Главная   Новости   Биография   Статьи  Переводы   Словарь  Публикации   Платоновское общество Искусство войны Почтовый ящик   Форум   Ссылки

Все содержание (C) Copyright SVETLOV & Co, 2002

Внимание! В течение ближайшего месяца в издательстве 'Амфора' выйдет в свет уникальная книга

'Свинцовые врата алхимии'

в которой

кроме прочего множества весьма интересных текстов

будут впервые опубликованы на русском языке

два трактата Фомы Аквинского

по алхимии:

'О философском камне'

и

'Об искусстве алхимии'

(пер. В.Г. Рохмистрова)

 

 

ТРАКТАТ

Святого Фомы Аквинского

О КАМНЕ ФИЛОСОФСКОМ

и прежде всего

О ТЕЛАХ СВЕРХНЕБЕСНЫХ

 

Глава первая

 

Аристотель в первой книге 'Метеоров' пишет, что прекрасно и похвально стремиться к глубоким исследованиям первой причины, которая управляет удивительным согласием причин вторичных, и мудрые видят действия всех вещей, достигая выяснения этих скрытых причин.

Итак мы видим, что тела небесные оказывают такое действие на элементы и на простое свойство материи простого элемента, потому что из материи воды, например, они могут извлечь качества (модальности) воздушной формы и огненной формы.

Всякий естественный принцип активности производит в процессе своего действия умножение себя самого, как огонь, переданный дереву, извлекает из дерева еще большее количество огня.

Мы же здесь говорим о деятелях (агентах) более важных, чем существующие в природе.

Тела сверхнебесные всегда представляются нашим глазам облеченными в материальную форму элемента, но не участвующими в материи этого элемента; эти сферы суть сущности много более простые и тонкие, мы только воспринимаем внешние проявления, оформленные (конкретизированные) ими же самими. И Роджериус очень хорошо представил это: 'Всякий принцип активности, - говорит он, - оказывает действие на свое частное подобие, это последнее изменяется в то же время по принципу пассивного восприятия, но без специфически отличного принципа активности им порожденного; например, пакля, будучи помещенной около огня, причем, без касания, умножит его вид, как всякий другой принцип активности, и этот вид будет умножен и собран в паклю настолько же естественным действием и продолжением огня, насколько и склонностью к пассивности, которой обладает пакля; она затем оживится до совершения полного действия огня. Поэтому ясно, что подобие огня не отличается от огня самого по себе (in specie). Но достоверные принципы обладают действием специфической интенсивности такого сорта, что они могут ее подтверждать на их частном подобии, умножаясь и возобновляясь беспрестанно во всех вещах; таков огонь. Другие, напротив, не могут умножать свой вид на подобии и изменять каждую вещь самими собой, таков человек.

В самом деле, человек не может воздействовать умножением своего подобия, как он воздействует своим отдельным действием, поскольку его сложность всегда обязывает к исполнению множественных действий. Это потому, как доказывает Роджериус в книге 'О влияниях' (de Influentiis), что если бы человек мог, напротив, производить мощное воздействие посредсвом своего подобия, как огонь, то было бы вне всякого сомнения, что его вид будет истинно человек, откуда нельзя не сделать вывод, что умноженное подобие человека не будет совершенно человеком, и тот будет помещен тогда над его видом.

Следовательно, когда тела сверхнебесные оказывают свое действие на элементы, они воздействуют своим подобием и, более того, производят некоторые подобные себе вещи и почти того же вида. Итак, поскольку они производят элемент элемента и элементную вещь вещи элементарной, с необходимостью следует участие их самих в природе элемента. И, ради лучшего понимания этого, надо обратить внимание на то, что солнце производит огнем в телах насыщенных уриновой водой и телах кристально сферических.

Кроме того, ты должен знать, что всякий принцип активности, согласно тому, как это показано в книге 'О влияниях', умножает свое подобие, следуя по линии прямо и строго перпендикулярной, и это очевидно на примере с огнем и паклей, которые 'пересекаются' друг с другом по линии, взятой идеально перпендикулярно, то же самое видно, когда урина или кристалл помещены на солнце и подвергаются влиянию солнечных лучей, которые им подобны. Если оперируют посредством зеркала, когда луч солнца будет спроецирован (брошен) на него перпендикулярно, его увидят проходящим через воду или прозрачное тело полностью без преломления там по причине крайнего коэффициента мощности его действия; если же, напротив, он брошен по линии не прямо перпендикулярной, он будет преломляться на поверхности тел, и новый луч сформируется в наклонном направлении; точка пересечения этих двух лучей окажется на линии, взятой идеально перпендикулярно. И это есть точка максимальной энергии солнечного жара, так как если там поместить паклю или любое другое горючее тело, они воспламенятся немедленно.

В результате же всего этого, когда подобие солнца (то есть солнечных лучей) поддержано продолженным действием самого солнца, оно породит огонь. Солнце обладает таким образом принципом и свойствами огня, как это обнаружено зажигательным зеркалом.

Устройство такого сорта зеркал из в совершенстве отполированной стали такой формы или расположения, что, собирая пучки солнечных лучей, они проецируют их далее в единую линию большой силы накаленности; помещают такое зеркало около городов, поселков или любого другого места, каковые не медлят возгораться, как об этом говорит Афан в книге 'Зажигательные зеркала'.

Ясно, что солнце и другие сверхнебесные тела участвуют не в каждом проявлении (manier) материи Элементала, и таким образом они свободны от тлена, легкости и тяжести.

Здесь надо провести одно различение среди элементов: некоторые суть простые и бесконечно чистые, не имеющие необходимо изменяющегося свойства для развития в другой план модализации (видоизменения), так как материя, которой они сформированы, находясь разграниченной более совершенной формой, которая ему может подходить, они не желают другого; и от этих элементов суть, вероятно, формы тел сверхнебесных. Поэтому мы помещаем, в самом деле, воду выше небесного свода и кристалла (хрусталика). Также мы можем сказать столько о других элементах, о тех элементах, из которых составлены тела сверхнебесные божественной мощью или интеллигенциями, в каковых они министериализовались. Этими элементами не могут быть порождены ни тяжесть, ни легкость, поскольку они суть акциденции, не принадлежащие к владениям грубого и тяжелого. Однако они производят феномен окрашивания, поскольку различия в освещении должны заключаться во флюиде из серии невесомого. Эти сверхнебесные тела проявляются в действительности золотистым цветом и более сверкающими как если бы они были ударены сами собой лучом света, так же как золотой блестящий щит и проецировать свое сияние, каковое ударено лучами солнца. Астрологи же аттрибутируют этим элементам причину сияния и золотого цвета звезд, как это было достаточно продемонстрировано Исааком и Роджериусом в книге 'О чувстве' (de Sensu), и из того, что они порождены некоторым количеством элементов следует, что обладать ими - в природе элементала.

Но как эти элементы по сути природы чисто бесконечной и никогда не смешанной ни с какой подчиненной субстанцией, из этого с необходимостью следует, что в телах небесных они должны находиться помещенными и соразмерными такого сорта, что они не могут отделяться одни от других. И это ничуть не будет удивительным, поскольку в соединении по природе в процессе искусства, я отделял сами по себе четыре элемента нескольких подчиненных тел, таким образом, чтобы получить каждое отдельно, будь то вода, огонь или земля; я очищал каждое насколько было возможно от этих элементов один за другим тайной операцией, и, это закончив, я их соединил вместе и получил вещь удивительную (quaedam admirabilis res), которая не была сложена из каждого элемента в отдельности, так как будучи оставлена на такое долгое время какое возможно в огне она не была им охвачена и не восприняла никаких изменений. Не будем же удивляться, если тела небесные по природе нетленны, поскольку они составлены полностью из элементов, и это есть без всякого сомнения субстанция, котоую я получил во многом при участии природы этих тел. Поэтому Гермоген, который был трижды велик (triplex fuit) в философии, выразился таким образом: 'Это сделало мне великую радость ничего другого подобного достигнуть в совершенствовании моего творения и видеть квинтессенцию без всякой смеси материи элементов подчиненных'.

Одна часть огня обладает большей потенциальной энергией, чем сто частей воздуха, и следовательно одна часть огня может легко укротить тысячу частей земли. Мы не знаем, следуя каким абсолютным весовым пропорциям делается смесь этих элементов; однако, практикуя наше искусство, мы заметили, что когда четыре элемента извлечены из тел и очищены каждый отдельно, надо для операции их соединения взять равные веса воздуха, воды и земли, тогда как добавляется только шестнадцатая часть огня. Этот состав действительно сформирован из всех элементов, каковые, однако, свойства огня преобладают в этих других. Так как бросая одну часть на тысячу меркурия, можно отметить, что он сгущается и становится красным. Это потому, что явно такой состав приближен к сущности тех тел небесных, поскольку в трансмутации он ведет себя подобно более энергичному принципу активности.

 

Глава вторая

О ТЕЛАХ ПОДЧИНЕННЫХ:

О ПРИРОДЕ И СВОЙСТВАХ МИНЕРАЛОВ

И ПРЕЖДЕ ВСЕГО КАМНЕЙ

 

Исследуем теперь тела подчиненные. А поскольку они делятся на минералы, растения и животных, мы начнем изучать природу и свойства минералов. Минералы делятся на камни и металлы. Эти последние образуются по тем же законам и вследствие тех же количественных отношений, что и другие творения, исключая то, что является их особенностью, возникающей в результате более огромного числа операций и превращений (трансмутаций), чем (состав) элементов или тел сверхнебесных, так как состав их материи есть многоформность.

Итак, материя, составляющая камни, по природе вполне подчиненная, грубая и нечистая и обладает большей или меньшей землистостью, согласно степени очистки камня. Как говорит Аристотель в своей книге 'О метеорах' (которую некоторые аттрибутируют Авиценне), камень образован не чистой землей; это, скорее, земля водянистая, поскольку мы видим некоторые камни, образующиеся в реках, и то, как соль извлекается выпариванием из соленой воды. Эта вода, обладающая сильной землистостью, сгущается в окаменелую форму от жара солнца или огня.

Итак, материей, составляющей камни, является землистая вода; действующим принципом: жар или холод, которые сгущают воду и извлекают эссенцию камнеобразия. Это строение камней обнаружено на примере животных и растений, которые испытывают (ощущают) свойства камней и производят сами камни, которые и заслуживают особенного рассмотрения.

Некоторые из этих камней находятся, на самом деле, сгущенными в животных действием жара и обладают некоторыми более энергическими свойствами, чем те, которые не происходят от животных и образованы обыкновенным путем. Эти другие камни образованы той же природой, воздействующей свойством других минералов. Ибо, говорит Аристотель, достигают смеси двух различных вод, воды, называемой Молоком Девственицы и той, что сгущают из нее самой в камень. Для этого, говорит он, смешивают раствор в уксусе (винагре) окиси свинца (свинцовый глет) с раствором соли щелочи, и хотя обе эти жидкости являются светлыми, если их соединяют, они образуют непосредственно густую и белую как молоко воду. Пропитанные этой жидкостью тела, каковые желают изменить в камни, сгустятся немедленно. В самом деле, если известь серебра или другое подобное тело полито этой водой и подвергнуто затем химически легкому огню, оно сгустится. Итак Молоко Девственницы обладает истинным свойством превращать извести камней. То же самое видим мы как в крови, яйцах, мозге или волосах и других частях животных, образуются камни силой действия и способностью удивительной. Если берут, например, кровь человека и оставляют ее гнить в теплом навозе, а после этого помещают в алембик, она дистиллируется (перегоняется) в белую подобную молоку воду. Затем увеличивают огонь, и она перегоняется в сорт масла. Наконец, очищают осадок (faeces), который остается в алембике, и она становится белой как снег. Его смешивают с маслом, которое описано выше, и тогда образуется камень прозрачный и красный с силой действия и способностью удивительной, которая останавливает кровотечение и которая исцеляет большое число немощей. То же самое мы извлекали из растений следующим методом: мы жгли растения в печи прокаливания, затем мы превращали эту известь в воду, перегоняли и сгущали ее; она после этого превращалась в камень, обладающий более или менее сильными свойствами, соотвтетственно свойствам и различиям используемых растений. Некоторые производят искусственные камни, каковые на поверку кажутся более тщательными во всех пунктах, чем камни натуральные, ибо делают гиацинты искусственные, которые не отличаются от гиацинтов естественных, так же как и сапфиры, таким же способом действия.

Говорят, что материя всех драгоценных камней суть кристалл, который является водой, имеющей очень мало землистости и сгущенной под воздействием сильного холода. Рассыпают кристалл на мрамор; пропитывают его крепкой водой (азотная кислота) и, активно растворяя, повторяют несколько раз, высушивая и рассыпая снова для увлажнения с растворением до тех пор, пока смесь не образует совсем однородное тело; затем его помещают в теплый навоз, где оно превращается через некоторое время в воду; ее перегоняют пока она очистится и возгонится по частям. Затем берут другую жидкость, красную, сделанную из прокаленного красного купороса (витриоль - серная кислота) и урины детей. Эти две жидкости смешивают и перегоняют тем же способом большое число раз, следуя необходимым весам и пропорциям; помещают их в печь с тем чтобы они смешались более глубоко и затем сгущают их химически (in Kymia) на медленном огне, каковой образует также камень во всем подобный Гиацинту. Когда же хотят сделать сапфир, вторая жидкость образуется уриной и лазурью вместо красного витриоля, и также поступают в других случаях, согласно различию цветов; вода, используемая перед этим, должна быть, естественно, той же природы, что и камень, который хотят получить. Итак, принципом действия являются жар или холод, и жар будет мягким, холод же - очень интенсивным, именно они вытянут из материи форму камня, который был не в потенции, а как погребенный (sepultam) 'на дне' воды. Можно различить в камнях, как и во всех вещах, три атрибута, а именно: субстанцию, свойство и действие. Мы можем судить о их свойствах по их скрытым действиям, а особенно по последствиям, которые они производят, как мы судим и о действиях природы и тел сверхнебесных.

Итак, несомненно, что они обладают некоторыми сывойствами и скрытыми особенностями тел сверхнебесных, и что они участвуют своей субстанцией; если не хотят говорить о том, что они составлены из той же самой субстанции, что и звезды, то достаточно и того, что они обладают сублимированными свойствами четырех элементов, поскольку некоторые камни участвуют немного в составлении звезд или тел сверхнебесных, как я уже касался этого в нескольких словах, говоря о этих телах. Имея изолированные несколько тел, четыре элемента, я их очистил и таким образом очищенные я их соединил; я получил тогда камень силой действия и природой столь удивительный, что четыре элемента, грубые и подчиненные нашей сфере, не имели никакого действия на него.

Так, говоря об этой операции, которую Гермоген (Отец, как называет его Аристотель, который был трижды величайшим в философии, и который знал все науки так же хорошо в их сущности, как и в их приложении), это говоря, говорю я, об этой операции, которую он описывает: Это было для меня наиболее большим из возможных счастьем, видеть квинтэсссенцию, лишенную качеств подчиненных элементов.

Итак, представляется очевидным, что некоторые камни немного участвуют в квинтэссенции, что удостоверено и выявлено операциями нашего искусства.

 

Глава третья

О СТРОЕНИИ И СУЩНОСТИ

МЕТАЛЛОВ

 

Металлы образованы природой каждый соответственно структуре Планеты, которая ему соответствует, и творец должен действовать таким же образом. Итак, существует семь металлов, которые участвуют каждый в одной планете, а именно: Золото, которое идет от Солнца и которое носит его имя; Серебро - от Луны; Железо - от Марса; Живое Серебро - от Меркурия; Олово - от Юпитера; Свинец - от Сатурна; Медь и Бронза - от Венеры. Эти металлы принимают, в других местах, имена их планет.

 

О сущностной Материи Металлов

 

Первоматерией всех металлов является Меркурий. В одних он находится сгущенным легко, в других - сильно. Поэтому можно составить классификацию металлов, основанную на степени действия планет, с которыми они сообщаются, на совершенстве их серы, на степени сгущения меркурия и землистости, которой они обладают, все это будет обозначать место каждого металла по отношению к другим.

Таким образом свинец является ничем иным, как землистым меркурием, то есть участвующим в земле, легко сгущенной и смешанной с тонкой серой немного избыточной; и поскольку действие его планеты (???) слабо и отдалено, он находится в подчинении по отношению к олову, меди, железу, серебру и золоту.

Олово есть тонкое живое серебро, немного сгущенное, смешанное с грубой и нечистой серой; поэтому оно не преобладает над медью, железом, серебром и золотом.

Железо образовано грубым и землистым Меркурием и землистой и нечистой серой, но действие его планеты сгущает его сильно, поэтому оно не находится выше Меди, серебра и золота. Медь образована мощной серой и достаточно грубым меркурием.

Серебро образовано белой серой, светлой, тонкой, не горючей и тонко сгущенным меркурием, прозрачным и светлым, под действием планеты Луны; поэтому оно не преобладает над золотом.

Золото, истинно наиболее совершенный из всех металлов, составлено красной серой, светлой, тонкой, не горючей, и меркурием тонким и светлым, сильно подверженным действию Солнца. Поэтому оно не может быть горючей серой, то, что возможно для всех других металлов.

Итак, очевидно, что можно делать золото из всех этих металлов, и что из всех, исключая золото, можно делать серебро. Можно в этом убедиться на примере золотых и серебряных рудников, на каковых извлекают их из других металлов, смешанных с частицами золота и серебра. И нет никаких сомнений, что эти металлы будут сами собой трансформироваться в золото и серебро, если они будут оставлены в руднике на время необходимое для того, чтобы это действие природы могло проявиться.

Что касается того, можно ли делать искусственное золото из других металлов, разрушая формы их субстанции, и каким способом действуют, мы говорили в трактате 'О бытии и сущности вещей чувственных' (de esse et essentia rerum sensibilium). А здесь мы принимаем как истинно доказанное.

 

Глава четвертая

О ТРАНСМУТАЦИИ МЕТАЛЛОВ

И ПРЕЖДЕ ВСЕГО О ТОМ КАК ЭТО СОВЕРШАЕТСЯ

ПОСРЕДСТВОМ ИСКУССТВА

 

Трансмутация металлов может осуществляться искусственно изменением сущности металла из сущности другого, ибо это то, что в потенции может, очевидно, редуцироваться в действии, как говорит Аристотель или Авиценна: 'Алхимики знают, что виды никогда не могут быть действительно трансмутированы, за исключением того случая, когда делают сведение (редукцию) из первой материи'. Золото, эта первая материя всех металлов, очень близко, по признанию всех, природе меркурия.  А поэтому эта редукция будет большей частью творением природы и не более чем простым использованием средств искусства; что касается золота, это трудно, и в этой операции совершают большое количество ошибок и большинство рассеивает бесплодно свою молодость и свои силы, обольщая королей и вельмож бесплодными обещаниями, каковых они не могут выполнить, не умея отличить книги ложные, наглые, ни операции, фальшиво описанные невеждами, они не добиваются никакого иного результата, как полного нуля. Итак, рассмотрев, что короли после тщательных операций не смогли достичь завершения, я поверил, что эта наука была ложной. Я перечитал книги Аристотеля или Авиценны, 'О секрете секретов' (de secretis secretorum), где я нашел истину столь завуалированную загадками, что они продемонстрировали отсутствие смысла; я читал книги их оппонентов и нашел их подобным безумцам. Наконец я рассмотрел принципы ПРИРОДЫ, и увидел в них путь истины. Я наблюдал в самом деле, что меркурий проницал и пронизывал другие металлы, ибо если берут медь с живым серебром, смешанную с таким же количеством крови и глины, эта медь будет пронизана внутренне и наружно и станет белой, но этот ее цвет не будет долговечным. Известно уже, что живое серебро смешивается с телами и проникает их. Итак, я рассмотрел, что если этот меркурий был взят повторно, он не мог более высвобождаться, и что если я мог найти средство зафиксировать его молекулы в телах, получалось, что медь и другие тела, смешанные с ним, не были более горючими от этого, тогда как они горючи обыкновенно, не имея каждое действия на меркурий. Ибо эта медь была теперь подобна меркурию и обладала теми же качествами.

Итак, я возгонял одно количество меркурия, достаточно большое для того, чтобы фиксировать его внутреннее расположение до неизменяемости, то есть чтобы он не утончался огнем; таким образом возогнанный, я его расворял в воде с тем чтобы произвести редукцию из первой материи, я медленно пропитывал этой водой известь серебра и мышьяка возогнанного и фиксированного; затем я растворил все это в теплом лошадином навозе; я сгустил раствор и получил камень светлый как кристалл, имеющий свойство разделять, разрушать частицы тел, проникать их и быстро фиксироваться там таким образом, что небольшое количество этой субстанции, брошенное на большое количество меди, трансформировало ее немедленно в серебро такой чистоты, что невозможно было найти лучше. Я хотел испытать, могу ли я с тем же успехом превратить в золото нашу красную серу; я вскипятил ее в крепкой воде на медленном огне; эта вода сделалась красной, я ее перегнал в алембике и получил в результате на дне перегонного куба чистую красную серу, которую сгустил с белым вышеописанным камнем с тем, чтобы получить такой же красный. Я бросил часть его на некое количество меди и получил очень чистое золото.

Что касается скрытого процесса, который я использовал, я обозначаю его здесь только в общих чертах и не помещаю полностью с тем, чтобы не начал творить посредством этого тот, кто не знает совершенно способов возгонки (сублимации), перегонки (дистилляции) и сгущения (коагуляции) и кто не является специалистом в форме сосудов и печей, а также в количестве и качестве огня.

Я оперировал таким образом с помощью мышьяка и получил очень хорошее серебро, но не более совершенно чистое; я получил также такой же результат с сублимированным Аурипигментом, но этот метод назван трансмутацией из одного металла в другой.

 

Глава пятая

О ПРИРОДЕ И О ПРОИЗВЕДЕНИИ

НОВОГО СОЛНЦА И НОВОЙ ЛУНЫ

СВОЙСТВОМ СЕРЫ,

ИЗВЛЕЧЕННОЙ ИЗ МИНЕРАЛЬНОГО КАМНЯ

 

Существует однако более совершенный способ трансмутации, который состоит в изменении меркурия в золото или серебро посредством красной или белой серы, светлой, простой, не горючей, как учит Аристотель в 'Секрете секретов', излагая очень неопределенно и неясно, так как это есть СЕКРЕТ МУДРЕЦОВ (Absconditum sapientibus); ведь он говорит Александру: 'Божественное Провидение советует тебе скрывать твое намерение и тайно исполнять таинство, которое я тебе представил, назвав некоторые из вещей, которыми может извлекаться эта основа истинно мощная и благородная'.

Эти книги не публикуются для толпы, но только для посвященных (propter profectos).

Если некто, переоценивая свои силы, начал творение, я призываю его не продолжать их, если только он не будет очень искусным и сведущим в знании естественных принципов, и уметь распознавать виды перегонки, растворения, сгущения и особенно различных видов и степеней огня.

Кроме того, человек, который хочет реализовать творение из скупости не достигнет цели, но только тот, кто работает с мудростью и рассудительностью.

Минеральный камень, каковой используют для производства этого эффекта есть именно белая или светло красная сера, которая не горит и которую получают отделением, очищением и соединением четырех элементов.

 

Перечисление минеральных Творений

 

Итак, возьми, во имя Бога, один фунт этой серы; энергично разотри ее на мраморе и пропитай фунтом с половиной очень чистого оливкового масла, которое используется философами; сведи все это в тесто, которое ты поместишь в глубокую сковороду (sartagine physica) и ты приготовишь ее таким образом растворять на огне. Когда ты увидишь, что поднимается красная пена, ты удалишь материю огня и оставишь пену опускаться, без перерыва помешивая железным шпателем, затем поместишь снова на огонь и будешь повторять эту операцию до тех пор, пока не получишь консистенцию меда. Вновь положи затем материю на мрамор, где она сгустится тотчас как плоть или как печеная печень; ты ее разрежешь затем на несколько кусков размером и формой с ноготь, и с равным весом квинтэссенции масла из винного камня (накипи?), ты вновь поместишь их на огонь на период около двух часов.

Закрой затем творение в стеклянной амфоре, хорошо замазанной замазкой мудрости, которую ты оставишь на медленном огне на протяжение трех дней и трех ночей. Затем ты поместишь амфору с лекарством в холодную воду на протяжение трех других дней; после этого ты разрешешь новое творение на куски размером с твой ноготь и поместишь в перегонный куб из стекла выше алембика. Ты перегонишь таким образом белую подобную молоку воду, которая есть истинно молоко девственницы; когда эта вода будет перегнана, ты прибавишь огонь и перельешь в другую амфору. Итак, возьми теперь воздуха, который будет подобен воздуху более чистому и более совершенному, поскольку это есть тот, который содержит в себе огонь. Прокали в печи прокаливания ту черную землю, которая осталась на дне перегонного куба, до тех пор пока она не станет белой как снег; вновь помести ее в перегнанную воду семь раз с тем, чтобы покрылась зажженной медью, которая, угасши трижды, станет совершенно белой. Пусть будет сделано то же самое для воды, что для воздуха; в третьей перегонке ты найдешь масло и всю тинктуру подобную огню на дне перегонного куба. Ты вновь начнешь тогда второй и третий раз и соберешь масло; затем ты возьмешь огонь, который есть на дне перегонного куба и который подобен черной и мягкой крови; ты ее сбережешь для ее перегонки и ее испытания с покрытой медью, как ты это делал с водой; и вот теперь ты обладаешь тем, что является способом отделения четырех элементов. Но средство их соединить (modum conjungendi) неизвестно всем.

Итак, возьми землю и разотри ее на столе из стекла или из мрамора очень чистого; пропитай ее равным весом воды до тех пор пока она не станет тестом; помести ее в алембик и перегони ее с его огнем; пропитай снова то, что ты оставишь на дне перегонного куба водой, которую ты получишь при перегонке до тех пор пока та не будет полностью впитана.

Затем пропитай ее равным количеством воздуха, используя его как ты использовал воду, и ты получишь кристаллический камень, каковой, будучи брошенным малым количеством на большое количество меркурия, превратит его в истинное серебро, и это есть свойство белой, не горючей серы, образованной тремя элементами: землей, водой и воздухом. Если теперь ты возьмешь одну семнадцатую часть огня, которую ты смешаешь с этими тремя элементами, их перегоняя и их пропитывая как сказано, ты получишь красный камень, светлый, простой, не горючий, который, брошенный малой частью на большое количество меркурия превратит его в золото obryzum очень чистое.

Это есть метод совершенствования минерального камня.

 

Глава шестая

О КАМНЕ ЕСТЕСТВЕННОМ, ЖИВОТНОМ

И РАСТИТЕЛЬНОМ

 

Существует другой камень, каковой, согласно Аристотелю, есть камень и не камень. Он есть одновременно минеральный, растительный и животный; он находится во всех местах, во всех людях, и есть именно тот, что ты должен гноить в навозе и поместить затем этот перегной в перегонный куб на алембик; ты извлечешь из него элементы вышесказанным способом, ты произведешь их соединение и получишь камень, который будет иметь свойство и силу действия не меньшую. И не надо удивляться тому, что я сказал о гниении в теплом лошадином навозе, как это должен делать артист, ибо, если будет туда помещен пшеничный хлеб, через девять дней он превратится в истинную плоть, смешанную с кровью. Я верю, это происходит потому, что Бог хотел видеть пшеничный хлеб предпочтительным всякой другой материи, поскольку он есть наиболее особенное питание тел, чем всех других субстанций, и что он может легко извлекать четыре элемента и делать превосходное творение.

Из всего того, что мы сказали, вытекает, что все составные тела могут быть редуцированы в минерал и не только природой, но и искусством. Благословен будь Бог, который дал людям такую власть, потому что подражающий природе может превращать естественные виды, то, что природа исполняет медленно, в течение необходимого на это времени. Здесь другие методы трансмутации металлов, которые находят в книгах Розе, Архелая, в седьмой книге 'Правил' и во многих других трактатах по алхимии.

 

Глава седьмая

О СПОСОБЕ ОПЕРИРОВАНИЯ ДУХОМ

 

Существует вид оперирования духом и, кстати говоря, существует четыре сорта духа, названные так, поскольку они восходят к огню и участвуют в прирде четырех элементов, а именно: Сера, которая обладает природой Огня, Соль аммония, Меркурий, который обладает свойствами Воды и который называется еще беглым слугой (servus fugitivus)  и Аурипигмент или Мышьяк, который обладает духом Земли. Некоторые оперировали посредством одного из этих духов, возгоняя его и превращая в воду; затем, если его бросали на медь, происходила трансмутация. Кто-то пользовался двумя из этих духов; кто-то - тремя и кто-то, наконец, - всеми четырьмя; и вот этот метод:  После возгонки каждого их этих духов в отдельности большое число раз до того, как они будут зафиксированы, а затем перегонки раствора в крепкой воде и энергичной пропитки раствора, объединяют их все; перегоняют их и сгущают снова все вместе и получают белый как кристалл камень, который, будучи брошенным малым количеством на какой-нибудь металл, изменяет его в истинную Луну. Обычно говорят, что этот камень составлен из четырех элементов очень высокой степени очистки. Другие верят, что он составлен из духа, единого с телами; но я не верю, что этот метод будет истинным и верю, что он неизвестен всем, чего и Авиценна коснулся в нескольких словах в своем 'Послании'.

Я испытаю его, когда буду иметь необходимые место и время.

 

Глава восьмая

О ПРИГОТОВЛЕНИИ ФЕРМЕНТОВ

САТУРНА

И ДРУГИХ МЕТАЛЛОВ

 

Итак, возьми две части Сатурна (свинец), если ты хочешь исполнить Творение Солнца, или добрых две части Юпитера (олово) для Творения Луны. Добавь третью часть меркурия с тем, чтобы образовать амальгаму, которая будет вроде очень хрупкого камня, который ты тщательно раздробишь на мраморе, пропитав очень крепким уксусом (винагрой) и воды с растворенной в ней наилучшим образом приготовленной обычной солью, пропитывая ее и высушивая раз за разом до тех пор, пока субстанция не впитает максимально воду; тогда пропитай этот слиток водой квасцов с тем чтобы получить мягкое тесто, которое ты растворишь в воде. Ты перегонишь затем этот раствор три или четыре раза, сгустишь его и получишь камень, который превратит Юпитер в Луну.

 

Глава девятая

О ПРОЦЕССЕ РЕДУКЦИИ ЮПИТЕРА

ИЛИ ДРУГИМИ СЛОВАМИ

О ТВОРЕНИИ СОЛНЦА

 

Для Творения Солнца возьми хорошо очищенную витриоль, красную и хорошо прокаленную и раствори ее в детской урине. Ты перегони ее всю и возобновляй это столько раз, сколько будет необходимо для того, чтобы получить очень красную воду. Тогда ты смешаешь эту воду с вышеописанной водой перед сгущением; ты поместишь оба эти тела в печь на несколько дней с тем, чтобы они лучше слились, и ты их перегонишь и сгустишь вместе. Ты получишь тогда красный, подобный Гиацинту камень, одна часть которого, будучи брошенной на семь частей Меркурия или Сатурна хорошо очищенного превратит его в золото obryzum.

Находят в других книгах множество других операций неясных и бесконечных числом, которые не могут не ввести людей в заблуждение и о каковых излишне говорить. А я излагаю столь научно совсем не из скупости, но с тем, чтобы утвердить удивительные действия природы и искать их причины, не только общие, но специальные и непосредственные, не только привходящие (акцидентальные), но и сущностные; я это обсудил пространно так же как и отделение элементов тел.

Этот труд есть истинно верный и совершенный, но он требует столько работы, а я так страдаю от несовершенства моего тела, что даже не буду пытаться без настоятельной необходимости. Того, что я сказал здесь о минералах, более чем достаточно.

 

ТРАКТАТ

Святого Фомы Аквинского

ОБ ИСКУССТВЕ АЛХИМИИ

 

Посвященный Брату Рейнальду

 

Глава I

 

Уступая твоим усердным просьбам, дражайший брат мой, я вознамерился написать этот краткий трактат, содержащий в восьми главах достоверные, простые и действенные правила для нашей работы, а также секрет истинных тинктур (цветов). Но прежде я обращаюсь к тебе с тремя рекомендациями.

Первая; не уделяй много внимания словам современных и древних философов, трактующих эту науку, так как сложность алхимии заключается не только в понимании, но и в экспериментальной демонстрации; и философы, стремящиеся поймать истину наук лишь через рассуждения, почти всегда говорят метафорически.

Вторая; никогда не придавай большого значения ни многочисленности вещей, ни смеси форм разнородных субстанций, так как природа не производит ничего подобного; потому что лошадь и осел произведут мула, и это не может быть менее совершенным порождением, чем что-либо кем-то случайно произведенное непременно из нескольких субстанций (вещей).

Третья; не будь нескромным, но следи за своими словами и как благоразумный сын не мечи бисер перед свиньями.

Сохраняй всегда присутствие ума до конца, ради которого предпринял свой труд. Будь уверен, если ты постоянно будешь держать перед своими глазами эти правила, что были даны мне Альбертом Великим, тебе никогда не придется попрошайничать у королей и вельмож, напротив, короли и вельможи будут воздавать тебе честь. Ты будешь почитаем более всех служащих этому искусству королей и прелатов, так как не только поможешь им в их нуждах, но еще и поможешь в их нуждах всем нищим, и то, что ты дашь, останется в веках точно так же, как молитва. Будь уверен также, что эти правила будут охранять основу твоего сердца под тройной несокрушимой печатью, так как в моей другой книге, предназначенной для всех, я говорил как философ, в то время как здесь, доверяя твоей сдержанности, я раскрыл секреты более скрытые.

 

Глава II

Об операции

 

Как учил Авиценна в своем послании к королю Асса, мы стремимся к достижению истинной субстанции посредством нескольких глубинных закреплений субстанции, помещенной в огонь, постоянно поддерживаемый и подпитываемый, а также проникающий и входящий и окрашивающий меркурий (ртуть) и другие тела; это тинктура совершенно истинная, имеющая надлежащий вес и превосходящая своим совершенством все сокровища мира.

Для изготовления этой субстанции, как говорит Авиценна, надо иметь терпение, время и необходимые инструменты.

Терпение, поскольку согласно Геберу, поспешность есть дело дьявола; поэтому тот, кто не имеет терпения, должен отложить всю работу.

Время, поскольку во всяком естественном действии, происходящем в нашем искусстве, способ и сроки определены неукоснительно.

Инструменты же необходимые не столь многочисленны, как увидим в дальнейшем, потому что наш труд заключается в одной вещи, одном сосуде, одном пути и одной работы (in una re, uno vase, una via et una operatione), как учил Гермес.

Лекарство принято формировать слиянием нескольких элементов; однако, нет необходимости в одной материи и в какой-либо инородной вещи, кроме как в ферменте белого или красного цвета.

Весь Труд совершенно естествен; достаточно лишь наблюдать различные цвета, которые будут проявляться с течением времени.

В первый день надо встать очень рано утром и посмотреть, не цветет ли виноград и не преобразуется ли в голову ворона; далее он окрашивается в различные цвета, из которых нужно заметить интенсивно белый, потому что это и есть именно то, что мы ждем и кто открывает нашего короля, то есть эликсир или простую пудру, имеющую столько же имен, сколько вещей в мире.

Но при обозначении в немногих словах наша материя или магнезия есть живое серебро, приготовленное с уриной двенадцатилетнего ребенка, только-только испускающейся, а не хранившейся нисколько для великого труда; это называется, для всех, Испанской Землей или Сурьмой; Nota bene, я не называю ее меркурием, как это делают некоторые софисты и те, кто не сообщает, что результат сомнителен, несмотря на возможные великие издержки; и если тебе приятно работать с ним, ты несомненно достигнешь истины, но только после бесконечных варок и вывариваний. Следуй все же скорее за благословенным Альбертом Великим, мой господин, и работай с минеральным живым серебром, так как в нем одном секрет Труда. Далее ты делаешь соединение двух тинктур, белой и красной, происходящих из двух совершенных металлов, которые только и дают совершенную тинкутуру; меркурий не передает эту тинктуру после того, как он установлен; потому что смесь этих двух смешивается с ней лучше и проникает более глубоко.

 

Глава III

О составлении меркурия и о его отделении

 

Несмотря на то, что наш труд завершается посредством одного нашего меркурия, необходим тем не менее фермент красного или белого цвета; тогда он легко смешивается с Солнцем и Луной, так как оба эти тела во многом участвуют в его природе, а также являются более совершенными, чем другие. Резон в том, что эти тела более совершенны, потому что содержат больше меркурия. Таким образом, содержащие его более, чем другие, Луна и Солнце соединяются с красным и с белым и фиксируются в огне, потому что это есть один меркурий, являющийся совершенным Трудом; в нем мы находим все то, чего нам недостает для нашего труда, благодаря чему мы не имеем необходимости добавлять что-либо.

Солнце и Луня не являются инородными ему, потому что они сведены с самого начала Труда из их первой материи, то есть меркурия; они берут от него же и свой исток. Некоторые стремятся завершить труд посредством одного меркурия или простой магнезии; промывая их в очень крепком винном уксусе, обжигая их в масле, сублимируя (возгоняя), обжигая, кальцинируя (прокаливая), дистиллируя (перегоняя), экстрагируя (извлекая) их квинтессенцию, подвергая их пытке расчленением и бесконечному числу других казней, веруя, что их действия приведут их к прибыли, и, наконец, скрывают, что результат убог.

Но поверь мне, сын мой, вся наша тайна состоит лишь в режиме и распределении огня и в умелом направлении Труда.

Мы мало что делаем с вещью, это свойство хорошо управляемого огня производит наш труд, без этого мы не имели бы ни великой работы, ни великих затрат; так как я полагаю, что если наш камень был взят в его первоначальном состоянии, то есть первой Водой, или Молоком Девственницы, или хорошо растворенным Хвостом дракона, то он кальцинируется, сублимируется, дистиллируется, редуцируется, моется, сам конгломерируется и, благодаря свойству огня, завершается хорошо скомпоновавшимся один в едином сосуде без какого бы то ни было другого руководящего действия. Узнай же, сын мой, каким образом философы метафорически говорили о руководствах действиями и, наконец, ты будешь уверен в очищении нашего меркурия, я обучу тебя простому приготовлению. Возьми же минерального меркурия, или Земли Испанской, или Сурьмы, или Земли черной (все это одна и та же вещь), которая не была еще использована в каком-либо другом труде. Возьми ее двадцать пять фунтов или немногим более и пропусти через льняную и очень плотную ткань, и это есть истинная стирка (lotio vera). Хорошо посмотри после этого действия, не осталось ли в ткани какого мусора или шлака, так как тогда меркурий не может быть использован в нашем труде. Если ничего не проявилось, ты можешь считать его совершенным. Nota bene, нет нужды ничего добавлять к этому меркурию, и труд, таким образом, может быть завершен.

 

Глава IV

О способе изготовления амальгамы

 

Поскольку наш труд исполняется одним меркурием без добавления какой-либо другой инородной материи, я опишу способ изготовления амальгамы (смеси) кратко. Так как это очень плохо понято многими философами, которые верят, что труд может исполниться одним меркурием не составленным с его сестрой или его подругой (compar ejus). Я же говорю тебе с уверенностью, что ты должен работать с меркурием, объединенным с его подругой, без добавления какой-либо инородной материи к меркурию, и знай, что Золото и Серебро не инородны меркурию, но напротив, участвуют более в его природе, чем все другие тела. Поэтому, сведенных из их первоначальной природы, их называют сестрами или подругами меркурия, так как из их смешения и их фиксации получается молоко Девственницы. Если ты ясно понял это, если ты не добавляешь ничего инородного к меркурию, ты добьешься реализации своих желаний.

 

Глава V

О смешении Солнца и меркурия

 

Возьми хорошо очищенное обычное солнце, то есть печь с огнем, которая дает красный фермент (закваску); возьми две унции и раздели его щипцами на маленькие кусочки; добавь двенадцать унций меркурия, которые ты выставишь на огонь в полой черепице, затем раствори золото, постоянно помешивая его деревянной палочкой. Когда оно будет хорошо растворено и размешано, помести все это в чистую воду в стеклянную или каменную миску, промывай его и прочищай до того как чернота перейдет в воду, затем, после того как ты поставишь это на хранение, дождись крика горлицы (vox turturis) в нашей земле. И когда она будет хорошо очищена, помести амальгаму на кусок кожи, осадок к его части сверху в форме сака, затем будешь сильно прессовать, чтобы пропустить его сквозь. Когда две унции станут также спрессованы, четырнадцать оставшихся в коже также пригодны к использованию в нашей операции. Возьми хранившееся с двумя, не более и не менее, извлеченными унциями. Если имеется более, отсеки; если же менее, добавь. И эти две унции также выжми, и которые названы молоком Девственницы, ты их сохрани для второй операции.

Перелей теперь материю в стеклянный сосуд и помести этот сосуд в печь, описанную выше. Затем запаленной внизу лампой прокаливай так с жаром ночь и день, ни на мгновение не прекращая. Пусть пламя будет совершенно охватывать и окружать атанор, хорошо укрепленный на печи и хорошо замазанный замазкой мудрости.

Если после месяца или двух ты увидишь сверкающие цветы и основные цвета труда, то есть черный, белый, лимонный и красный, тогда, без какого-либо другого действия твоих рук, кроме лишь направления огня, то, что было явно, будет, и то, что было скрыто, будет явно. Потому что наша материя достигает самой себя, совершенного эликсира, превращаясь в очень тонкую пудру, называемую мертвой землей, или мертвым человеком в гробнице, или сухой магнезией; это дух, скрытый в гробнице, и душа его почти отделена. Когда от начала труда пройдет двадцать шесть недель, тогда то, что было грубым, станет тонким, и что было шершавым, станет мягким, и что было сладким, станет горьким, и благодаря тайной способности огня превращение элементов будет завершено. Когда твои порошки будут совершенно сухими, и ты завершишь эти операции, ты попробуешь трансмутировать меркурий; далее я научу тебя двум другим операциям, потому что одна часть нашего труда еще не в состоянии превратить семь частей хорошо очищенного меркурия.

 

Глава VI

От амальгамы к белому

 

Для добывания белого фермента или фермента Луны используют тот же метод. Смешивают белый фермент с семью частями хорошо очищенного меркурия так же, как и красный. Так как в труде белого не участвует какая-либо другая материя, кроме белой, а в труде красного какая-либо другая материя, кроме красной, то и наша вода становится то красной, то белой, соответственно добавленному ферменту и времени, затраченному на труд, можно окрасить меркурий в белый, как это делалось для красного.

Кроме того заметим, что серебро в фольге здесь используется более, чем серебро в слитке (argentum massale), так как в этом случае оно более легко сплавляется с меркурием и должно амальгамировать с холодным меркурием, а не с горячим. Здесь многие ошибаются, растворяя их амальгаму в крепкой воде для очищения, тогда как если они проверят, что такое по природе и по составу есть крепкая вода, они узнают, что она не может ее разрушить. Другие, желая работать с золотом или серебром согласно правилам этой книги, ошибаются, говоря, что солнце не имеет влажности, и растворяют его в коррозивной (едкой) воде, затем оставляют его провариваться на медленном огне в плотно закрытом стеклянном сосуде на несколько месяцев; но лучше наоборот, квинтессенция будет экстрагироваться способностью только огня в сосуде с циркуляцией, названном по этой причине пеликаном.

Минеральные соли, так же как и Луна, настолько смешаны с грязью, что их очищение необходимо и не есть ни труд женщин, ни игра детей; напротив, диссолюция (растворение), кальцинация (прокаливание) и другие операции, необходимые для завершения великого Труда, суть работа человека неколебимого.

 

Глава VII

О второй и третьей операциях

 

Теперь первая часть завершена, приступим к исполнению второй.

Надо добавить семь частей меркурия к добытому в нашем первом труде телу, названному Хвост драгона или Молоко Девственницы.

Пропусти все через кожу и вновь возьми семь частей; помой и положи все в железный сосуд, затем в печь, как делал это в первый раз, и времени тебе понадобится столько же или около того до тех пор, пока пудра не будеть вновь сформирована. Ты соберешь ее и найдешь ее много более мелкой и тонкой, чем в первый раз, потому что она более проварена. Одна часть окрасит семь раз семь из Эликсира. Приступай тогда к третьей операции также, как ты это делал в первый и во второй разы; добавь к весу пудры, добытой во второй операции, семь частей чистого меркурия и помести это в кожу таким образом, чтобы осталось семь частей от всего, как выше. Сделай кожу совсем новую, сведи пудру в очень тонкую, каковая, будучи брошенной на меркурий, окрасит семь раз сорок девять частей. Резон в том, что чем больше наше лекарство прокалено, тем более оно становится тонким; чем более оно становится тонким, тем более оно проникающе; чем более оно проникающе, тем более оно трансмутирует материю. Под конец, Nota bene, если нет меркурия минерального, это безразлично, можно работать с меркурием обыкновенным; хотя этот последний не имеет той же ценности, он тоже дает хороший результат.

 

Глава VIII

О способе работы материи или меркурия

 

Обратимся теперь к тинкруре меркурия. Возьми чашечку золотых дел мастера, обмажь ее немного внутри жиром и помести туда наше лекарство в требуемой пропорции, поставь все на медленный огонь, и когда меркурий начнет дымиться, брось лекарство закатанное в чистый воск или в бумагу (papyrus) и возьми большой кусок горючего угля, прготовленного специально для этого использования, и помести его у основания тигля; затем дай огню оживиться, и когда все будет расплавлено, ты бросишь это в таз, предварительно обмазанный жиром, и ты будешь иметь золото или серебро столь же тонкое, как и добавленный фермент. Если ты хочешь умножить лекарство, сделай это с лошадиным навозом по способу, о котором я тебе уже говорил устно, как ты знаешь, и о котором я не хочу писать, потому что это грех, открывать этот секрет людям в век, когда ищут знания скорее ради суеты, чем в целях блага и ради клятвы, данной Богу, чьи слава и честь будут в веках веков. Amen! Nota bene, я всегда представлял этот труд согласно Благословенному Альберту Великому, собравшись описать в обыденном стиле, способом Испанской земли или Сурьмы, но я тебе советую не предпринимать малого Магистерия, который я тебе вкратце описал, в котором нет ни одной ошибки и который осуществляется с малыми издержками, небольшой работой и за малое время; тогда ты прибудешь к желаемому концу. Но, мой дражайший брат, не предпринимай Большой Магистерий, потому что для твоего спасения и долга Проповеди Христа ты должен скорее ждать богатств вечных, чем благ земных и преходящих.

Здесь заканчивается Трактат Святого Фомы об алхимическом умножении, посвященный его брату и другу Брату Рейнальду для тайной Сокровищницы.