек. Своего высшего уровня развития "империя Аякучо" достигла к IX в.

Свое название эта древнеперуанская держава получила от наименования ее столичного центра. Городские постройки этого археологического комплекса занимали пространство в 10 тыс. кв. км. Архитектура и скульптура Уари во многом уступали достижениям Тиауанако - каменная кладка стен была гораздо грубее, а на статуях отсутствовали изящные рисунки, столь характерные для Боливийского плоскогорья. Тем не менее, некоторые исследователи полагают, что Уари испытывало на себе культурное влияние Тиауанако и Наска. От Наска это государство получило в наследство секреты многих ремесел, в частности изготовление шерстяных тканей, а также торговлю, благодаря которой купцы "империи Аякучо" сумели распространить свое влияние на юге до Каньете, Ики, Лимы и даже Арекипы, а на севере - Кальехон-де-Уайлас. От Тиуанако были восприняты некоторые черты архитектурного стиля, керамики, техника производства изделий из бронзы и украшений из бирюзы. Кроме того, Тиауанако передал "империи Аякучо" свой религиозный культ, главным божеством которого был тот же персонаж, что был изображен и на Инти-Лунку.

Активная военная экспансия Уари началась в первые годы X в. и охватила всю территорию нынешнего Перу. При этом завоеватели насильно навязывали покоренным племенам своих богов. Владыки Уари в определенном смысле были самыми близкими по культуре предшественниками инков. И те и другие были жителями гор, и те и другие были завоевателями; подобно инкам, они, судя по всему, держали своих подданных в ежовых рукавицах, рассылая повсюду строгие приказы. Для сбора налогов они отправляли сборщиков в самые отдаленные места империи.

Расширение "империи Аякучо" предполагало основание городов, подобных самому Уари, способных прокормить многочисленное население. Не случайно рядом с ними были расположены склады продовольствия, резервуары для хранения воды, прорыты каналы и созданы другие сельскохозяйственные строения, связанные между собой сетью пешеходных дорог, как, например, в Чинчайсуй. Уари были прирожденными строителями, они стали поистине первыми городскими планировщиками в Южной Америке. Один из крупнейших административных центров империи - город Пикильякта, расположенный всего в 27 километрах к юго-востоку от Куско, они спланировали с такой безукоризненной точностью, точно ставили военный лагерь. Пикильякта насчитывал 700 монументальных сооружений, многие из которых достигали высоты трехэтажного дома и были длиной около 46 м. Каменная кладка стен таких зданий скреплялась цементом, смешанным с глиной, а снаружи накладывался слой глины с гипсовой штукатуркой. Судя по сохранившимся развалинам, стены некоторых построек достигали 1,8 м в ширину и возвышались на фундаменте до отметки 15 м. Некоторые исследователи полагают, что позднее примером Пикильякты воспользовался Инка Пачакути для обновления Куско. Судя по всему, великий правитель прямо заимствовал как планировку улиц, так и общую схему "канчи" - закрытого жилого участка с внутренним двориком, который стал образцом для домов в имперском инкском стиле.

По мнению Табио, "империя Аякучо" начала распадаться уже к 800 г., а ее города были покинуты жителями. В этот период подобные процессы наблюдались и в Мезоамерике. Но существует и другие точки зрения относительно времени заката Уари. Так, например, Лумбрерас в работе "Происхождение государства и общественных классов в доиспанском Перу" стремится доказать, что существование этого государства было более продолжительным. По его мнению, Уари, называвшийся "бирюзовым городом", перед тем как исчезнуть к XII или XIV в., пережил длительный период упадка. Не исключено, что падение Уари было связано с вторжением племен чанка - нового народа завоевателей, которому было суждено недолгое существование: уже занималась заря инкского периода. Тем не менее, на месте Уари остались свидетельства его былого величия - стены, улицы, площади, храмы, обломки домашней утвари и инструментов, применявшихся на общественных работах, а также останки создателей этой империи.

Тайрон (600 - 1100 гг. н.э.)

В районе горы Сьерра-Невада-де-Санта-Мар-та жили племена, которые впоследствии получат название тайроны ('золотых дел мастера'). Они занимались террасным земледелием (маис, юкка), садоводством, рыболовством и пчеловодством. Тайроны были прекрасными строителями. Их города достаточно велики. В центре каждого из них стоял храм. Для тайронской архитектуры характерны высокие каменные платформы под домами и длинные лестницы с выстланными плиткой ступенями, ведущие к жилищам, расположенным высоко в горах, а также огороженные треугольные площади, акведуки, каналы, мосты и вымощенные камнем дороги.

Ремесленники Тайрона изготовляли разнообразную керамику (статуэтки и свистульки, амфоры и зооморфные курительницы, погребальные урны и антропоморфные вазы), хлопчатобумажную одежду и уборы из перьев. Но более всего они прославились броскими ювелирными украшениями: подвесками для носа, браслетами, большими амулетами, кольцами, которые носили на руках и ногах, бусами и ожерельями.

 

3.Центральноандская область в постклассический период.

Автор-Е.А.Тюрин

Последний период в истории доколумбовой Америки представлен на территории Центральноандской области культурами Чиму и Инков, а в Промежуточной области культурой Чибча.

Политическая интеграция Анд на этом этапе также завершается образованием единого государства, население которого приближалось к 10 млн. Древнее Перу оказалось подготовлено к объединению всем ходом своего предшествующего развития. К началу XV века население региона превысило уровень, достигнутый в период существования ранних государств. Изобилие освоенных природных ресурсов позволяло отвлечь массу людей (порядка десяти процентов всего населения) от производства продуктов жизнеобеспечения и превратить их в постоянных или временно призванных воинов, строителей, администраторов и служителей культа. Второе условие успеха - создание превосходной сети коммуникаций, также на основе предшествующих достижений в этой области. Запущенный в ход хозяйственно-административный механизм содействовал накоплению огромных запасов как продовольствия, так и престижных ценностей, распределявшихся по мере надобности, исходя из интересов центральной власти. Первые - запасы продовольствия - обеспечивали лояльность народных масс, второе - престижные ценности - привилегированных слоев общества.

Культура Чиму (1200-1476 гг. н.э.)

После распада Тиауанако на его землях сложилось пять основных племенных объединений. Основную роль в этот период времени играли племена чиму. Они расселились от самого севера страны до окрестностей Лимы. Следующей по значению была группа воинственных чинча, занимавших земли от нынешнего департамента Ика до границ Чили. Эти два племенных объединения господствовали практически над всем перуанским побережьем. В горных районах обитали племена колья, подчинившие своей власти весь район плоскогорья. Храбрые чанка занимали часть долин Апуримака и Писко, а также провинции Андауайлас, Аякучо, Уанкавелика и прибрежные области Ики. Последними были инки - воинственный народ, быстро развивавшийся в политическом и экономическом отношении. Первоначально они занимали районы Куско и Апуримака. Соперничество между этими племенами было неизбежным, что в свою очередь повысило роль городов как оборонительных центров. Ускорение процессов урбанизации вело к широкому распространению общественных работ. Все это требовало более высокого уровня политической организации общества.

Наиболее развитым из этих племенных союзов к моменту возвышения инков было государство чиму - царство Чимор. Его военная мощь и культурное влияние распространялись от Пиуры до Парамонги в долине Форталеса, и дольше на юг, вплоть до окрестностей Лимы. Столицей их был город Чан-Чан, расположенный неподалеку от нынешнего Трухильо.

Согласно преданию, народ чиму приплыл по морю на бальсовых плотах откуда-то с севера. Его возглавлял человек по имени Такайнамо. В долине Моче он сошел на берег, воздвиг святилище, где совершил благодарственные обряды покровительствующим ему богам, и основал царство Чимор. Местное население признало в нем нового повелителя. Владения царства Чимор простирались на тысячи километров. Это было самое могущественное государство из всех известных ранее в Южной Америке. В покоренных областях властители чиму оставляли своих наместников, которые контролировали управление местных князей. Представителей таких слоев общества называли "высокородными мужами". Им противопоставлялись 'слуги'.

В государстве Чимор было много городов, чьи мертвые развалины сохранились до наших дней. Это Апурлек, Фадо, Чакма и др., но все они меркли перед величием и великолепием столицы - города Чан-Чана. В преводе это означало 'Дом змей' - ведь змеи почитались там как священные существа. В период расцвета город населяло более ста тысяч человек.

Чан-Чан расположился недалеко от знаменитой культовой метрополии Солнца и Луны (Пампа-де-лос-Мочика). Он занимал территорию 20 кв. км и застраивался очень продуманно, по заранее составленному плану. Город был разделен на десять кварталов, обнесенных 30-метровыми стенами, дополнительно укрепленными стволами деревьев твердых пород. В каждом квартале были свои святилища и парки, площади и хорошо спланированные улицы, общественные здания и сады, водохранилища. Центр Чан-Чана составляла череда царских владений, называемых сегодня "сьюдаделас" (городки). Первоначально считалось, что "сьюдаделас" были своеобразными "гетто", разделяющими население по социальному или профессиональному признаку. Но как выяснилось позже, каждая такая территория, по сути дела, была царским дворцом. Когда владыка умирал, его, по-видимому, хоронили в собственном жилище вместе с утварью, драгоценностями и огромным числом (десятками, если не сотнями) молодых девушек, приносимых ему насильственно в жертву. Его собственность переходила в руки его родственников, а преемник строил себе новую резиденцию на новом огороженном стенами участке.

На меньших по размерам участках, примыкавших к "сьюдаделас", по-видимому, размещались дома знати и высокопоставленных чиновников, они играли роль своеобразного буфера между королевскими дворцами и кварталами простолюдинов.

Здания украшал причудливый штампованный глиняный орнамент. Рельефы изображали стилизованных животных, птиц и состояли из решеточек и полос, крестов и ступенчатого меандра. Эти фризы создавались тремя различными способами: узор наносили непосредственно на еще непросохшую глиняную стену; делали кладку из уже формованных кирпичей; создавали рельефную поверхность методом тиснения. Рельефы построек Чан-Чана первоначально были покрыты штукатуркой и ярко раскрашены. Как правило, они окрашивались белой краской. Стилистика изображений напоминает текстильные образцы, перенесенные на кирпичную кладку.

Признавая, что чиму были мастерами архитектуры, ученые пока не могут ответить на вопрос, почему индейцы возводили стены секциями, не имевшими рационального зерна ни в архитектурном, ни в художественном плане. Высказывалось предположение, что каждая такая секция представляла собой учитываемую единицу труда всей бригады за определенный период времени. В любом случае, стены Чан-Чана выдержали испытание временем. Обычно они были шириной 4 метра у основания и 1,2-1,5 метров наверху. Им удалось простоять примерно 600-800 лет, и, несмотря на происходившие время от времени землетрясения, они стоят и поныне.

Между кварталами в черте города находились орошаемые поля. Для увеличения безопасности Чан-Чан был обнесен двумя мощными оборонительными стенами. Сходные с Чан-Чаном города находились во всех владениях чиму. Одним из них был Пакатнаму - современный Пакасмайо.

Оборонительные сооружения являются характерным образцом культуры Чиму, а их эталоном признана крепость Парамонга. Она защищала южные границы государства и высилась на холме самого западного отрога Кордильер, между двумя реками с очень быстрым течением. Взять крепость приступом было невозможно, со всех сторон она была окружена могучими стенами. Крепость имела ступенчатое пирамидальное строение. На оборонительном валу находились ворота, которые можно было быстро забаррикадировать. От них хорошо укрепленная дорога вела к следующей крепостной ступени. Центр сооружения располагался на третьей ступени, также окруженной стеной, но даже здесь проникновение врага затрудняло множество тупиков и коридоров. Причем чиму ухитрились провести в это 'орлиное гнездо' даже водопровод.

Но поистине самым удивительным и грандиозным сооружением перуанской архитектуры вообще и чимусской в частности была так называемая Великая перуанская стена. Она простирается от берега моря до высокогорного места Сучимансильо и имеет толщину 5 м, высоту 3 м и длину около 100 км. Стену построили из камня, скрепленного крошкой, и укрепили четырнадцатью небольшими крепостями. Этот многокилометровый вал очень напоминает знаменитую Великую китайскую стену, защищавшую Циньскую империю от вторжений. Скорее всего он служил этим целям и в Перу.

Помимо архитектуры, чиму добились высоких результатов и в металлургии. Они выплавляли различные металлы и первыми в Южной Америке открыли бронзу. Их ножи, мотыги и копья высоко ценились, как и золотые и серебряные украшения. Предпочтение отдавалось серебру - оно считалось металлом Луны, которой чиму поклонялись как верховному божеству. Что же касается золота, то чиму ценили его не как признак состоятельности, у них не было денег, а как символ власти и высокого престижа. У них, как и у инков, только высшая знать имела право носить золотые одежды. Владыки чиму пили из золотых кубков, расчесывали волосы золотыми гребнями и вышипывали волосы на лице и теле золотыми щипчиками. Судя по всему, самым ценным в золоте была сама идея, а не факт его существования, не его физические свойства и внешние признаки.

Зато чимусская керамика не принесла чиму славу. Она была практична, но не особенно красива и мало орнаментирована. Характерным для гончаров чиму стал сосуд с двумя отверстиями, из которых одно издавало свист, когда в него входил воздух при выливании жидкости из другого отверстия. Производство керамики, организованное государством, имело у чиму почти промышленный характер.

Особым видом художественной деятельности умельцев чиму было изготовление одежды для аристократов из желтых, зеленых и синих перьев птиц. Наиболее ценились плащи и перелины на хлопчатобумажной основе, украшенные оригинальными аппликациями. Такие изделия не только красиво смотрелись, но были еще и практичны - не промокали.

Вся жизнь царства Чимор проходила под знаком 'См'. Так здесь называли ночное светило. Солнце в пустыне было врагом, а Луна, управляющая реками и морями, - другом. Так как она могла закрывать собой Солнце, то, следовательно, была более могущественным божеством. Поэтому солнечные затмения были в Чимор праздником. Но когда тень Земли находила на Луну, в государстве объявлялся траур. Чтобы помочь своему главному божеству жить и побеждать врагов, на маленьких цветных одеяльцах приносили в жертву пятилетних детей. Помимо Луны, особым почетом было окружено созведие Плеяд (Фур) - новый год начинался с его появления на небосводе. Другой значительной планетой считалась Венера (Ни).

Однако звезды и планеты, которым поклонялись чиму, не спасли их от нападения врагов. В 1476 г. последний верховный правитель Чимо Капак потерпел поражение от войска инков, а само государство было присоединено к территориям победителя.

Но существуют и иные подходы к истории заката чимусского государства. Некоторые исследователи полагают, что царство Чимор достигло своего наивысшего развития уже в период расцвета инкской державы и даже пережило ее, просуществовав вплоть до конца XVI века. Эта версия привносит новый элемент в осмысление высокоразвитых культур доколониального Перу: благодаря ей оказалось возможным выделить традиции чиму в период конкисты и в первые годы испанского колониального господства. Она позволила хронистам XVI в. донести до нас предания о династии Найламп из Ламбайеке и о жизни в Пакасмайо. Те же хронисты писали о высоком уровне культуры и политической организации, аристократизме и деспотизме у чиму. От них мы знаем, что чиму говорили на языке, отличном от кечуа.

Для знакомства с общественной организацией племен чиму очень много материала дает археология. Когда специалисты сталкиваются с чимусской монументальной архитектурой, созданной, несомненно, в результате хорошо организованных общественных работ, со сторогим делением городов на кварталы, он приходит к выводу о наличии в этом обществе сильной централизованной власти, классового размежевания, четкого разделения труда и эффективной системы управления. Судя по полученным данным, сегодня мы можем говорить о том, что это было урбанистическое, хорошо организованное, теократическое (правители считались божествами) и в достаточной степени агрессивное общество.

Культура Чибча (1200-1500 гг. н.э.)

Славу знаменитых культур Промежуточной области - сан-агустинцев и тайронов затмили достижения племен языковой группы чиб- ча, живших в долине рек Богота и Согамосо и называвших себя муиска. Основа экономики чибча - земледелие. Они выращивали кукурузу и картофель, фасоль, бататы и помидоры, ананасы и авокадо, а также используемые в ритуальных целях табак и коку. Единственным источником мясной пищи была охота. Из животных чибча приручили только собаку. Большую роль в хозяйстве играл обмен. Его главными предметами являлись соль, полотно, кока, золото и изумруды. Эти драгоценные зеленые камни добывали в шахтах Чиворе и Сумундоки. А золота у чибча (муисков) не было, его привозили издалека. Тем не менее в обработке именно этого металла они добились поразительных результатов. Чибча были единственными в доколумбовой Америке, кто делал из золота небольшие диски (техуэлос), выполнявшие функции монет. Однако их нельзя назвать деньгами в полном смысле этого слова. Скорее всего они были украшениями, а не формой всеобщего эквивалента.

Каждые четыре дня в крупных населенных пунктах муисков устраивались большие торги. Процветала и внешняя торговля. Для ее улучшения была построена дорога, которую называли Дорогой соли. Именно соль была главным предметом экспорта.

Ко времени прихода европейцев у чибча существовало девять зарождавшихся государственных объединений - племенных союзов. Они состояли из населения одной долины, куда входило от 80 до 120 деревень. Во главе каждой деревни стоял местный вождь, руководивший всеми делами общины и подчинявшийся верховному правителю долины.

Основной частью населения и главными производителями были свободные чибча - крестьяне, ремесленники и горняки. Их называли 'платившими подать'. Они возделывали поля, изготовляли керамику, ткали ткани из хлопка и раскрашивали их способом набойки. В обществе существовали рабы, но они не играли значительной роли в производстве. Рядовые чибча жили патриархальными семьями, в которых была распространена полигамия. Группы семей составляла общину.

Вожди и жрецы являлись элитой общества. Их можно было узнать не только по хорошо обустроенному быту, но и по одежде - великолепным раскрашенным мантиям с золотыми пластинами. Диадемы и ожерелья были принадлежностью только верховного правителя. Его дворец облицовывался золотом, украшался резьбой и настенной росписью. Никто не смел взглянуть правителю считавшемуся земным воплощением бога Луны, в глаза. Он имел множество жен, которых в качестве дани (помимо продуктов и ремесленных изделий) отдавали ему рядовые муиски. Когда он умирал, на трон обычно вступал сын его старшей сестры, готовившийся к вступлению в 'должность' в течение шести лет: жил в храме, из которого мог выходить только ночью, не ел мяса, не солил и не перчил пищи, не знал женщин.

Когда не было законного наследника, правитель сам выбирал себе преемника. Кандидаты на престол подвергались предварительному испытанию и обряду коронации.

Коронация правителя чибча была связана с религиозными представлениями. Известно, что колумбийские индейцы поклонялись Солнцу и Луне, жившим в небесной глубине задолго до того, как были созданы люди. Последние, по преданиям, были сотворены из праха: мужчина из глины, а женщина - из травы. Но были и те, кто имел божественное происхождние. Из вод священного озера вышла однажды богиня Бачуё с маленьким мальчиком на руках. По достижении зрелого возраста он стал ее мужем. От этого брака родились дети, которые дали начало династиям вождей. Состарившись, божественные родители вернулись в воды озера, из которого вышли, и превратились в змей.

Позднее, когда люди расселились по земле, с востока явился бог воинов и правителей - Бочика. У него была белая кожа, светлые волосы, усы и борода, а с плеч ниспадал длинный плащ, украшенный маленькими деревянными крестиками. Бочика учил индейцев добру и любви. Он показал, как нужно прясть хлопок, выделывать ткани, шить одежду и рисовать на ней знак креста, Но религия муисков была дуалистичной, и у Бочика появился противник Чибча- Чум - бог тех, кто был связан с золотом: горняков, ювелиров, торговцев. Борьба двух божеств отразилась в мифе о водопаде Текендама. Для того чтобы наказать жителей Боготского плоскогорья, Чибча-Чум затопил его. Люди обратились за помощью к Бочика. Золотым жезлом он пробил в горе расселину, и вода начала уходить. Но ее было так много, что с тех пор она все падает и падает со скал.

Религиозными обрядами муисков руководили жрецы (шекё). Они задабривали богов и духов предков щедрыми жертвами - корзинами золота и изумрудов. Человеческие жертвоприношения совершались только в честь солнца, но были чрезвычайно многочисленны. Жертвы (военнопленные и 15 - 16-летние юноши (мохас) из племени марбараче) считались посредниками между людьми и богом. Ритуал проходил высоко в горах в час восхода. Кровь должна была помочь рождению светила. Ее проливали на камни, священная сила сердец уходила в небеса, а бездыханные тела оставались лежать на скалах, чтобы Солнце могло забрать до капли всю их силу и энергию.

Цивилизация Инков (1200 -1572)

Когда началось восхождение культуры инков (1200-1572), все предшествующие выдающиеся цивилизации Южной Америки сошли с арены истории или стремительно приближались к закату. Страна инков находилась в юго-западной части материка, простираясь с севера на юг на многие тысячи километров. В период своего расцвета на ее территории проживало 15-16 млн. человек.

О происхождении этого народа рассказывают легенды. Бог Солнца Инти с печалью наблюдал жизнь людей на земле: ведь они жили хуже диких зверей, в нищете и невежестве. Однажды сжалившись над ними, Инти послал к людям своих детей: сына Манко Капака и дочь Мама Окльо. Дав им посох из чистого золота, божественный отец велел обосноваться там, где посох без труда войдет в землю. Произошло это неподалеку от селения Пакари-Тамбо, лежащего у подножия холма Уанакаури. Во исполнение божественной воли Солнца его дети остались и основали город, который назвали Куско. Людям, обитавшим там, они дали религию и законы, мужчин научили возделывать землю, добывать редкие металлы и обрабатывать их, а женщин - ткать и вести домашнее хозяйство. Создав государство, Манко Капак стал его первым Инкой - властелином, а Мама Окльо - его супругой.

Суровые природные условия (кислородная недостаточность, низкое атмосферное давление, малая плодородность земель) и быстрый рост населения обусловили необходимость борьбы за выживание и расширение занимаемой территории. При этом инки переселяли коренных жителей завоеванных территорий во внутренние области государства, а их земли заселялись выходцами из центральных районов империи; в качестве государственного языка вводился язык кечуа.

Из тумана легенд и мифов инки выступают около 1438 г., когда они победили соседний народ чаика. Организатор этой победы, сын правителя Куско-Виракочи Инки - принял верховную власть, а вместе с ней имя Пачакути. Историчность его личности сомнений не вызывает.

Дальнейшая экспансия инков развертывалась преимущественно в южном и юго-восточном направлениях. В середине XV века инки вмешались в борьбу между вождествами аймара и в результате сравнительно легко подчинили себе район вокруг озера Титикака. Здесь инки завладели колоссальными стадами лам и альпак. Пачакути объявил животных царской собственностью. Отныне армии Куско не испытывали нужды в транспортных средствах, одежде и продовольствии.

Совместно со своим наследником Тупак Юпанки Пачакути организовал большой северный поход, в ходе которого инкское государство окончательно утвердило свой статус империи, стремящейся к объединению всей древнеперуанской ойкумены. Инкская экспансия на плоскогорье близ Титикаки вплотную приблизила их к конфронтации с царством Чимор. Правитель последнего - Минчансаман - тоже стал расширять свои владения. Однако как горцы, так и обитатели низменности старались оттянуть открытое столкновение. Те и другие испытывали трудности, когда попадали в непривычную ландшафтно-климатическую зону.

Тупак Юпанки повел армию в горный Эквадор, где пришлось вести изнурительную борьбу с местными племенами. Инки пробовали делать вылазки на приморскую равнину Эквадора, но жарская болотистая земля оказалась малопривлекательной для людей, привыкших к горному воздуху. К тому же ее многочисленное население активно сопротивлялось.

В конце 60-х - начале 70-х годов XV века было принято решение о нападении на Чимор. Победа осталась за инками, хотя заключенный царством Чимор мир был относительно почетным для последнего. Лишь после разразившегося вскоре восстания прибрежное государство было окончательно разгромлено. Чимор лишилось всех владений за пределами Моче, да и в самой этой долине обосновались инкские военные посты.

После смерти Пачакути Тупак Юпанки отправился в новый поход. Без особого труда им были подчинены мелкие государства и племена центрального и южного побережья Перу. С упорным сопротивлением инки встретились лишь в небольшой долине Каньете, южнее Лимы. Еще легче, чем захват южного побережья Перу, прошло покорение тысячекилометровых пространств к югу от Титикаки. Небольшие группы скотоводов, земледельцев и рыбаков в местных оазисах не были в состоянии оказать его армии заметного сопротивления.

После южного похода Тупака Юпанки империя достигла своих естественных границ. Были объединены под одной властью народы, жившие на плоскогорье в горных долинах и в оазисах Тихоокеанского побережья.Инкские правители пытались раздвинуть рубежи своего государства также и на восток. Преемник Тупака Юпанки Уайна Капак одержал победу над племенами чачапоя в Восточных Кордильерах. Однако дальше к востоку - в Амазонию - инки продвинуться не смогли.

Восточная граница была единственной, которая нуждалась в постоянной защите. Здесь инки возвели серию крепостей, а на территории современной Боливии эти крепости даже были соединены тянущейся по гребням гор каменной стеной протяженностью почти 200 км.

При Уайне Капаке (1493-1525 гг.) империя инков достигла апогея развития. После его смерти вспыхнула междоусобная война двух претендентов на инкский престол - Атаульпы и Уаскара, закончившаяся победой Атаульпы. Этой борьбой воспользовался Писарро, заманивший Атаульпу в ловушку. Взяв с Атаульпы огромный выкуп золотом, испанцы затем казнили его и возвели на трон младшего брата Уаскара Манко Капака. Последний вскоре поднял восстание, но не смог отвоевать Куско и увел своих сторонников на северо-запад от столицы, где в труднодоступном горном районе создал так называемое Новоинское царство. Последний его правитель был казнен испанцами в 1572 году.

Инки называли свое государство Тауантинсуйю - 'Земля четырех частей'. Действительно, империя была разделена на четыре части (суйю) - провинции. Они не были административно - территориальными единицами в современном смысле. Скорее они были символическими областями, олицетворявшими четыре стороны света. Территория Чинчайсуйю распространялась на центральные и северные прибрежные и горные районы, вплоть до северной границы, которай разделяет сегодня Эквадор и Колумбию по реке Анкасмайо. Вторая провинция - Кольясуйю - была расположена к югу и охватывала плоскогорье, часть Боливии, север Аргентины и северную половину Чили. Третья - Антисуйю - лежала на востоке в области амазонской сельвы. Четвертая - Контисуйю - простиралась на запад, вплоть до океана. Средоточием этих четырех частей, точкой отсчета был Куско, расположенный на высоте 3 тыс. м. над уровнем моря.

В свою очередь, провинции подразделялись на округа, которыми управлял назначенный Инкой чиновник. В округ входило несколько деревень. Каждой из них принадлежал один или даже несколько родов. Род владел строго определенной площадью угодий. Из общинной земли каждый мужчина получал надел (тупу), а женщина - только его половину.

Вся земля в империи делилась на три части: поля общины, 'земля Солнца' (доход с нее шел на содержание жрецов и жертвоприношения), а также поля государства и Инки (предназначенные для снабжения государственного аппарата, воинов, строителей, самого Инки и его свиты, на случай стихийных бедствий, а также в фонд вдов, сирот и стариков). Земли жреческого фонда и государства обрабатывались свободными жителями в свободное время, после того как были возделаны наделы семей. Этот дополнительный труд назывался минка. Он воспринимался как необходимый, посильный и священный вклад каждого в общее дело.

Уровень жизни рядовых общинников и их семей был почти одинаков (количество питания, одежды, качество домов и утвари). Не было голодающих бедных. Кто не мог работать, обеспечивался государством необходимым минимумом.

Основа хозяйства инков - земледелие и животноводство. Они культивировали те же растения и тех. же животных, что и повсюду в Перу. Природные условия вынуждали создавать оросительные сооружения: дамбы, каналы и т.п. Поля располагались террасами. Земля обрабатывалась вручную, специальными палками в рост человека.

Ремесленное производство было хорошо организовано. Основное количество товаров производилось в общине, а наиболее искусных гончаров, оружейников, ювелиров и ткачей переселяли в Куско. Они жили на содержании Инки и считались общественными служащими. Самые лучшие их произведения шли на культовые нужды и подарки, орудия труда и оружие хранились на государственных складах. Больших успехов инки добились в металлургии. Разрабатывались медные и серебряные месторождения. Особое развитие получило ткачество. Инки знали три вида ткацких станков, на которых могли изготавливать даже ковры.

Не было отношений купли-продажи, они заменялись развитым регулируемым государственным обменом, функции которого состояли в удовлетворении нужд жителей различных климатических зон. Формой обмена являлись ярмарки - городские и деревенские, устраивавшиеся каждые десять дней.

Социально-политическая организация инков была весьма оригинальной и вполне соответствовала своим целям. Первичной и основной ячейкой общества инков была семья во главе с отцом, которого называли пурек. На ее основе социальная организация общества расширялась по пятидесятиричной системе. Объединения эти строились по нарастающей, каждое во главе со своим руководителем: одно звено - 5 семей (руководитель этого уровня именовался писка камайок), второе звено - 10 (чунка камайок), третье - 50 (писка чунка камайок), четвертое звено - 100 (пачака камайок) семей. Во главе каждого звена стоял свой руководитель, переизбиравшийся, очевидно, каждый год. Таким образом, все главы семейств получали возможность участвовать в процессе управления. В каждой пачаке регулярно проводили собрания, решавшие насущные проблемы, в которых женщины принимали равноправное участие. Эти собрания назывались камачико. Исходя из вышесказанного, можно констатировать, что до уровня пачака камайок у инков, по сути, осуществлялось самоуправление. Что касается руководителей более высокого уровня, они занимали свои посты постоянно, получая их в качестве привилегии за личные заслуги. Более высокие уровни социальной структуры и их руководители распределялись следующим образом: 500 семей (писка пачака камайок), 1000 семей (уаранка камайок), 5000 семей (писка уаранка камайок), 10 000 семей (уну камайок). На уровне уну пятидесятиричный принцип организационной структуры кончался. Далее в действие вводился принцип членения по военным подразделениям, численностью 40 000 человек из четырех уну под командованием уамани. Высший уровень государственного управления представляли четверо суйююк - апу, являвшиеся верховными руководителями четырех суйю. Над ними стоял лишь Сапа Инка ("Единственный Инка") - владыка всего Тауантинсуйю, единодержавный координатор ее жизни, имевший еще один официальный титул Интип Чурин ("Сын Солнца"). Считалось, что он сошел на землю для того, чтобы выполнить волю Солнца. Подданные Сапа Инки также называли себя 'инки' и читали себя богоизбранным народом.

На троне в Куско мог находиться только муж королевской крови. Будущий Инка долго готовился к трудной роли: он постигал тайны бытия, изучал религию, различные науки и кипу - узелковое письмо. Его также обучали хорошим манерам и воинскому делу.

Хотя в руках Сапа Инки сосредоточивались политическая, экономическая, законодательная и военная власть, он не был неограниченным, абсолютным владыкой в полном смысле этого слова. Данная проблема заключается не только в характере отношений между Сапа Инкой и аристократией, но и в определенных институциональных ограничениях царской власти. Зарубежные и отечественные исследования последних лет позволяют делать вывод о том, что иерархическая структура в Тауантинсуйю не была строго пирамидальной. Рядом с главой империи выступает не сразу заметная, но все же наделенная определенными функциями фигура соправителя. В традиционной догосударственной иерархической традиции такой соправитель был главой младшей фратрии. Поскольку каждая фратрия делилась на два суйю, Сапа Инку, возможно, окружали даже три соправителя, возглавлявших второй, третий и четвертый суйюю, в то время как лидером первой был он сам. По мнению Ю.Е. Березкина, подобные иерархические структуры типичны для индейцев Анд. Они отмечены и в вождествах колья, и у уанка, и в долинах северного побережья, входивших в состав царства Чимор. Впрочем, младшая фратрия не могла быть правящей, поэтому ее глава мог находится лишь в статусе соправителя верховного владыки - главы старшей фратрии.

Сапа Инка обожествлялся как Интип Чурин - Сын Солнца. Данный факт говорит о теократическом характере государственности в Тауантинсуйю. В качестве знака императорской власти он носил на голове маскапайчу - повязку из тончайшей шерсти красного цвета, украшенную перьями корикенке (редкая разновидность сокола, обитающего в Андах).

В своем дворце Инка восседал на низком резном троне из красного дерева. Посетители не могли видеть его лица - он был отгорожен от них занавесом. К услугам Инки были сотни наложниц, ему прислуживало до восьми тысяч слуг из числа представителей знатных родов. Пятьдесят из них имели доступ к правителю и сменялись каждые семь-десять дней.

Во время путешествий его охраняла гвардия, одетая в блестящие "мундиры", украшенные золотыми и серебряными драгоценностями. Инку несли в носилках из золота (деревянным был только каркас). После смерти тело Инки бальзамировали. Мумию усаживали на золотой трон, а рядом с ней устанавливали золотую статую императора. К моменту прихода испанцев в Тауантинсуйю почитание мумифицированных останков императоров уже имело значение государственного культа.

Говоря о социальных различиях в Тауантинсуйю, следует отметить, что они определялись происхождением и личными заслугами. В империи имелось две группы знати: столичная и провинциальная. Представители первой получали назначения на самые высокие посты и считались прямыми (по мужской линии) потомками Манко Капака - легендарного инкского первопредка. Инкское общество находилось лишь вначале перехода от общинно-родственной формы определения социальных связей к сословно-классовой. Правящая группа в нем была одновременно и кастой, и этносом. Правда, при Пачакути был сделан важный шаг на пути преодоления этнической замкнутости. Этот Инка предоставил нескольким мелким племенам, проживавшим в районе Куско, статус "инков по привилегии". Это не только позволило восполнить недостаток в управленческих кадрах, но и ускорило переосмысление понятия "инки" как явления социального, а не этнического. Однако полного растворения инкской общины в правящем слое Тауантинсуйю так и не произошло. Представителей кусканской аристократии можно было легко узнать по наличию золотых дисков в ушах. От чего и произошло понятие орехоны - испанское обозначение столичной элиты. К числу представителей аристократии второго ранга относились вожди покоренных народов, признавших власть инков. Они назывались курака. Статус курака был наследственным. Тем не менее, новые курака считались приступившими к исполнению своих полномочий только после утверждения в Куско. Люди низкого происхождения могли получить назначение на ответственный пост главным образом в тех районах, где до появления инков политическая иерархия была развита слабо. Но в этом случае кандидат на высшую провинциальную должность должен был доказать определенную компетентность. В Тауантинсуйю в категорию аристократии также можно было попасть за выдающиеся заслуги в военной области, за исключительные инженерные способности и за дарование в науке, искусстве, литературе.

Народ империи инков был представлен семьями общинников, объединявшимися в писки, чунки и пачаки. Во главе первичной ячейки общества стоял пурек - глава семьи. Однако в империи были категории, которые оставались за пределами социальной структуры общинного сектора. Это янакона, аклья, камайок и митмак, причем принадлежность человека к одной из этих категорий могла сочетаться с принадлежностью к другим.

Термином "янакона" обозначались все не подлежавшие призыву на общественные работы и не облагавшиеся податями, но лично зависимые от своих хозяев. В отличие от общинников они были полностью лишены средств производства.

Близкую к янакона категорию образовывали аклья - женщины, которых еще в детском возрасте определяли для служения Солнцу. Большинство аклья, однако, не выполняло жреческих функций, а занималось прядением и ткачеством. Процедура формирования института аклья была следующей. Ежегодно по всей стране отбирались красивые смышленые девочки четырех- пяти лет и помещались при храмах главных городов провинций. Здесь они обучались музыке, пению, а также умению готовить, прясть и ткать. В 10 - 13 лет невесты 'аттестовались': одни возводились в ранг 'матерей - прислужниц Инти': они совершали религиозные обряды в честь Инти и выполняли некоторые другие священные обязанности, другие продолжали выполнять обычные для аклья функции, т.е. входили в состав слуг и работали не только при храмах, но и в домах кусканской аристократии. Поэтому вполне типичной была ситуация, когда мужчинам-янакона в вознагрождение за службу предоставляли жен из числа аклья, независимо от того, были ли эти янаконы уже женаты или нет. Институт аклья существовал не только у инков, но и в царстве Чимор, и еще раньше - у мочика.

Камайок - наименее изученная группа населения древнего Перу. Они были специалистами-профессионалами в тех или иных видах работ, обладали узкой специализацией и лично, а не опосредованно через общину, зависили от администрации. Камайок состояли на казенном довольствии, но шансов пробиться на административные посты у них не было из-за слишком ограниченной квалификации.

Митмак составляли самую многочисленную часть населения внеобщинного сектора Тауантинсуйю. Термином "митмак" обозначались переселенцы, в массовом порядке насильственно депортированные из одного региона империи в другой. Подобного рода практика определялась как политическими, так и экономическими соображениями. Население из центральных областей перемещали в приграничные районы, а только что завоеванное или склонное к мятежам - в давно замиренные местности либо на противоположные окраины империи. С помощью переселенцев на целинных или на недостаточно интенсивно обрабатываемых землях организовывались большие государственные хозяйства, которым порой придавалось большое стратегическое значение. Среди прочих групп "государственных работников" митмак стояли ближе других к рядовым общинникам. Два года после переселения они оставались на иждивении государства, после чего начинали заниматься обычным земледельческим трудом, сохраняя традиционную организацию.

Объективная социально-имущественная стратификация инкского общества не полностью совпадала с официально признанной шкалой социальных делений. В инкском обществе в принципе никто не был свободен в выборе ни места жительства, ни рода занятий, ни времени, отводимым тем или иным видам деятельности, ни даже в выборе супруга. Все это регулировалось, с одной стороны, обычаем, а с другой - практикой государственного управления.

В инкской империи были узаконены десять возрастных категорий граждан. У мужчин первые три группы состояли из детей до девяти лет ('играющие дети'); четвертая группа - от 9 до 12 лет (охота с силками); пятая - от 12 до 18 лет (охрана скота); шестая - от 18 до 25 (военная или курьерская служба); седьмая - от 25 до 50 лет (пурехи, платившие подати и работавшие на общественные нужды); восьмая - от 50 до 80 (воспитание детей); девятая - от 80 и далее ('глухие старцы') и десятая группа - больные и немощные без возрастных ограничений. Женская классификация несколько отличалась от мужской, но ее принципы были те же.

При переходе во взрослую возрастную категорию менялось имя человека. Первое имя давалось в младенчестве и, как правило, отражало впечатление от ребенка (например, Оклью - невинная, чистая). Второе имя человек получал в период полового созревания. Оно было окончательным и характеризовало присущие человеку качества.

Имперские амбиции инков подталкивали их к созданию определенного класса граждан низкого происхождения, которые были бы способны выполнять различные виды работ, направленных не только на удовлетворение собственных нужд, но прежде всего, на обеспечение всем необходимым высшей аристократии империи. Хотя инки не щадили в работе своих подданных, они тем не менее, заставляли их тратить немало времени на участие в различных празднествах, религиозных обрядах, государственных церемониях и торжествах. Нужно признать что подобная щедрость со стороны государства укрепляла связь между имперской властью и народом, жизнь которого таким образом разнообразилась и, в какой-то степени, облегчалась.

В этом подчиненном интенсивному труду обществе жизнь людей была строго регламентирована. Государство указывало, где им жить, какую сельскохозяйственную культуру выращивать на своем земельном участке, как и во что одеваться и даже с кем заключать браки.

Простой подданный Тауантинсуйю мог обрести моральную поддержку прежде всего в семье и общине (айлью), создаваемой по мужской линии. В состав айлью входило несколько семей, живших рядом друг с другом и занимавшихся коллективным трудом. В большом поселке могли проживать несколько общин, каждая из которых занимала свой комплекс огороженных стеной строений. Каждая община почитала своих предков и имела право на определенное место на главной сельской площади во время проведения праздников.

Мужчина, член айлью, после женитьбы получал от Сапа Инки (т.е. от государства) земельный надел (топу), достаточно большой, чтобы он мог прокормить себя и свою жену. Размеры таких участков зависели от плодородия почвы в том или ином районе, но если топу равнялся двум акрам, то в этом случае глава семьи получал еще два после рождения каждого сына и один для содержания дочери. Как владелец топу, заключивший брак мужчина автоматически становился пурехом, главой уплачивающего налоги семейного очага. При этом необходимо отметить, что хотя формально земельный надел выделялся мужчине (только после женитьбы), он, по сути дела, выдавался и мужу и жене как одному целому, подчеркивая их равную долю в несении налогового бремени. Тем более, что в рамках андской культурной традиции как мужчины, так и женщины рассматривали свои роли в работе как дополняющие друг друга, считая их полезными и необходимыми для выживания всех членов семьи. В самом айлью превалировал дух солидарности. Мужчины сообща строили дома для молодоженов, а когда одного из них призывали отработать свою миту (налог), отбыть трудовую повинность или отслужить в армии, те, кто оставался дома, от имени его семьи занимались обработкой его топу. Во время весеннего сева мужчины и женщины работали рядом, распевая религиозные гимны. Мужчины, выстроившись в ряд, вскапывали землю с помощью чакитальи (ножного плуга, которым работали как лопатой) - длинной палки с подножкой над бронзовым острием. За ними следовали также выстроившиеся в ряд женщины, которые разбивали комья земли с помощью мотыги с широким бронзовым лезвием, называвшейся "лампа".

Чтобы обеспечит продовольственные нужды империи, инкам пришлось по-новому подойти к использованию земли, и они успешно справились с этим, создав террасы на склонах гор, выпрямив русло некоторых рек, засыпав либо осушив болота, направив воду в пустынные районы. Сельскохозяйственные террасы инков (анденес) сохранились в огромном количестве. Они позволили сделать земледелие возможным там, где о нем прежде не могли и мечтать. Сегодня в Перу благодаря инкским анденес регулярно обрабатывается около 6 млн. акров земли. Размеры типичных анденес таковы: 1,5-4 метра высота, ширина и длина зависят от покатости склона (от 15 до 61 метра в ширину и до 1524 метров в длину у подножия склона). При таких масштабах для соединения террас делались ступеньки. Стены многих анденес сделаны из различных пород камня ( иногда из хорошо обработанных блоков). Пространство между опорной стеной и склоном заполнялось вначале слоем булыжника (чтобы обеспечить дренаж), затем землей, которая приносилась из долин. В некоторых местах плодородие почвы обеспечивали с помощью гуано (птичьего помета). Огромную роль в земледелии древнего Перу (особенно в засушливых районах побережья) играла система ирригационных сооружений. Основной сельскохозяйственной культурой был картофель (до 220 видов), но при этом выращивались различные сорта кукурузы и фасоли, красный перец, тыква, маниока, авокадо, арахис, хлопок, кока, киноа (чилийская лебеда).

Помимо работ на полях общинники выполняли сотни других обязанностей: делали глиняную посуду, плели корзины, гнали чичу (крепкое маисовое пиво), занимались прядением и ткачеством, чтобы обеспечить потребности как собственной семьи, так и государства в тканях и одежде.

Чистоте и опрятности одежды в инкском обществе уделялось большое внимание. Мужчины носили короткие брюки до колен (признак зрелости) и рубахи без рукавов, а женщины - простые длинные шерстяные платья, которые надевали через голову и стягивали в талии широким, искусно украшенным поясом. На ногах были сандалии из шерсти лам. В холодную погоду все инки носили длинные и теплые плащи.

В инкском обществе никто не имел права проводить время в праздности. Даже беременные женщины редко освобождались от повседневной черной работы. Будущим матерям позволялось не ходить на поля только на поздних стадиях беременности, но в остальных случаях они были обязаны заниматься всеми работами, пока хватало сил. Тем не менее, с точки зрения инков, дети являлись ценным пополнением в семье, как будущая дополнительная рабочая сила. Поэтому аборт по закону карался смертной казнью, которой подвергалась как сама мать, так и все сопричастные ее преступлению.

Хотя инки требовали, чтобы трудились все, они принимали во внимание способности человека и состояние его здоровья. Больным и немощным не приходилось зарабатывать себе на жизнь. Все необходимое - еду и одежду - они получали с государственных складов. Им поручались такие задания, которые они могли выполнять в соответствии со своим физическим состоянием. В то же время прагматический до крайности режим инков не допускал, чтобы немощные отвлекали сильных и здоровых жителей страны от труда для обеспечения себе особого ухода. Поэтому по закону человек, лишенный работоспособности из-за физического изъяна, мог создать семью только с себе подобным инвалидом.

Старики также пользовались у государства особым вниманием. Считалось, что человек достигает старости в возрасте приблизительно пятидесяти лет. Такие люди уже не считались полноценными работниками, и их освобождали как от трудовой повинности (миты), так и вообще от налогообложения. Однако, до тех пор, пока они совсем не лишались физических сил, старикам предписывалось выполнять задания, не требовавшие особых усилий: они собирали хворост в лесах, присматривали за грудными детьми, готовили пищу, гнали чичу, плели веревки и канаты, оказывали посильную помощь при уборке урожая.

В империи инков имелись постоянные четыре армейских соединения по 40000 человек, командование которых подчинялось правителю всего народа.

Армия инков была самой многочисленной в доколумбовой Америке. Это была, главным образом, "гражданская" армия. Все годные к воинской службе мужчины в возрасте от 25 до 50 лет должны были отбывать воинскую повинность в течение пяти лет. Каждая провинция поставляла как рядовых, так и "офицерский" состав. Каждый проходил тщательную военную подготовку с 10 до 18 лет. Подготовкой руководили профессиональные военные, обычно из низшего офицерского состава, которые обучали своих воспитанников владению оружием обороны и нападения, знакомили с основами рукопашного боя, обучали преодолевать водные препятствия, осаждать вражеские укрепления, подавать дымовые сигналы и другим полезным на войне вещам.

После завершения длительной военной подготовки молодые люди в своей айлью в присутствии государственного инспектора сдавали нечто вроде выпускных экзаменов по военному делу. Военной подготовке не подлежали больные и калеки. Когда начиналась война, молодежь общины, прошедшая длительное военное обучение, отправлялась на поле боя с тем подразделением, к которому она была приписана на основе административной структуры империи.

Структура инкской армии в точности соответствовала административно-организационному устройству государства и общества.

Подразделением самого низового уровня был отряд из десяти воинов (от одного селения), во главе которого стоял командир, отвечающий за состояние дисциплины и своевременное обеспечение бойцов всем необходимым. Следующее по иерархии подразделение состояло из пяти таких отрядов, а десятью такими группами от десяти селений (100 человек) командовал офицер более высокого звания, и, чаще всего, благородного происхождения. К числу больших воинских подразделений относились отряды в тысячу человек (батальон), две с половиной тысячи (полк), пять тысяч (бригада), десять тысяч (дивизия) и, наконец, соединения по сорок тысяч человек (армейские корпуса). На самом верху военной пирамиды стоял апо киспай (главнокомандующий). Главнокомандующим армии Тауантинсуйю, естественно, был Сапа Инка. Впрочем, нередко, на эту должность назначался кто-нибудь из братьев (или других представителей высшей аристократии) правителя. Во главе армейских корпусов находились "апоксин рантин", полков - "атун апо" и т.п. Воины, которые хорошо зарекомендовали себя в бою, не только получали награды, но нередко улучшали свое общественное положение.

Эффективной организации армии во многом способствовала сеть удобных дорог и система снабжения. Во время дальних продолжительных походов армия получала все необходимое из расположенных вдоль магистралей государственных складов: одежду, питание и различные виды оружия. В бою из вооружения первыми шли в ход пращи (уарака), так как сражение начиналось по сближении противников на определенную дистанцию. Зажав в руке два конца пращи, заряженной камнем величиной с куриное яйцо, воин, раскрутив уараку, резко освобождал один из ее концов, и набравший скорость снаряд летел во вражеские ряды на расстояние свыше 27 метров. Это оружие в умелых руках отличалось большой точностью попадания. Камень, брошенный с помощью перуанской пращи, на небольшом расстоянии пробивал металлические шлемы испанцев.

При приближении к противнику воин использовал дротик. В рукопашном бою инкский воин мог использовать некое подобие кистеня - веревку, на конце которой был прикреплен либо каменный шар, либо бронзовое навершие с острыми шипами, которые вонзались в череп врага. Главным оружием ближнего боя была палица (макана) - дубина с каменным, медным или бронзовым навершием в виде шестилучовой звезды. Иногда один из лучей маканы делался в виде небольшого топорика с острым лезвием. В сражениях с испанскими конкистадорами инки стали активно использовать еще один вид оружия - болу, которая представляла собой три каменных шара, прикрепленных к длинным сухожилиям лам. Этот снаряд с силой посылался броском по направлению к противнику. Сухожилия обвивались вокруг наг пехотинцев или лошадей, которые падали на полном ходу, увлекая за собой всадников. В качестве защитного вооружения использовались щиты, обтянутые шкурой оленя или тапира и шлемы из кожи и прутьев, нередко украшенные разноцветным плюмажем. Необходимо отметить, что щиты инков имели вполне определенную "гербовую" символику, по которой можно было определить, к какой группе войск принадлежит данный воин. На ноги надевались прочные сандалии, тело защищали толстые стеганные куртки. Воинские части тех или иных айлью, а нередко и целые армейские корпуса отдельных провинций обычно специализировались на применении того или иного вида оружия.

Армия инков отличалась высокой дисциплиной: смертная казнь грозила даже за отлучку без ведома военачальника. В бою, помимо обычного оружия, применялось и психологическое - различные устрашающие звуки, дикий крик, звуки флейт, сделанных из костей побежденных врагов и грохот деревянных барабанов с натянутой на них человеческой кожей. Следует также отметить, что инки нередко одерживали победы силой слова, то есть посредством дипломатических переговоров, во время которых "сыновья Солнца" предлагали противнику подчиниться добровольно.

В отличие от ацтеков инки вели войны не для того, чтобы получить человеческие жертвы для реализации мессианской идеи поддержания жизни Солнца (а значит и всего мира), но для расширения империи и получения новых подданных (дополнительной рабочей силы).

В Тауантинсуйу законы были неписаными, но они все подразделялись на гражданские и уголовные. Недопустимы были богохульство, безбожие, безделье, лень, ложь, кража, прелюбодеяние и убийство. Вопрос о виновности решали судьи - руководители общин и представители знати. В основе законов лежали четкие принципы: в качестве соучастника по каждому делу проходили чиновники, отвечавшие за десятичное подразделение; наказывался подстрекатель преступления, а не его исполнитель; правонарушение, совершенное аристократом, считалось более тяжким проступком, нежели такая же провинность простолюдина (такое дело рассматривал сам Верховный Инка).

В качестве наказаний применяли изгнание, бичевание, пытки, публичное порицание, но самой распространенной мерой была смертная казнь (повешение, четвертование, забивание камнями и т.п.). Лица, угрожавшие безопасности государства, помещались в камеры, кишащие ядовитыми змеями или хищными животными. Села, в которых они жили, сравнивали с землей, а жителей казнили. При таких суровых законах преступность в стране была крайне низкой.

Все населенные пункты Тауантинсуйю были связаны между собой продуманной системой великолепных дорог, мощенных камнем и обрамленных барьером. Они предназначались для пешего передвижения. Главными считались две дороги, пересекавшие империю инков из конца в конец. Одна из них начиналась у северной границы империи, вблизи от экватора (современный Эквадор), а заканчивалась у реки Мауле. Общая протяженность этой дороги - около 5250 км. Вторая дорога соединяла северное побережье (Тумбес) с югом. Обе дороги пересекали горные вершины, болота, непроходимые джунгли, стремительные реки, над которыми навешивались канатные мосты из волокон агавы, и соединялись между собой рядом поперечных дорог. Вдоль каждой из них примерно через 25 км друг от друга располагались постоялые дворы, а через каждые 2 км - почтовые посты (чуклы). Это еще одно достижение. Инкская почтовая служба не знала себе равной ни в одной другой древней цивилизации. Специальные курьеры-бегуны (часки) с белой налобной повязкой передавали сообщения по эстафете, пробегая по 2 км своего участка. На каждом посту одновременно должны были находиться два курьера. Один отдыхал; другой бодрствовал и внимательно следил за участком дороги, проходившим через его пост. Как только дежурный часки замечал приближающегося курьера, он тотчас же выбегал ему навстречу и принимал по эстафете устное или узелковое сообщение. Поскольку расстояния были небольшими, то достигалась высокая скорость доставки: 2000 км преодолевали за три-пять дней. Работа часки была очень тяжелой, поэтому на государственной почтовой службе использовались (в счет миты) здоровые, быстроногие и особенно выносливые молодые люди от 18 до 20 лет.

Великолепная почтовая служба империи инков была налажена по образцу более ранних перуанских культур - курьерской службы мочика и чиму. Однако, инки усовершенствовали и расширили почтовую службу своих предшественников. Они охватили сетью почтовых постов всю территорию империи, начиная с юга нынешней Колумбии вплоть до центральной части Чили. Важно также учесть, что организация как почтовой службы, так и других государственных мероприятий, в том числе монументальное строительство, ничего не стоили империи. Работы подобного рода вменялись в обязанность жителям той общины, на территории которой эти работы проводились. Выполняя роль часки, 18-20-летние юноши выполняли свою трудовую повинность на основе миты. О том, насколько была тяжела служба курьеров инкской почтовой службы, красноречиво свидетельствует следующий факт: в то время как другие, согласно мите, должны были работать на государство три месяца (например, в шахтах), часки работали всего-навсего месяц.

По дорогам Тауантинсуйю передвигались пешком. Единственным транспортным средством были паланкины, но привилегия пользоваться ими принадлежала самому Инке, членам царского рода и немногим знатным лицам и чиновникам государства. Что касается средств для перевозки грузов, то в этом случае активно использовались ламы. Примечательно, что империя могла одновременно использовать до 25 тысяч лам! И тем не менее, основную часть грузов человек должен был доставлять сам, на собственной спине.

 

4.Культура индейцев Древней Южной Америки.

Автор-Е.А.Тюрин

Также как и культура Мезоамерики культура индейцев Южной Америки не была чем-то однородным и устоявшимся. На протяжении тысячелетий разные народы, органически вписывая опыт своих предшественников, добавляли в нее свое самобытное творческое начало. Культурные достижения Чавин, Паракас, Наска, Мочика, Тиауанако, Уари, Тайрон, Чиму и других древних обществ, о которых говорилось в предыдущих главах, были использованы инками и стали достоянием их культуры. Поэтому инкская культура может рассматриваться как свое-образная вершина в развитии индейцев Южной Америки и, следовательно, отражает не только инкское начало, но и достояние всех предшествующих эпох.

Религия и культ

В соответствии с мировоззрением инков вер-ховным творцом Вселенной и создателем всех других богов был Кон-Тикси Виракоча. Создавая мир, Виракоча использовал три основных элемента: воду, зем-лю и огонь. Космос инков состоял из трех уровней: верхний - небесный, там обитают Солнце и его жена-сестра Луна, непосредственно влияющие на жизнь человечества; средний, в котором живут люди, животные и растения; нижний - место обитания умерших и тех, кто должен родиться. Последние два мира общаются через пещеры, шахты, родники и кратеры. Связь с верхним миром осуществляется при посредничестве Инки, выполнявшем волю Солнца на Земле.

Официальной государственной идеологией был культ Солнца (Инти). В жертву ему почти ежедневно приносили белых лам, сжигая их на костре. Для того чтобы отвратить эпидемии и нападения врагов, победить в войне и во здравие императора, Солнцу отдавали рослых красивых детей без каких-либо изъянов в возрасте до 10 лет. Вторым по рангу божеством считалась Мама Килья - покровительница женщин, рожениц, затем бог Молний и Грома (Иль-япа), богиня Утренней звезды (Венера) и множество других божественных звезд и созвездий.

К священным силам, чьи культы были особо распространены среди широких народных масс, относились духи. Они обитали в скалах и пещерах, в деревьях и в источниках, в камнях и в мумиях предков. Духам молились, приносили жертвы, им посвящали определенные дни. Места, в которых обитали боги или духи назывались "уака".

Весь религиозный ритуал в инкском обществе был в ведении жрецов. Первосвященник приходился Инке родным братом или дядей. Он облачался в красную тунику без рукавов и носил на голове изображение Солнца. Часто украшал лицо разноцветными перьями попугаев. Ему запрещалось жениться и иметь внебрачных детей, есть мясо и пить что-либо помимо воды. Сан верховного жреца был пожизненным. В его обязанности входило соблюдение точных правил солнечного культа, коронация великого Инки и его бракосочетание.

Верховное жречество подчинялось десяти главным священнослужителям. Они направляли религиозную жизнь в отдельных "патриархиях" и происходили только из одного определенного рода. К высшему духовенству принадлежали религиозные наставники отдельных провинций, а к низшему относились оракулы, которые умели говорить с мертвыми и предсказывать будущее по внутренностям животных и птиц. Жрецы исповедовали, проводили религиозные обряды, например, во время четырех главных праздников года: на празднике Инки, на празднике Воды, на празднике Луны и на празднике Солнца, отмечавшемся после сбора урожая.

Теснейшим образом с религией и мифологией инков был связан культ Сапа Инки. По убеждению подданных Тауантинсуйю, процветание и беды империи и всего народа зависели от здоровья и благополучия их владыки. Сапа Инка обожествлялся как "сын Солнца" со всеми вытекающими из этого факта проявлениями культового служения правителю. Но самым интересным и необычным институтом, способствовавшим идеологическому укреплению власти Сапа Инки, был один из наиболее старых под названием "панака". Панака - это совокупность всех прямых потомков владыки по мужской линии, кроме его сына, который становился преемником. Сын-преемник наследовал престол, но не богатства отца. Имущество Инки оставалось его собственностью и после смерти владыки. Конечно, реально распоряжалась ценностями панака, но символически они принадлежали мумиям Сапа Инки и его койи. Сохранявшиеся благодаря процессу мумификации, одетые в царственные наряды, их трупы восседали на тронах во дворцах, принадлежавших владыкам при жизни. Властителям прислуживали словно живым, стараясь предупредить любое их желание, удовлетворить любую потребность, "кормили", "поили" и всячески ублажали. Усопших императоров носили на паланкинах для того, чтобы они имели возможность "ходить" друг к другу в гости, посещать живых инков, которые не только поклонялись своим предшественникам, но советовались с ними по самым насущным вопросам, а при таких переговорах посредниками в беседе служили члены панаки. Время от времени царские мумии выносили на центральную площадь Куско для участия в тех или иных торжественных церемониях. Таким образом, большая часть ресурсов империи, как писал Педро Писарро, кузен покорителя Перу, "принадлежала мертвецам". Правнук великого Пачакути Уаскар счел слишком разорительным для империи содержание всех этих мумий панак умерших владык. Но когда он, Сапа Инка, попытался упразднить этот институт, то вызвал большое недовольство среди множества влиятельных вельмож. Это вылилось в политический кризис, поставивший Уаскара в невыгодное положение в его борьбе с Атауальпой. Закончилась эта междоусобица в конечном итоге развалом империи.

Письменность и литература. Музыка. Танцы

Относительно наличия у инков письменности бытует мнение, особенно среди неспециалистов, что они использовали в этом качестве узелковое письмо - кипу. Это не совсем точно. Дело в том, что то, что традиционно называют узелковым письмом выполняло совсем иные функции, чем те, которые выполняет письменность. Оно было лишь великолепным средством фиксации прежде всего статистических данных. С помощью кипу специальные люди (кипукамайок), прошедшие особую подготовку и принадлежавшие к весьма уважаемым чиновникам империи, фиксировали все сведения, которые должны были быть на учете или же о которых надлежало информировать Куско: о численности населения или войска, количестве оружия или урожая, поголовье лам и т.п.. Кипу состояло из нескольких шнурков. Один, потолще, был основой, к нему прикреплялось множество более тонких разноцветных шнуров различной длины и с определенным количеством узелков. В основе этой записи находилась децимальная система счета инков. Положение узелка на шнурке соответствовало величине цифровых показателей. Это могли быть единица, десять, сотня тысяча или даже десять тысяч. При этом простой узел обозначал цифру "1", двойной - "2", тройной - "3". Для того чтобы прочитать узелковую запись, нужно было знать не только место, занимаемое узелком на шнурке, но и цвет соответствующего шнурка. Цвета шнурков были символичны. Белый означал серебро и мир, желтый - золото, черный - болезнь или время, красный - армию и т.д. Кипукамайоки, владевшие искусством узелкового письма, по цвету этих записей могли расшифровать и более абстрактные понятия. Так, например, белый цвет означал не только серебро, но и мир, черный - болезнь (а также время) и т.п. Весьма возможно, что первоначально узелковое письмо "сыновей Солнца" служило и своего рода календарем инков. Об этом, в частности, свидетельствует и другое название кипукамайоков - "кильякипок". Понятием "килья" инки обозначали "месячный год" своего календаря, а также называли свою богиню Луны.

Значение кипу было столь велико в Тауантинсуйю, что один из испанских хронистов по этому поводу даже писал: ":Вся империя инков управлялась посредством кипу". До нашего времени дошло большое количество экземпляров кипу. Они отличаются прежде всего по величине. Самое большое кипу, дошедшее до нас имеет длину 165 см. и ширину 6 см. Часто узлы опускали в могилу, чтобы они сопровождали умершего на его последнем пути.

И все же его никак нельзя считать подлинным видом письменности. Поэтому вряд ли правомерно переводить кечуанское слово "кипу" с помощью весьма распространенного эквивалента "узелковое письмо".

Предполагают, что у инков существовала письменность отличная от того, что привыкли считать письменностью европейцы. Поэтому они ее просто не распознали. Хронисты упоминают о специальных полотнах, хранящихся в храмах, на которых было нарисовано 'все, что нужно было знать о прошлом', и о посланиях владык, рисованных на тканях. Скорее всего это было пиктографическое письмо, доступное только для знати; более того, некоторые ученые склонны рассматривать как надписи изображения на керамических сосудах - керо. Примечательно, что в языке кечуа, который будто бы не имел письменной формы, тем не менее уже в доиспанский период существовали слова, свидетельствовавшие об обратном. Например, "килька" ("келька") - "письменность" ("письмо"), "кильканги" - "писать", "кильяскуни" - "читать".

В последние годы стала завоевывать своих приверженцев точка зрения, высказанная в сходной интерпретации одновременно в работах двух видных исследователей. Согласно этой точке зрения, инкам письменность была известна, но она выглядела как множество своеобразных квадратных или прямоугольных изображений, украшающих древнеперуанские ткани, а также сосуды керо. Подобное пиктографическое письмо, если, конечно, его можно считать письменностью, было известно и доинкским культурам этой страны. Мысль о том, что эти изображения являются знаками письменности была впервые высказана перуанским археологом Викторией де ла Хара. К этому выводу она пришла на основе фундаментального, многомесячного изучения тканей, сохранившихся в могильниках Паракаса. Виктория де ла Хара установила, что на южноамериканских тканях чаще всего повторяются 16 основных знаков. Под тем же углом зрения эти знаки изучает немецкий ученый, профессор Тюбингенского университета Томас Бартель. Ему удалось обнаружить на тканях и сосудах древнего Перу до 400 различных знаков (токапу), имеющих во всех случаях абсолютно одинаковое написание. Судя по всему, эти знаки не были лишь декоративным орнаментом. Тем не менее, однозначных доказательств, что знаки токапу действительно являются письменностью пока нет.

Несмотря на то, что нет древних письменных текстов инкской литературы, все-таки известно, что она имела достаточно высокий уровень. Существовали религиозные и светские гимны, легенды, мифы, баллады, молитвы, короткие эпические произведения, стихи и басни, песни и элегии. Их авторы жили при дворцах правителей. Среди них различают поэтов-философов и лириков, однако их творчество осталось безымянным.

Жемчужиной мировой драматургии называют инкскую драму в стихах 'Апу-Ольянтай'. Она рассказывала о мужественном и благородном полководце, выходце из провинциальной аристократии, дерзнувшем полюбить дочь самого великого Пачакути - Куси Койлюр ('Смеющуюся Звезду') - и добиться ее ответной любви. До сегодняшнего дня эта драма еще идет на сцене индейского театра Латинской Америки.

Инки были хорошими музыкантами. В их звуковом ряду было только пять звуков (до, ре, фа, соль, ля), но это не помешало им играть на костяных и металлических флейтах, на барабанах, бубнах и сосудах с водой, горлышко которых обтягивалось кожей, а также на тростниковых или глиняных андских свирелях. Под звуки музыки жители Тауантинсуйу часто танцевали. Танцы в основном носили магический и ритуальный характер, но иногда исполнялись просто ради удовольствия. Существовало несколько видов танца: мужские военные, пастушьи, светские, народные и т. п.

Научные знания

Жители великой империи солнца могли не только танцевать. Среди них были хорошие математики, астрономы, инженеры и врачи. Основой инкской науки была математика. Она базировалась на десятеричной системе и положила начало развитию статистики. Широкое применение нашла математика в астрономии. По всей территории Перу были размещены обсерватории, где определялись дни солнцестояния и равноденствия, наблюдали за Солнцем, Луной, Венерой, Сатурном, Марсом, Меркурием, созвездиями Плеяд, Южного Креста и т.д. Солнечный год инков делился на двенадцать месяцев по тридцать дней каждый плюс один добавочный месяц из пяти дней.

В Тауантинсуйу были свои географы и картографы, делавшие прекрасные рельефные карты, а также историки. Существовал даже пост официального историка империи, который избирался из родственников великого властителя.

Но наиболее развитой наукой в государстве признана медицина. Болезни считались следствием греха, поэтому врачебной практикой занимались жрецы и знахари. Они лечили магическими приемами, постом, кровопусканиями, промываниями желудка и кишечника, а также травами. В тяжелых случаях прибегали к операциям (трепанация черепа, ампутирование конечностей) и т.п. Применяли особый способ обработки ран - с помощью муравьев, а также обезболивающие средства, например коку, ценившуяся очень высоко. Свидетельством эффективности инкской медицины служило долголетие жителей империи - 90-100 лет.

Градостроительное искусство и архитектура

Блестящим примером градостроительного искусства инков является их столица - город Куско. Куско был столицей и символом империи - сказка из камня и золота. Здесь находились резиденция Инки, главные органы власти, ритуальный центр и городские службы. Это был важный хозяйственный и культурный пункт, в котором распределялись средства, вносились подати и размещались важнейшие учебные заведения, где в течение четырех лет обучали всему тому, чего достигли инки.

Город считается одной из крупнейших столиц мира времен конкисты. В XVI в. в нем проживало около 200 тыс. жителей и было более 25 тыс. домов, окрашенных в яркие цвета, украшенных мрамором и яшмой, золотыми дверными и оконными рамами. В Куско были даже водопровод и канализация. Город возводился по заранее разработанному плану и отличался продуманностью. Удивляет столь высокое местоположение столицы инков (более 3 тыс. м над уровнем моря). Долина, в которой расположен Куско, со всех сторон окружена горами и только с юго-востока открыта для проникновения. Очертания города напоминали тело пумы, поэтому она и была символом города.

Имперская столица была разделена на верхний Куско - Ханан-Куско и нижний - Урин-Куско.

В центре Куско располагалась 'площадь Радости', окаймленная самой большой золотой цепью в истории человечества (длина - 350 шагов). Площадь и близлежащие улицы окружены комплексом святынь и храмов. Главным из них считается храм Солнца, Его стены были облицованы золотыми пластинами. Внутри сооружения находился алтарь с изображением огромного диска солнца, от которого исходили лучи. Вдоль стен храма на золотых тронах, покрытых коврами, восседали мумии покойных правителей империи.

К великому храму примыкают дворец-резиденция верховного жреца и пять прекрасных построек, в которых жили его помощники. Эти здания были покрыты соломой, в которую вплетали золотые нити.

Рядом был храм Луны, облицованный серебром. Его алтарь в виде ночного божества охраняли мумии умерших супруг Инки.

На другой стороне комплекса зданий находились святилища Грома, Молнии и Радуги. А недалеко от него располагался фантастический золотой сад Куско -наполовину естественный, наполовину искусственный. Если верить преданиям, вода поступала сюда по золотым желобам, а в центре сада стоял также покрытый золотом фонтан восьмиугольной формы. Весь мир инков был воспроизведен здесь из золота в натуральную величину: колосящиеся поля, пастухи и ламы с детенышами, деревья и кустарники, цветы и плоды, птицы и бабочки. Уникальные творения искусных мастеров народ инков отдал на уплату выкупа за жизнь последнего верховного Инки - Атауальпы (1532-1572).

В Куско было много удивительных вещей, но тем не менее цитадель Мачу-Пикчу (ок. 1500) считается главным чудом Южной Америки. Последняя крепость инков Мачу-Пикчу находится высоко в Андах в 120 км к востоку от столицы, на сильно пересеченной местности, однако строители крепости смогли превратить недостатки ландшафта в преимущества, достигнув единства архитектурных сооружений с окружающей средой. Заостренные зубцы главной крепостной башни кажутся частью горы, а каменные террасы находятся в строгом соответствии с изгибами скал. Все здания в Мачу-Пикчу расположены на различной высоте, поэтому в цитадели более 100 лестниц. Центром города-крепости считается 'место, где привязано Солнце' - вырубленная в скале обсерватория. Рядом с ней находятся храм Солнца, храм 'Трех окон' (с тремя самыми большими в Перу трапециевидными окнами) и дворец верховного жреца. Это первая часть города. Его вторую часть - Королевский квартал - составляют крепостная башня полукруглой формы, выходящая из скал. Дворец Принцессы - резиденция жены правителя и Королевский Дворец Инки. Третья часть крепости представляла собой квартал жилых домов рядовых жителей. Весь город окружали мощные валы.

Искусство

Большинство памятников доколумбового искусства обнаружено в захоронениях на побережье. В горах предметов с сюжетными изображениями найдено меньше, а датируются они в основном эпохой уари-тиаунако или еще более ранним временем. В прединский период здесь повсюду господствовал геометрический стиль.

Искусство инков известно плохо. Фигурки, которые археологи находят в захоронениях, слабо индивидуализованы и скорее всего связаны с миром низшей мифологии, с почитанием духов и предков. Инкские сосуды и ткани покрыты геометрическим орнаментом или украшены художественно совершенными, но сюжетно невыразительными изображениями людей и животных. Лишь под влиянием испанцев в Куско сложился своеобразный фигурный стиль лаковой живописи на кубках, однако сюжеты, представленные на сосудах XVI-XVII веков не чисто индейского характера.

Что касается инкских статуй, то они делались преимущественно не из камня, а из драгоценных металлов. Естественно, что все это было немедленно пущено конкистадорами в переплавку. Каменные же изваяния преимущественно разбивали молотами. Изображения инкских божеств уничтожались столь старательно и последовательно, что нам теперь практически неизвестно, как они в точности выглядели.

 

Заключение

Автор-В.Г.Зубарев

Народы доколумбововй Америки прошли в своем развитии три этапа: первобытный, созданный индейскими племенами, находившимися на ранних стадиях развития человеческого общества; более высокий уровень, для которого характерно сочетание раннеклассовых и первобытных элементов, и стадию высокоразвитых классовых цивилизаций.

Первобытное общество имело место на всей территории Америки. Жизнь племен была совершенно типична для первобытного человека. Типичным было и мировоззрение: мир и образ жизни были освещены мифами, а природа населена духами и сверхъестественными силами.

Второй тип проявился в промежуточной области, расположенной между Мезамерикой и Центральными Андами (культуры Сан-Агустин, Тайрон и Чиба) и непосредственно в самих центрах древних американских цивилизаций в архаический период.

Высокий уровень цивилизации характерен для народов, проживающих на территории Мезоамерики и в зоне Центральных Анд.

Мезоамериканские цивилизации появляются почти одновременно, около рубежа нашей эры, возникнув на базе предшествующих местных культур архаического периода ('Ольмекская' культура, цивилизация Теотиуакана, цивилизация майя, цивилизация Монте-Альбана) и достигают своей вершины в государстве ацтеков, которое, впрочем, так и не успело преодолеть рубеж территориального царства.

В зоне Центральных Анд процесс образования ранних государств протекал аналогично. Непрочные политические объединения типа вождеств уступили место древнейшим государствам I тыс. н.э. (Мочика, Уари, Тиауанако, Лима), которых в свою очередь сменяет царство Чимор и империя Инков. Именно населению Центральных Анд удалось овладеть наиболее богатыми источниками природных ресурсов, поэтому именно здесь, и только здесь, оказался достигнут имперский уровень организации.

Древние цивилизации Америки очень близки по своему характеру древнейшим очагам высоких культур Старого Света (Месопотамия, Египет, Индия и др.), хотя те и другие разделяет огромный хронологический период в три-четыре тысячелетия. Среди общих черт можно назвать такие, как: существование в ряде случаев деспотической формы правления, огромная роль сельской общины, различные формы интенсивного и высокопродуктивного земледелия в качестве экономической базы складывающихся раннеклассовых государств, большое влияние могущественного и хорошо организованного жречества на жизнь общества. Это сходство выражается также в близких по тематике и художественной форме мотивах изобразительного искусства, выполняющего аналогичную функцию: прославление власти царя, утверждение ее божественного происхождения и воспитание населения в духе беспрекословного подчинения ей.

В то же время, несмотря на общие закономерности развития, характерные черты, мировоззренческая основа, система ценностей с сильным акцентом на духовность в корне отличались от философии христианского мира. Великие цивилизации Америки рухнули под натиском европейцев. И кто знает, каким был бы мир, если бы они сохранились по сей день. Возможно, что бесценный опыт древних индейцев помог бы избежать проблем, стоящих перед человечеством сегодня, или, по крайней мере, оптимальным образом их разрешить. Однако история оставила нас один на один с вопросом 'Какой должна быть наша, планета в будущем?'

 

Приложения.


Карты.
Важнейшие божества ацтекского пантеона.

Карты.

  1. Центральная Америка, 1000-1521 гг. н.э.

  2. Карта основных городов майя в I тыс. н.э.

  3. Карта полуострова Юкатан и основные центры культуры майя в XVI в.

  4. Государства Центральных Анд в третьей четверти I тыс. н.э.

  5. Государство инков.

  6. Государство инков Тавантин-суйу и испанское завоевание, по данным Инки Гарсиласо де ла Вега.

  7. Царские дороги инков (Педро де Сиеса де Леон).

Важнейшие божества ацтекского пантеона.

Уицилопочтли - 'колдун колибри', бог войны и солнца, глав-ный бог Теночтитлана.

Тескатлипока - 'курящееся зеркало', главный бог пантеона, с солярными атрибутами, главный бог Тескоко.

Кецалкоатл - 'пернатая змея', бог науки, покровитель жре-цов, главный бог Чолулы, часто изображаемый в виде Ээкатла, бога ветра.

Тлоке Науаке - 'владыка близкого соседства', дух созидания; представления о нем были весьма абстрактны.

Ометекутли - 'владыка двойственности', подобный Тонакатекутли и его жене.

Тонакатекутли - 'владыка нашего бытия', созидающий бог, возглавлявший пантеон.

Тонакасиуатл - 'владычица нашей жизни', супруга предыдущего бога.

Тласолтеотл - 'богиня грязи', мать земли, почитаемая под многими названиями.

Тетеоиннап - 'мать богов', синоним Тласолтеотл.

Ишкуина - 'четыре лика', синоним Тласолтеотл.

Тоси - 'наша бабушка', синоним Тласолтеотл.

Чикомекоатл - 'семь змей', богиня кукурузы, древняя богиня, культ которой восходит ко времени 'Средней культуры'.

Сиуакоатл - 'змея-женщина', богиня земли и деторождения.

Тонанцин - 'наша мать', синоним Сиуакоатл.

Коатликуэ - 'змеиное платье', богиня земли, связанная с весной, мать Уицилопочтли.

Синтеотл - 'бог кукурузы', сын Тласолтеотл, муж Шочикецал, занимал важное место в пантеоне ацтеков.

Шочикецал - 'цветочное перо', богиня цветов, покровительница ремесленников, также занимала важное место в пантеоне ацтеков.

Шочипилли - 'господин цветов', бог удовольствий, пиров и наслаждений.

Макуилшочитл - 'пять цветов', синоним Шочипилли.

Шипе - 'наш владыка в ободранной коже', бог сева, красный Тескатлипока. Он занимал крайне важное место в религии ацтеков.

Шилонен - 'мать молодой кукурузы'.

Иламатекутли - 'древняя госпожа'; культ ее восходит к древнейшим временам я связан с кукурузой и землей.

Тлалок - 'тот, кто заставляет растения произрастать', бог дождя, занимал важное место в пантеоне.

Тлалоки - младшие боги дождя, дети или браться Тлалока.

Чалчиуитликуэ - 'богиня в платье, покрытом драгоценностями', богиня вод. Занимала важное место в пантеоне.

Уиштосиуатл - 'соляная женщина', богиня соли.

Напатекутли - 'четырежды владыка', один из Тлалоков.

Ээкатл - 'ветер', бог ветра, один из распространенных обликов Кецалкоатла.

Шиутекутли - владыка года, бог огня; культ его очень древний и занимал значительное место в пантеоне ацтеков.

Уэуэтеотл - 'старый бог', синоним Шиутекутли.

Чантико - 'в доме', богиня, связанная с очагом и вулканическим огнем.

Маяуэл - 'богиня из агавы', богиня агавы и плодородия.

Патекатл - 'бог из страны лекарств', бог медицины, супруг Маяуэл.

Тескацонтекатл - 'покрытое соломой зеркало', бог пульке, отождествляемый с каменными фигурами Чак Мол.

Сенцон Тоточтин - 'четыреста кроликов', многочилсенные боги пульке.

Тонатиу - 'солнце', бог солнца, тесно связан с Уицилопочти и Тескатлипокой.

Пилцинтекутли - 'молодой господин', синоним Тонатиу.

Мецтли - 'луна', бог луны, иногда отождествляемый с Тескатлипокой.

Тексистекатл - 'бог морской улитки', синоним Мецтли.

Мишкоатл - 'змея туч', бог звезд и чисел.

Камаштли - бог Тлашкалы, синоним Мишкоатла, бог войны.

Ицпапалотл - 'бабочка обсидианового ножа', богиня звезд и земледелия.

Тлауискалпантекутли - 'владыка дома зари', Венера, утренняя звезда, одно из проявлений Кецалкоатла.

Койалшауки - 'которую рисуют с колокольчиками', богиня луны, сестра Сенцон Уицнауа.

Сенцон Уицнауа - '400 южан', звездные боги юга.

Сенцон Мимишкоа - '400 северян', звездные боги севера.

Цицимиме - 'чудовища, сходящие свыше', звездные боги.

Миктлантекутли - 'владыка области смерти', бог смерти.

Миктлансиуатл - 'владычица области смерти', супруга бога смерти.

Тепейолотл - 'сердце гор', бог гор, изображаемый в виде ягуара.

Тлантекутли - 'владыка земли', земное чудовище, олицетворение земли в противоположность солнцу.

Теояомики - 'бог мертвых воинов', один из богов смерти.

Уауантли - 'полосатый', синоним Теояомики.

Ицтли - 'каменный нож', Тескатлипока в образе жертвенного ножа.

Ицлаколиуки - 'кривой обсидиановый нож', другое воплощение Тескатлипоки.

Пайнал - 'торопливый', посланник Уицилопочтли.

Якатекутли - 'владыка, указующий пути', бог странствующих торговцев.

Чалчиутотолин - 'птица, украшенная драгоценностями', разновидность Тескатлипоки.

Яотл - 'враг', синоним Тескатлипоки.

Шилотл - двойной, 'бог-чудовище', брат-близнец Кецалкоатла.

Иштлилтон - 'маленькое черное лицо', бог здоровья, излечивающий болезни.

Сиуатетео - 'богини', ведьмы-духи женщин, умерших во время родов.

Уэуэкойотл - 'старый шакал', бог лжи, покровитель Отоми.

 

Библиография.


Источники
Научная литература.
Энциклопедии и научно-популярная литература

Источники.

Диас Б. Записки солдата Берналя Диаза. т.1, 2. М.-Л., 1924-1925.

Инка Гарсиласо де ла Вега. История государства Инков. М., 1959.

Кецаль и голубь. Поэзия нагуа, майя и кечуа. М., 1983.

Ланда Диего де. Сообщение о делах в Юкатане (1566 г.). М.,-Л., 1955.

Лас Касас Бартоломе де. История Индий. Л., 1968.

Леон-Портилья. М. Философия нагуа. М., 1961.

Пополь-Вух: родословная владык Тотоникапана. М.-Л., 1959.

Прескотт В. Завоевание Мексики Эрнандо Кортесом. Т.1, 2. М., 1886.

Солис-и-Рибандейра А. де. Антона Солиса история о покорении Мексики. Т.1, 2. СПб., 1789.

 

Научная литература.

Афанасьев В.Л. Нарративные источники по истории открытия и завоевания Нового Света // От Аляски до Огненной Земли. М., 1967 г.

Баглай В.Е. Природа, боги и человек в древнемексиканской мифологии // Латинская Америка. 1977. ? 4.

Баглай В.Е. Эволюция представления о Солнцах в древнеацтекской мифологии // Советская этнография. 1977. ? 4.

Баглай В.Е. К вопросу о характере рабства у древних ацтеков // Вестник древней истории. 1981. ? 3.

Баглай В.Е. Система земледелия в древнеацтекском обществе // Природа. 1989, ? 1.

Баглай В.Е. Социально-классовая структура древнеацтекского общества // Ранние формы социальной стратификации: генезис, историческая динамика, потестарно-политические функции. М., 1993.

Баглай В.Е. Вожди и правители древних ацтеков: начало истории народа и государства // Латинская Америка, 1997, ? 10.

Баглай В.Е. Ацтеки. История, экономика, социально-политический строй. М., 1998.

Бартоломе де Ла Касос: к истории завоевания Америки. М., 1966.

Башилов В.А. Связи древних цивилизаий Нового Света // Археология Старого и Нового Света. м., 1966.

Башилов В.А. Древние цивилизации Перу и Боливии. М., 1972.

Березкин Ю.Е. Мифология мочика // Советская археология. 1972. ? 4.

Березкин Ю.Е. Две группы иноплеменников на изображениях мочика (Перу) // Советская этнография. 1978, ? 1.

Березкин Ю.Е. Хронология среднего и позднего этапов культуры мочика (Перу) // Советская археология. 1978, ? 2.

Березкин Ю.Е. Из истории древнего Перу: социальная структура мочика сквозь призму мифологии // Вестник древней истории. 1978, ? 3.

Березкиг Ю.Е. Двуглавый ягуар и жезлы начальников // Вестник древней истории. 1983. ? 1.

Березкин Ю.Е. Мочика. Л., 1983.

Березкин Ю.Е. Инки: исторический опыт империи. Л., 1991.

Вавилов Н.И. Великие земледельческие культуры доколумбовой Америки и их взаимоотношения. Избранные труды. Т.2. М., 1960.

Вайян Дж. История ацтеков. М., 1949.

Галич М. История доколумбовых цивилизаций. М., 1990.

Галленкамп Ч. Майя, загадка исчезнувшей цивилизации. М., 1966.

Гуляев В.И. К вопросу об азиатских влияниях на древние цивилизации Центральной Америки // Археология Старого и Нового Света. М., 1966.

Гуляев В.И. Древнейшие цивилизации Мезоамерики. М., 1971.

Гуляев В.И. Старый и Новый Свет в доколумбовую эпоху. М., 1977.

Гуляев В.И. Города-государства майя. М., 1979.

Гуляев В.И. Город и общество в Центральной Мексике накануне Конкисты // Археология Старого и Нового Света. М., 1982.

Гумбольдьт А. Путешествие в раноденственные области Нового Света в 1799-1804 гг. Т.1. М., 1969.

Искусство древней Мексики. М., 1980.

Исторические судьбы американских индейцев. М., 1985.

Кинжалов Р.В. Ацтекское золотое нагрудное украшение. К вопросу о ювелирном искусстве древней Мексики // Сборник МАЭ. Т.XIX. Л., 1960.

Кинжалов Р.В. Искусство древней Америки. М., 1962.

Кинжалов Р.В. Искусство племен нахуа на Мексиканском плоскогорье в XIV-XVI вв. // Сборник МАЭ, т. XXI. Л., 1963.

Кинжалов Р.В. Культура древних майя. Л., 1971.

Кинжалов Р.В. Орел, кецаль и крест. М., 1991.

Кнорозов Ю.В. Письменность индейцев майя. М.-Л., 1955.

Ламбер-Карловски К., Саблов Дж. Древние цивилизации: Ближний Восток и Мезоамерика. М., 1992.

Магидович И. История открытия и исследования Центральной и Южной Америки. М., 1965.

Массон В.М. Экономика и социальный строй древних обществ (в свете данных археологии). Л., 1976.

Морган Л.Г. Древнее общество. М., 1935.

Паркс Г. История Мексики. М., 1949.

Рус А. Народ Майя. М., 1986.

Самаркина И.К. Община в Перу. М., 1974.

Серов С.Я. Динамика этногенетического мифа инков // Этническая история и фольклор. М., 1977.

Соди Д. Великие культуры Месоамерики. М., 1985.

Тейлор Э. Первобытная культура. М., 1939.

Тюрин Е.А. Теократия и ее творцы в доколумбовой Месоамерике // Гуманитарные науки. Сб. статей. Вып.5. МАДИ (ТУ). 1998.

Фиске Д. Открытие Америки. М., 1892.

Фрезер Дж. Золотая ветвь. М., 1986.

 

Энциклопедии и научно-популярная литература

Ацтеки: империя крови и величия. М., 1997.

Гуляев В.И. По следам конкистадоров. М., 1976.

Гуляев В.И. Царство сынов Солнца. М., 1980.

Гуляев В.И. Древние майя. М., 1983.

Гуляев В.И. Загадки погибших цивилизаций. М., 1987.

Инки: владыки золота и наследники славы. М., 1997.

Керам К. Боги, гробницы, ученые. М., 1963.

Кинжалов Р.В., Белов А. Падение Теночтитлана. Л., 1956.

Кучиньский М. Загадка Фестского диска и змеепоклонники. М., 2000. С.5-394.

Латинская Америка. Т.1, 2. М., 1979, 1982.

Мифы народов мира. Т.1, 2. М., 1994.

Парнов Е. Кольца Змея. М., 1996.

Салливан У. Тайны инков. М., 2000.

Стингл М. Государство инков: слава и смерть сыновей солнца. М. 1970.

Стингл М. Индейцы без томагавков. М., 1971.

Стингл М. Тайны индейских пирамид. М., 1984.

Стингл М. Поклоняющиеся звездам. М., 1987.

Материал взят с сайта -

Главная страница | Статьи | Книги | Клуб Мистических Путешествий | Путешествия | Новости | Карта сайта | Контакты

Разработка © 2003-2012 ООО "КурандероS". Все права защищены
Экстериум: Онлайн магазин необычных подарков и товаров для дома.


Rambler's Top100